Чтение онлайн

– Не ножи у них оружие основное, не даю им сабли специально, чтоб не хватались за нее почем зря, а врагов побивали огнем.

– Так, а я тогда зачем?

– Коль ножи им дадены, должны уметь бой вести. А задумал ножи затем, что не всегда громкое оружие уместно, может, надо будет тихо подплыть да бесшумно всех вырезать.

– Интересная у тебя задачка, давненько я отроков не гонял. Возьму-ка с нами еще Бояна, и мне с кем перевидеться будет, и за сотней отроков пригляд лучше. Как, потянешь еще одного стрельца на прокорм?

– Потяну, коль в общей дружинной избе жить согласны

да с отроками за общим столом сидеть.

– Отчего же не пожить, нет в том зазора, согласны. Когда поедем?

– Завтра с утра. Хотел еще по рынку пройтись, дела порешать да на стрелецкий двор устроиться.

– К чему тебе двор стрелецкий, у меня оставайся, вечером втроем посидим, о делах перемолвимся.

– Что ж, принимаю твое предложение с благодарностью. Теперь позволь откланяться до вечера.

После Демида заехал к портным, переговорил с ними о раскройке юбки. Порисовали. На мой взгляд, слишком длинная, но мастера в один голос утверждали, что короче нельзя, это как с голым задом ходить. Все же убивают меня эти моды: полпятки торчит из-под юбки – это уже с голым задом. Мастера сказали, что к утру могут сшить образец. Показал им размеры на пальцах, все же фигуру своей женщины надо знать досконально. Договорился на пару юбок к утру и штуку сукна.

Потом походил по рынку. Холмогоры были все же центральным городом воеводства или губернии, не знаю, как сейчас правильно. Торговля тут шла бойко в любой день. Да и выбор товаров не многим хуже архангельского, а цены так и ниже, пожалуй.

Тем не менее ничего такого, что купить захотелось, в глаза не бросилось. Для дома вроде тоже ничего не надо. Кузьма в Холмогоры ездит регулярно. Зато походил по рынку, как по выставке, поговорил с купцами. Те, кто меня не знал, а таких было много, рассказывали, какой у них есть супертовар, прямо из Вавчуги, не чета заморским, и готовы были отдать за бесценок.

Правда, от их ценников хотелось шарахаться, это сколько же они на наши цены накручивают? Задал вопрос, а как он докажет, что товар из Вавчуги. Купец стал тыкать в меня набором наших же стамесок, посмотри, мол, какая сталь, какая полировка. Тут он прав, после того как завел в цехах пескоструйку, подсмотрев ее у ювелиров, вид товаров стал значительно лучше.

Сунув мне стамеску под нос, купец потыкал в клеймо. Обалдеть, на меня с железа смотрел атакующий орел, очень хорошо прорисованный штрихами. Когда это они клеймо запустить успели?

Посмотрел остальные инструменты, все клейменое. Как это раньше не замечал? Причем, что интересно, ассоциируют это клеймо не с братьями, а с царскими заводами в Вавчуге, братьев просто продавцами считают. Надо обсудить с Бажениными такие коллизии.

Обратил внимание – стало на рынке много чеканных изделий, от домашней утвари до украшений. Все же выпуск листов латуни пошел впрок не только нашему заводу, но и всем мастеровым Поморья.

Вечером хорошо посидели с Демидом и Бояном. Легко с ними было, хоть они оба и много старше меня будут. И водочка хорошо пошла под разговоры. Они мне байки травили о своем боевом пути, в ответ рассказывал случаи из походов, выдавая их за экспедиции и тщательно фильтруя исторические реалии. Потом завели

разговоры об отроках и обучении. Много рассказывал, каким вижу будущее этого абордажного полка, говорил и о том, что коль себя покажем пред государем, то дело выльется во много большее, чем сотня отроков.

Мужики кивали то ли одобрительно, то ли наоборот, мол, мечтай-мечтай. Подвел разговор к сильно интересующему меня вопросу: а что же вы умеете, мужики, чему обучить можете?

– Ножевым-то ухваткам мы твоих отроков обучим, на то нас хватит, – отвечал неторопливо Боян. – Еще и иной справой воевать обучим, а то всяко в бою подобрать взамен выбитого можно. А вот подобраться тихо да по-хитрому, то не к нам, мы ж стенка на стенку ходим, нам то не надобно. Егеря тебе справного надо, они все как есть лазутчики.

– Во, и я думаю, егеря тебе надо, – продолжил Демид, – да опытного зело, чтоб и со свеями успел переведаться, и не старый, и не при делах ныне.

– Это ты на Сему, что ль, киваешь? – спросил Боян, рассматривая на свет огонька фитиля полупустую стопку, стеклянную, надо бы заметить, богато Демид живет.

– Так на кого ж еще? – усмехнулся Демид. – Как, Александр, не объедим мы тебя втроем? Мошны на три жалованья хватит?

– Демид, я все же государев человек, – ухмыляюсь в ответ. – Ты сомневаешься в царской казне?

– Ну, значит, так и порешим, – улыбается Демид в ответ. – А теперь марш все по лавкам. Завтра на чудеса Вавчуги хочу пораньше посмотреть. Зацепил ты нас, мастер, байками своими. Покойной ночи всем.

Несмотря на непривычное место и сон в одежде, заснул моментом, надо чаще водку от бессонницы принимать.

Утром на заутреню никто не гнал. Демид считал, что всяк верит, как умеет – это еще больше расположило меня к стрельцу. А вот на выход он вытолкал всех совершенно бесцеремонно. На улице мне был задан очень правильный вопрос: как думаю идти в феврале в одном, как стрелец выразился, исподнем?

Форма морпеха действительно не располагала к маршам по морозу. Что-то типа большой плащ-палатки с капюшоном из толстого сукна будет в самый раз. Нечто подобное нынче у меня надевают патрульные, пора для всех сделать накидки. Обеспечение накидке водостойкости, как, кстати, и водостойкости фургона, выходит на первый план.

Демид оторвал меня от размышлений, сказав, что пошел к егерю и найдет нас на рынке. Мы с Бояном поехали за сукном на плащи и по дороге забрали юбки от портных. Оговаривать с портными плащ-палатку не стал, у меня такая была, брезентовая, с нее выкройки снять – раз плюнуть. А у себя на швейных машинах сошьем быстрее. Так чего время зря терять?

На рынке толкались долго, не ориентировался, куда идти, а Боян делал свои закупки. В итоге дошли до первой попавшейся лавки и скупили все толстое, неокрашенное сукно. Человек на пятнадцать должно хватить, а больше просто не было.

Демьян задерживался. В ожидании его ходили по рядам уже просто так. Найти тут резину не рассчитывал, но все же по сторонам поглядывал, мало ли что на мысль наведет. И ведь навело! Глиняный расписной сервиз навел. Единственное, что было в это время водонепроницаемым из мягкого, – это кожа и глина.