Чтение онлайн

— Тебе нужно проснуться, милая. Просыпайся!

От гнева в его голосе мои мышцы вздрагивают, и мои глаза распахиваются навстречу ослепительному солнечному свету. Я оглядываюсь и обнаруживаю, что кузов грузовика пуст. Ни Сэма, ни двух других нигде не видно.

Должно быть, в какой-то момент я заснула и проспала достаточно долго, чтобы проснуться с восходом солнца.

Звук голосов достигает моего уха, и я сажусь, оглядываясь вокруг, чтобы обнаружить, что мы остановились в незнакомой обстановке. Поверх

потрескавшегося бетона навалены обломки, поросшие травой. Дома расположены слишком близко друг к другу, заколочены и испещрены всевозможными непристойностями. Какой-то захудалый, заброшенный район с причудливыми особняками, похожими на те, что были на третьей фазе в Шолене.

Это не монастырь.

— Ты обещал двоих. Следовательно, ты получишь половину того, о чем мы договаривались.

При звуке женского голоса я пригибаюсь и выглядываю из кабины грузовика и замечаю пухлую пожилую женщину, старше моей матери, с седеющими волосами и всевозможными драгоценностями, свисающими с нее. При виде нее я бездумно тянусь к тонкой золотой цепочке, все еще висящей у меня на шее.

— Ты даже не показал мне товар. Господи, она могла бы быть какой-нибудь гротескной маленькой коростой, которую ты подобрал на обочине дороги. Заражена всеми известными человеку болезнями.

— Она чиста. Девственная Дочь Шолена. Мой контакт заверил меня.

Звук голоса Сэма вызывает во мне приступ ярости. Не то чтобы я удивлена, что он предал меня.

На самом деле, любой другой исход был бы более удивительным. Не сводя глаз с группы, я отступаю к задней двери, но меня резко останавливают, и взгляд вниз на мои запястья показывает петлю веревки, пропущенную через цепь моих кандалов, оба конца которой исчезают за краем грузовика.

Я иду по дорожкам веревки, нахожу их застрявшими под шиной грузовика, и осторожно, чтобы не греметь металлом и не производить слишком много шума, дергаю за крепления в смехотворной попытке разорвать слишком толстую веревку.

— Это Девственница, которая выжила? Женский голос — белый шум на фоне бешеной пульсации крови у меня в ухе.

— Да. Пришлось усыпить шлюху. Ее укусили.

— И ты уверен, что она девственница.

— Священник даже не засунул в нее свой член.

— Тогда хорошо. Я рассмотрю полную сделку. Но сначала я хочу увидеть ее.

Нет. Нет, нет, нет. Я пытаюсь перепилить веревку цепью, но это бесполезно. Грузовик наклоняется, когда Сэм запрыгивает на кузов позади меня, и я пинаю его на четвереньках.

— Ты лживый кусок дерьма! Одним быстрым ударом ногой назад мне удается попасть ему прямо в нос, и он снова натыкается на проклятие.

— Тебе повезло, что прямо сейчас ты стоишь большего, чем порка задницы.

— Пошел ты. Я повторяю тот же маневр, но он уклоняется от моего удара и прыгает мне на спину, выбивая из меня дух.

— Отпусти меня! Отпусти меня, блядь!

— Послушай меня! Его руки крепко обхватывают меня. — Я не хочу этого

делать, но я должен. Нам нужно оружие. И припасы.

— Мне наплевать, что тебе нужно, ты, кусок дерьма!

— Мадам Бомон не так уж плоха. Лучше, чем монастырь, в который ты хотела, чтобы я тебя отвез.

— Мадам? Она управляет гребаным борделем! Я извиваюсь и брыкаюсь, используя кузов грузовика в качестве рычага.

Горячий металл царапает мои колени, издеваясь над моими усилиями холодным уколом боли.

— Ты слишком ценна как девственница. Она не собирается выставлять тебя шлюхой.

— Какого черта… чего еще… она хочет от меня? Мои слова, прерываемые борьбой, не в состоянии передать абсолютную ярость, пылающую внутри меня.

— Вероятно, она оставит тебя своей личной слугой.

— Или продай меня… какой-нибудь отвратительной свинье… которая питает слабость к девственницам! Мудак!

— Посмотри на нее. Выглядит ли она так, будто ей что-то нужно? Тебя будут хорошо кормить. О тебе будут хорошо заботиться. Лучше, чем монахини, которые будут держать тебя взаперти в каком-нибудь монастыре. Я мог бы продать тебя мародерам,

но я пытаюсь поступить здесь по-христиански.

— Христианские штучки? В какую, черт возьми, церковь ты ходил? Я плюю в ответ, все еще извиваясь, чтобы освободиться.

— Очевидно, более милосердную, чем твоя.

— Вот почему … ты не спросил… моего имени.

— Что?

Понимая, что моя борьба бесполезна, я все еще ниже его.

— Там, в пещере. Мне показалось странным, что ты представился, но не потрудился спросить мое имя. Я подумала, что ты по какой-то причине не хочешь знать. Но ты уже знал, не так ли?

— Да.

— Кто твой контакт в Шолене?

— Я тебе этого не скажу.

— Почему? Чтобы ты мог сохранить бизнес по продаже женщин? Скажи мне!

— Не имеет значения. Она мертва.

Мертва?

— Кто? Кто мертва? Я поворачиваю голову в сторону, не в состоянии видеть его лицо под этим углом.

— Гвен.

Кусочки двух совершенно разных головоломок всплывают в моей голове, пока я пытаюсь установить связь между ним и женщиной, с которой я путешествовала.

— Ты планировал продать и ее тоже?

— Не важно. Почему Рейтер тебя обнюхал?

Он это видел?

— Ты предполагаешь, что я знаю, о чем, черт возьми, думает Бешенный, прежде чем решит изнасиловать меня?

— Он не собирался тебя насиловать.

— Откуда ты знаешь?

— Они делают это только в том случае, если с тобой что-то не так.

Со мной что-то не так. Что, черт возьми, может быть со мной настолько не так, что Бешенный отвергает меня как недостойную? Этот вопрос заставляет меня смеяться внутри, несмотря на мое желание заплакать прямо сейчас.

— Ты смотрел это. Ты ждал, будет ли это?

— Было любопытно, вот и все.

— Ты действительно кусок дерьма.

— Тем больше причин избавиться от меня, ты так не думаешь?