Буду счастливой...
Шрифт:
— Вернулся… сынок, ты вернулся! Живой, целехонький!
Макс крепко-крепко прижал к себе маму. Кажется, что за 1,5 года она стала еще меньше и хрупче. Уткнулся носом в волосы, и медленно вдохнул до боли знакомый родной запах. А потом медленно выдохнув, сдерживая слезы. Мужики не плачут!
Из-за угла вышел Юрка и радостно улыбнулся.
— Брат!
Отставив ведро, полное яблок, хотел тоже подойти, но в последний момент стушевался и завел руки за голову. По лицу мелькнула тень.
— Наконец-то ты вернулся!
Через полчаса мама суетилась вокруг стола, накрывая скромный обед.
— Похудел как… ну ничего,
Максим и Юра в это время сидели на лавке. Младший брат практически не принимал участия в разговоре, но и из комнаты не выходил.
— Ну все, садитесь за стол.
Ребята молча сели рядом с мамой. Подняли тост, и принялись за салатик из свежих овощей, соленые огурчики и котлетки.
— Очень вкусно мам! Спасибо! Скучал по домашней еде жутко.
Мама вздохнула, сдерживая эмоции, чтобы снова не расплакаться.
— Да что там… все самое простое. Если бы знала, что ты приедешь, приготовила бы что-нибудь особенное. Купили бы нормальное мясо, я бы запекла… Пирог твой любимый со сливами… Ты знаешь, когда Юрочка окончил техникум и устроился на фабрику, нам стало полегче жить. Все-таки стабильная работа, и специальность хорошая — столяр! Иногда и соседи зовут что-то починить, и работу оплачивают.
— Юр, ты молодец. Я рад за тебя.
Макс похлопал брата по спине, а Юра еще ниже опустил голову.
— Ну что вы, как не родные! Юр, улыбнись хоть! Брат вернулся!
Юра не выдержал. Отложив ложку, стремительно вышел из кухни и направился во двор.
— Юр, куда ты?
Максим, отправив в рот еще пару ложек горяченького картофельного пюре, встал из-за стола:
— Мам, я поговорю с ним. Не переживай, сейчас вернемся.
Младший брат сидел за домом, на толстом бревне, выполняющего роль скамейки. Сколько Максим себя помнил, оно здесь лежало. Мужчина опустился рядом, но сказать ничего не успел.
— Прости меня. Брат, пожалуйста, прости! Я правда не хотел, чтобы так получилось… я не хотел, я бы сам пошел!
Юрка подорвался и начал ходить вдоль бревна.
— Слушай, не мельтеши! Сядь. — Макс похлопал по деревянной поверхности рядом с собой. — Успокойся. Время прошло. Как сложилось, так и сложилось.
— Братишка, но это я сделал! Я ударил отца по голове! И наказание должен был нести я! Зачем ты взял вину на себя?! Ты был не виноват…
Макс прикрыл глаза, и вспомнил тот злосчастный вечер. Отчим привел своих дружков, и заставил мать, только вернувшуюся со смены на фабрике, готовить на всех ужин и накрывать на стол. Мама не успевала, а мужики хотели выпить и закусить. Успев достаточно принять на грудь, отчим начал унижать женщину, подгонять, скандалить. Когда мама не выдержала, возмутилась и хотела уйти из комнаты, он начал ее избивать. Макс и Юра прибежали на крики. Увидев происходящее, Максим стал оттягивать отчима, за что получил пару раз коленкой в солнечное сплетение. А затем отчим обмяк. Макс не сразу понял, что произошло, пока не увидел младшего брата с пустой стеклянной бутылкой в руке.
Друзья отчима подняли крик, и поспешили покинуть место происшествия. Мама в ужасе заголосила, и побежала вызывать скорую помощь. Но по расплывающемуся бардовому пятну возле головы мужчины Макс понимал, что вряд ли ему уже можно помочь. Он быстро отобрал бутылку у брата, отвел его в комнату и сказал не высовываться. Затем хорошенько протер «орудие» и оставил на нем
— Юр, я бы снова так поступил. Ты был еще несовершеннолетним. Ты учился. И ты сделал это, защищая мать. Я бы не простил себя, если бы тебя забрали.
Юра быстро стер слезинку в уголке глаза. Еще не хватало, чтобы брат увидел его слабость. После всего, что он сделал ради него!
Тем временем Максим приобнял брата рукой за плечо и притянул поближе.
— Братишка, все будет хорошо. Вот увидишь!
— Ты из-за меня жизнь себе испортил.
— Это было мое решение, и я ни о чем не жалею. Пойдем в дом, там мать волнуется.
Глава 6
Женя
Звонок будильника бесцеремонно ворвался в беспокойный сон девушки, вытаскивая из объятий Морфея. Сегодня первый рабочий день в этом солнечном городе. Неделя разъездов по кафе и ресторанам не прошла даром — в трех из десяти мест были вполне приемлемые условия работы и оплата. В итоге Женя выбрала тот, который был ближе к морю.
Водная стихия завораживала. Вчера поверхность могла быть покрыта легкой рябью, а сегодня волноваться и с шумом накрывать пенистыми волнами мелкую гальку. Придя на пляж в первый день приезда, Женя не могла надышаться соленым воздухом и насмотреться на морской горизонт. В какой-то момент сердце сжалось от переполнявших чувств, и по щекам покатились слезы, оставляя две мокрые дорожки.
«Теперь все будет по-другому… все будет хорошо!»
Путь от родного городка вместе с пересадкой занял всю ночь. Когда Женя вышла из микроавтобуса, город встретил свежестью и первыми лучами восходящего солнца. Звонить по объявлениям было неприлично рано. Девушка отправилась к морю. Любуясь рассветом, позавтракала булочкой и соком, прихваченными еще на автостанции, где ждала водителя вместе с другими попутчиками.
Просидев около двух часов и вдоволь наслушавшись шума морских волн, Женя пообещала себе, что будет приходить к морю каждый день. Девушка позвонила по первому объявлению и договорилась о встрече. Дом, в котором сдавались три комнаты, находился в 20-ти минутах от пляжа, если проехать на автобусе. Благо, транспорт уже лениво передвигался по улицам, и Женя смогла быстро подъехать к нужному месту.
Было ощущение, что ее желание начать новую жизнь благословили свыше. Сначала удалось сбежать от брата, а затем снова улыбнулась удача — она быстро нашла крышу над головой. Заранее было страшно искать жилье, и Женя просматривала объявления уже в пути. Ей повезло — хозяйка радушно встретила возможного нового жильца, и показала две свободных комнаты из трех. Сезон отпусков уже закончился, поэтому цены на жилье «не кусались», и предложений было достаточно много.
Комнату сдавала очень милая женщина, чем-то напоминавшая Елену Матвеевну — строгая, собранная, но открытая к общению и искренняя. Во всяком случае, пока Мария Петровна была именно такой, и хотелось верить, что первое впечатление было верным.