Чемпионат
Шрифт:
– Выходит, мы зря готовились?
– Давайте пошлём их, Валентин Анатольевич!
Ребята оглядывались на Боброва – что, мол, скажет капитан? Капитан хмурился и на трибуну пока не рвался.
– Тише, тише, буйны головы, - заулыбался главный тренер. – Послать – это, конечно, будет круто. Нужно всё же думать о последствиях. А вот проигнорировать рекомендацию - вполне допустимо. Что вы думаете, Юрий Владимирович?
Бобров вышел вперёд.
– Думаю, нужно дать отпор таким наглым заявлениям.
– Собственно, развития событий – великое множество. Многие интересны. Так что, думаю, можете рисковать. Если хотите, можем замаскировать ребят под люденов, - Лера улыбнулась.
Ребята заржали с удовольствием. Всякие послышались выкрики. Чету Бобровых уважали и любили, с удовольствием откликались на юмор Леры.
– Думаю всё же, это излишне. А то, как замаскируются, так и останутся. Главное, после получения официальной «бумаги» пообщаться нужно с африканцами. Подтвердить, что всё в силе. А то вдруг они заднюю включат. Что вряд ли, конечно.
– Да, думаю, вряд ли. Но я свяжусь с Айрянисом. Так что ребятки, давайте продолжим разбор полётов, а то вас завтра с такой игрой вас растопчут и любители.
Молодцы возмущённо забурчали, но притихли под суровым взглядом главного.
Лера досидела до конца, чтобы потом вместе с Юрой поехать домой.
– Родители звонили. Думают, к Новому Году выбраться, - Лера продолжала делиться новостями
– Ха! Кто ж их пустит сюда?
– Не волнуйся, мы всё сделаем. Будет непросто, но они доберутся.
– Ох, уж это ваше всемогущество! – Бобров недовольно скривился.
– Не нуди, немножко осталось, - Лера сжала его холодные пальцы. – Понимаешь, мы вроде с раскрытием этого ложного следа больше рычагов получили. Только неизвестно, как долго нам дадут резвиться.
– Ну, ладно, а то я чего-то устал. Будь Алтай нашим, уехал бы туда, делал бы геонуты…
– Уедем, Бобрик, уедем. Завершим здесь всё и уедем.
– А ты завтра придёшь?
– Если билетик достанешь, - улыбнулась. – А то ажиотаж случился вдруг, билетов не днём с огнём...
– Не вы ли его подогрели?
– Кто знает, кто знает, - Лера потянула застывшего мужа за руку.
Тем временем, в клуб пришёл, как и предсказывала Лера, официальный документ. Тон в нём был уважительный, но требовательный. «О! Ну теперь я эту бумаженцию ребятам на установке и зачитаю. Как они «уменьшают» интерес к футболу…» - возмутился Проскурин. После он переговорил с Айрянисом - у того настроения были схожими. Договорились настраивать футболистов на честную игру, чтобы не было драк.
Тёплынь продолжила «жарить» и в воскресенье. Почки надумали набухать, а трава
Лера протиснулась к служебному входу, где её пропустили охранники. Она нашла Юру на массажном столе, где его мял Шангрилу.
– О! Я бы тоже хотела тебя помять.
– Вот, сегодня вечером этим и займёшься.
– Здравствуйте, Лера, - словно не замечая разговора, поздоровался индиец, и продолжил массировать ноги Боброва.
– Здравствуй, Шангрилу, здравствуй! Что, как у него, мышцы ещё живы?
– А как же! У него тонус такой, будто на десять лет меньше, чем на самом деле.
– Ого! Не льстишь ли ты ему? Он вот что-то постоянно жалуется на возраст.
Бобров что-то недовольно забурчал.
– Так видно цену себе набивает или кокетничает.
– Бобрик, ты ведь сегодня забьёшь? Я так на этом стадионе этого события жду, - Лера продолжала поддевать мужа.
– Для некоторых я Юрий Владимирович тут, так что поаккуратнее. А забивать сегодня найдётся и без меня кому.
– Но народ хочет именно от тебя. Старый конь борозды не портит, говорят. Ой, - хихикнула она.
– Так, кто-то у меня сейчас получит, - Юра попытался со стола схватить стоявшую подле Леру, но та ловко увернулась.
– Ты агрессивен, и это хорошо. Ладно, пойду, поприветствую ребят и на трибуну уже пора.
Когда «Московия» вышла разминаться, половина стадиона уже была заполнена жаждущими зрелища зрителями. Поприветствовали африканских гостей и зашлись в экстазе, когда выползли их любимцы. Отдельного шума удостоился капитан.
Бобров оглядывал трибуны.
– Вот чего им подавай? Искусство или низкопробное зрелище, а? – спросил он у машущего рядом ногами Васильева.
– О, Юрец, ты вечно думаешь не о том. Ты бы лучше на игру настраивался! А зритель он такой – что ему втыкают, то с удовольствием и хавает.
– Да, это ты прав. А тебе не надоели эти чёрные газоны?
– Хм, а что в них такого? Мне что чёрный, что зелёный – всё равно.
– Не задумывался, почему они чёрные?
– Так это все знают - чтобы кровушкой не пачкать зелень искусственную, когда сильная битва завяжется.
– А разве мы сегодня биться собираемся?
– Нет, Анатолич же явно сказал, что футболять будем в чистом виде. Без драк.
– И на кой нам тогда чёрный газон?
– Вот, Юр, ты можешь голову занять всякой фигнёй! Что ж теперь его перекрашивать?