Айси
Шрифт:
– Колоссально!
– прошептал Свен.
– Какого же уровня должна достигнуть цивилизация, чтобы построить нечто подобное?!
– Страус, ты проверил, есть ли еще корабли?
– Нет ни одного.
– Как увязать то, что мы видим, с одним-единственным кораблем-автоматом? Ведь если не считать его, планетная система Энифа девственно-пуста, а цивилизация такого уровня не только давно должна была освоить ее, но и выйти в Дальний Космос.
Такэо молча подбрасывал на ладони маленький окатыш яшмы. Он всегда брал с собой в полет кусочек Земли, какой-нибудь камешек, найденный незадолго до старта. И имел обыкновение крутить его в руках, когда о чем-то
Действие на экране тем временем развивалось своим чередом. Теперь они смотрели на шар как бы снизу, и на первый взгляд казалось, что это гигантское сооружение действительно висит в воздухе. Только внимательно присмотревшись, можно было различить четыре тонкие, почти прозрачные колонны, держащие его. Трудно даже представить себе прочность материала, из которого они изготовлены. А перед ними уже раскинулся город - Город, вероятно, с большой буквы, единственный, как сообщил Страус, на всю планету. Это был поистине мегаполис, он располагался у основания шара, ступенчатыми лепестками расходясь в стороны.
Экран погас, и Страус доложил, что "Орион" подходит ко второй планете системы Энифа и до выхода на орбиту осталось пятнадцать минут. Все трое молча направились в центральную рубку управления.
– Ты прав, Ник, - наконец нарушил молчание Свен.
– Цивилизация, способная построить нечто подобное, давно должна была освоить по крайней мере собственную планетную систему, а мы находимся здесь уже несколько часов, и до сих пор не встретили ни одного искусственного спутника, не считая того корабля. Ведь должны же остаться еще какие-то следы!
– Положим, тот корабль сам по себе является загадкой, - задумчиво сказал Такэо.
– И не последней, - добавил он, чуть помолчав.
Они вошли в рубку. "Орион" проходил над освещенной Энифом стороной планеты.
– Даю увеличение, - прозвучал голос Страуса.
Под ними расстилалась безжизненная раскаленная пустыня, вся изрезанная трещинами, в которых вязко булькала расплавленная магма. Редкие, разогретые до малинового свечения и оплавленные скалы окрашивали однообразие мертвого пейзажа.
– Атмосфера отсутствует, - опять подал голос Страус.
– Ось собственного вращения планеты почти перпендикулярна плоскости орбиты. Один оборот вокруг собственной оси она совершает за сто двадцать одни земные сутки. То, что творится под солнцем, вы видите, а на теневой стороне восемнадцать градусов Кельвина. Для вас ничего интересного, для меня - тоже, - закончил он.
– Так чего ради ты нас сюда вытащил?
– Голос Николая не предвещал ничего хорошего, но все, в том числе и Страус, понимали шутливость подобной строгости.
– Порядок прежде всего!
Николай обреченно махнул рукой.
– Ну что ж, запомни все необходимое - и вперед, - подвел итог Свен, - а мы пойдем досматривать запись.
Город представлял собой весьма впечатляющее зрелище. Расположенный на восьми уровнях, он, по-видимому, на каждом из них повторял один из климатических поясов планеты. Первой им показали самую верхнюю ступень. Стена, казавшаяся с большой высоты отвесной,
На втором этаже этого странного Города степь была уже иной. Холмистая и по всей поверхности украшенная негустыми рощами и одиноко растущими деревьями, не очень высокими, но имеющими широкую, разветвленную и почти плоскую сверху крону.
Третий уровень оказался бескрайним морем лесов. На горизонте поднимались горы. Но на четвертом уровне продолжалось царство леса, только деревья в нем теперь были иными. Камера окунула их в самую чащу, но, вопреки ожиданиям, там было довольно просторно. Стройные, гладкие, светло-серые стволы на высоте пятнадцати-двадцати метров расходились тремя мощными ветками, каждая из которых в дальнейшем также делилась на три. Круглые, метровые, ярко-зеленые листья величаво раскачивались на крепких, толщиной в палец, черешках. Земля под деревьями была устлана толстым, плотно слежавшимся ковром опавшей листвы, сквозь который с явным трудом пробивались редкие, бледные и слабые стрелочки травы. Густая крона деревьев оставляла ей слишком мало света. В лесу царил вечный полумрак. Печальное желтовато-коричневое однообразие скрашивали шары самых фантастических расцветок, от густо-черного - через весь спектр цветов - до целомудренно-белого. Они сидели там и сям, группами и в одиночку. Самые большие из них имели размер футбольного мяча и, как правило, были темны, но вокруг них, россыпью ярких разноцветных горошин, теснились стайки мелочи.
Изображение пропало, и Страус заявил, что "Орион" на подходе к третьей планете.
– Почему ты все время выключаешь изображение?
– уже не на шутку возмутился Николай.
– Мог бы выйти на орбиту и крутиться на здоровье, а нам дать досмотреть.
Страус вполне резонно возразил, что окончательное решение об осмотре и изучении планеты принимают люди, а в его обязанности входит своевременно информировать их о необходимости принятия этого решения, чем он, собственно, в настоящий момент и занимается.
Эти регулярные, как восход солнца, шутливые перебранки между Ником и его подопечным всегда вызывали у Свена улыбку.
– Ну, положим, в настоящий момент ты занимаешься словоблудием, вставил он.
– Словоблудие не словоблудие, а планета эта для вас будет гораздо интереснее предыдущих, и посему - поспешите в рубку, досмотреть еще успеете.
Третья планета системы Энифа была укутана покрывалом облаков.
– Большая часть поверхности покрыта водой, - сообщил Страус.
– Имеется три материка, расположенных цепочкой вдоль экватора. Природа здесь только-только вошла во вкус Эксперимента. Вот полюбуйтесь.
На центральном экране рубки появилось сплошное зеленое море.
– Мы сейчас проходим над средним материком, под нами тропические джунгли - и жизнь там, я вам доложу... Советую ознакомиться ближе, официально закончил Страус.
Материк медленно уплывал из поля зрения, уступая место океану с рассыпанными по нему маленькими прибрежными островами.
– Боюсь, здесь нам придется немного задержаться, - сказал Свен.
– Мы должны хоть в общих чертах ознакомиться с планетой. Подготовь кибер, обратился он к Страусу.