Беглый
Шрифт:
— Константин? Меня зовут Алим. Я — муж внучки Аслана. Думаю, вы в курсе.
— Конечно, — я вытер руки о тряпку и пожал ему руку. — Узнал и рад встрече. Машина готова. Салон чистый, масло недавно поменяно, ходовая в порядке. По документам — всё без вопросов.
— Старик сказал, что ты человек надёжный, — Алим обвёл машину с профессиональным интересом. — Поехали в нотариальную контору?
— Конечно. Инна, поехали?
Она вышла из машины, поправляя волосы и застёгивая куртку.
— Готова.
Через двадцать минут мы уже сидели в небольшой
— Продающий — гражданин Борисенок Константин, — диктовал нотариус, скрипя пером. — Покупатель — гражданин Алиев Алим Мамед оглы. Предмет сделки — автомобиль «Нива» ВАЗ-2121, регистрационный номер такой-то. Стороны подтверждают добровольность и отсутствие претензий…
Когда всё было подписано и проштамповано, Алим вынул из своего портфеля пять аккуратных банковских пачек. На бандеролях стояли штампы Госбанка СССР. Каждая пачка — по сто сторублёвок.
— Считайте, — предложил он.
— Я вам доверяю, — ответил я, но всё равно пересчитал одну пачку для порядка. Всё было честно.
— Поехали за вашими вещами, — сказал Алим, когда мы вышли из конторы. — Я отвезу вас в аэропорт. И с билетами помогу, у меня там родственник работает.
Мы вернулись в гостиницу. Собрать вещи было делом пятнадцати минут. Чемодан, дорожная сумка, косметичка Инны — всё упаковано и готово. В холле нас уже ждал Алим, разговаривавший с администратором.
— Всё в порядке? — спросил он, когда мы подошли.
— Всё отлично. Можем ехать, — ответил я.
Алим вёл «Ниву» уверенно, как будто ездил на ней всю жизнь. До аэропорта добрались быстро. Он припарковался у бокового входа и повёл нас к кассам.
— Вот тут. Подождите секунду.
Он подошёл к молодому мужчине в форме, сказал пару слов не на русском. Тот кивнул и через минуту вернулся с двумя билетами на вечерний рейс Баку — Минск.
— Всё готово, — сказал Алим, протягивая билеты. — Регистрация через два часа. У вас есть время выпить чай или кофе.
— Благодарю. Серьёзно выручили, — я пожал ему руку. — Но перед этим… Пойдём, я покажу тебе пару тонкостей в машине. Есть пара доработок, о которых лучше знать.
Мы вернулись к «Ниве». Я открыл капот и указал на неприметный блок с тонкими проводами.
— Это микропроцессорный управляющий блок. Он координирует работу инжектора, вот этого. Впрыск идёт не через карбюратор, а прямо в цилиндры. Экономия топлива и стабильная тяга при всех оборотах.
— Интересно. А это что? — Алим показал на трубку, ведущую от воздухозаборника.
— Это озоновый фильтр. Чистит и готовит воздух на вдохе. Замечал, что во время дождя машина идет легче С этим фильтром внутри салона дышать легче?
— Да…
— Вот у тебя это будет постоянно. Топливо будет в цилиндре сгорать полнее, расход меньше.
— Удивлён. Не думал, что в советской машине можно сделать что-то
— Можно всё, если руки на месте и немного терпения.
Когда мы вернулись в зал ожидания, время уже шло к вечеру. Я посмотрел на Инну, которая держала билет двумя пальцами, как нечто драгоценное.
— Ну вот и всё, — сказал я.
— Пока не взлетели — ещё не всё, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Но мама уже ждет, я после сделки ей позвонила, сказала что сегодня прилетаем.
— Умничка!
Массивные двери кабинета Юрия Владимировича Андропова мягко, почти неслышно, закрылись за широкой спиной генерала Измайлова. Он остановился на мгновение в просторной приемной, вдыхая прохладный воздух, пропитанный запахом старой кожи и полированной древесины.
В приёмной всё было по-прежнему тихо. Оба охранника из «Девятки», и офицер связи хранили молчание. Один референт что-то уточнял по телефону, записывая кого-то на прием к Андропову. Второй референт, высокая женщина с аккуратно уложенными светлыми волосами и спокойным, чуть отстранённым лицом, подняла глаза от пишущей машинки.
— Товарищ генерал-майор, с вами всё в порядке? Вы бледны. — спросила она приглушённым голосом, как бы проверяя обстановку.
— Вполне, — кивнул Измайлов. — Соедините меня с кабинетом подполковника Ермакова. Срочно.
Секретарь молча сняла трубку и быстро набрала номер. Через пару секунд подала аппарат Измайлову:
— Кабинет вашего зама. Соединяю.
Измайлов взял трубку.
— Николай, это я. — Он говорил спокойно, но с жёсткой интонацией. — Объявляй общий сбор. Всех. Без исключения. Через пятнадцать минут — в моём кабинете.
— Принято, товарищ генерал, — отозвался на том конце провода подполковник Ермаков, заместитель Измайлова. — Начинаю сбор.
Измайлов положил трубку и повернулся к выходу. На лице — каменное выражение, в движениях — военная точность. Он шёл по коридорам Лубянки, где знал каждый выступ, каждую дверь. Вскоре он оказался у неприметной двери на четвёртом этаже — отдела, занимавшегося изучением аномальных и необъяснённых явлений. В народе это место между собой называли «ведьминым гнездом», но вслух такое позволяли себе говорить только очень глупые или очень отважные сотрудники.
Глава 30
Генерал вошёл. В комнате сразу стихло. Восьмеро офицеров, среди которых были и лейтенант, капитаны, один майор и два научных консультанта, подняли головы от бумаг, диаграмм и таблиц. Воздух мгновенно пропитался напряжением.
— Все здесь? — строго спросил он, осматривая помещение.
— Почти, товарищ генерал, — поднялся Ермаков, входя следом. — Капитан Орлов задерживается. Был на пятиминутке у связистов, уже в пути.
— Подождём, — коротко бросил Измайлов и молча сел массивный стол. Несколько минут в комнате царила звенящая тишина, нарушаемая лишь тиканьем настенных часов. Наконец, дверь приоткрылась, и вбежал запыхавшийся Орлов.