Шрифт:
Глава 1
Женя бодро шла по парковой аллее, слегка размахивая сумкой, и улыбалась осеннему солнышку. Сегодня был очень важный для нее день — она уволилась со старой работы, чтобы вечером сесть на автобус, который отвезет ее отсюда далеко-далеко.
Девушка еще год назад решила, что нужно изменить свою жизнь кардинально. Она устала быть спасательницей для спивающейся матери и постоянно влипающего в передряги старшего брата. Ей 23 года, а собственной жизни у нее нет, не было и не будет если она ничего не изменит.
Сколько себя помнит, Женя старалась для мамы
В 10 лет Жене приходилось попрошайничать у людей на остановках, чтобы собрать немного денег на пачку дешевых макарон и бутылку масла. В 13 лет сердобольная соседка-старушка предложила взаимопомощь: Женя должна была раз в неделю проводить небольшую уборку и делать закупки продуктов по необходимости, и за это бабуля ежедневно кормила девочку ужином и иногда подбрасывала пару сотен на карманные расходы. Елена Матвеевна была одинокой женщиной, давно схоронившей мужа и потерявшей единственного сына в автокатастрофе. Она очень хотела помочь девочке, но в то же время боялась привить ей ощущение, что она в особенном положении и может давить на жалость окружающим. Финансово помогать тоже не было особой возможности, так как пенсия была не очень-то большой, поэтому она постаралась воспитать у девочки любовь к труду и помогала, чем могла — где-то словом поддержки, где-то советом, а где-то и новым платьицем, переданным одной из подруг, у которой подросла внучка.
К 15-ти годам у Жени на попечении было 3 бабули из родной девятиэтажки. Елена Матвеевна договорилась с еще парой женщин из соседнего подъезда. Кому-то нужно было дважды в неделю покупать продукты в супермаркете, а кто-то иногда просил и приготовить еды на пару дней. Благодаря такой ответственной работе и ежедневной занятости, у девушки появились небольшие собственные деньги. Приходилось тщательно прятать их от родных, но зато была возможность приобрести какую-то одежду по объявлениям, когда старая становилась мала, покупать разные мелочи для школы и какие-то дешевенькие продукты.
После девятого класса Евгения поступила в колледж на повара. Девушка была уверена: с этой специальностью можно быстро найти работу в столовой или кафе. Параллельно она устроилась на работу в ресторан быстрого питания, и начала чувствовать себя чуть более свободно.
В этот момент пришлось столкнуться с жесткой агрессией мамы.
— А ты не обнаглела, Женька? — заплетающимся языком Мария пыталась воззвать к дочернему долгу. — Живешь здесь, выросла здоровой девкой, работаешь, а в семейный бюджет не вкладываешься!
— Мам, вообще-то я и раньше сама себя кормила, а одежду нам соседи отдавали…
— Ты еще пререкаться будешь?! Спишь под крышей? На кровати? Водой пользуешься? Зимой вроде не мерзнешь? Будь добра за это платить!
Деваться было некуда. Говорить о том, что мама упрямо не оплачивает коммунальные услуги, и на квартире висит огромный долг, было бесполезно. Посмотрев стоимость аренды комнаты в настоящее время, Женя озвучила сумму, которую считала приемлемой. Сначала мама возмутилась, посчитав, что это слишком мало.
— Тогда я найду комнату для аренды и
Девушка не была уверена, получится ли так быстро найти новое место жительства, но теоретически это было возможно. Хотя съезжать жутко не хотелось — мать было жаль, ведь она не всегда была такой. Если она съедет, кто будет покупать продукты и готовить? Брата дома не бывает неделями.
Свое предложение Женя озвучила с целью припугнуть своим уходом, и это сработало. Мария отпустила пару колких комментариев, но в итоге согласилась на условия дочки. Все-таки именно благодаря девочке дома была хоть какая-то еда и подобие порядка после ночных посиделок.
Завтра Женя будет очень далеко отсюда, и начнет новую жизнь. Весь год она финансово и морально готовилась к поездке в город за 800 километров от родного Богом забытого городка. И этот день, такой желанный, наконец-то настал.
Глава 2
Женя поднялась на свой этаж, вытаскивая ключи из кармана. Но оказалось, что дверь не заперта. Такое бывало только в случае, если дома снова появлялся братец. В груди зашевелилась тревога — Святик никогда не стеснялся брать не свои вещи и проводить ревизию в комнате сестры, а заодно притягивать букет проблем всей семье.
Женя вошла в квартиру и, не разуваясь, прошла в свою комнату. Так и есть: вещи в шкафу валяются одной большой грудой; пара коробок с дорогими сердцу мелочами, стоявшие под кроватью, разбросаны по комнате, а содержимое — на покрывале. Здесь было несколько детских фотографий, где мама в здравом уме и памяти, маленькая Женя и Святик, уже ставший школьником. Кроме фотографий был кулончик бабушки, браслет из родонита, подаренный на последний День Рождения Еленой Матвеевной, и пара дневников. В них девушка записывала свои самые яркие переживания и цели, в общих чертах.
Кстати, дневников нигде не видно.
Женя услышала дикий пьяный смех со стороны кухни. Похоже, братец не только порылся в ее комнате, стащил ее личные вещи, но и пришел с компанией.
Да что же за напасть такая?! Как только появилась возможность наладить свою жизнь, появился Святик! Его появление всегда означало большие проблемы. То он кому-то денег задолжал, то своими темными делишками местным авторитетам дорогу перешел… Брат старше на 7 лет, но вытаскивать его из проблем приходилось именно Жене — искать больше подработок, чтобы помочь собрать часть суммы для выплаты долга; лечить после очередной драки… И может она бы давно перестала носиться с проблемами взрослого мужчины, но каждый раз мама со слезами умоляла не бросать брата, ведь «вы — родная кровь». Да и воспоминания о детской дружбе еще держали крепким канатом.
Нельзя сказать, что Святик всегда относился к сестре плохо. Пока она была маленькой, он как мог заботился о ней, играл, кормил из ложечки. А затем появился дядя Боря — личность с сомнительной репутацией, любитель крепких напитков по вечерам. Тогда-то Святик и начал меняться. Отчим начал учить его «быть настоящим мужиком»: завоевывать авторитет силой, обесценивать тех, кто слабее; брать «свое» у этого мира. Последнее было связано с кражей денег и ценных вещей у более обеспеченных детей из класса. Дядя Боря аргументировал это благими намерениями: