Чтение онлайн

Второй выстрел сделали только на следующее утро, тоже болванкой, вдоль реки. До обеда замеряли дальность полета болванки и спорили, тут упал снаряд или не тут. Сделал два вывода. Первый, что нитробумажек можно поменьше, для экономии довести их вес до пятнадцати процентов от веса снаряда вместо двадцати, как сейчас. Ствол выдержал повышенный заряд, это следствие из первого вывода. Вывод второй, надо стрелять в чистом поле по земле, уж больно трудно точно отследить падение снаряда в воду.

Опять остановил стрельбы, велел разбирать патроны и уменьшать заряд. Третий выстрел сделали на следующее утро зажигательным снарядом, в основном чтобы убедиться в работе взрывателя, ну и дальность с новым зарядом оценить. А также, что взрыватель не сработает при выстреле. На линии стрельбы расставили морпехов вдоль берега, пускай наблюдают из-за деревьев. Так что падение отследили значительно

точнее. И взрыватель сработал от удара о воду, но взрыв был уже под водой, значит, пробить борт снаряд должен успеть. Похвалил себя за удовлетворительное воспроизведение известных технологий и приказал монтировать орудие и платформу на «Орла». Пока смонтируем, будет готово следующее, поставим вторым номером, и можно зашивать башню.

Башни были деревянные, для защиты от воды, хотя пулю на излете они тоже остановят. За оставшееся до изготовления второго орудия время успел проверить работу собранного дальномера, правда, в настройке не усердствовал, по луне выставил, а остальное надо настраивать уже в комплексе с орудиями.

Попробовали сделать первый снаряд с шимозой. Самое сложное – изготовить надежную оболочку. Идея с фарфоровой изоляцией двигалась медленно, подбирали температурные режимы и режим закалки, да еще чтобы железо снаряд не повело. При высыхании фарфор довольно заметно усаживался, пришлось дополнительно заливать между стенками фарфоровой капсулы, после ее изготовления, и снарядом разогретую смолу для заполнения пустот. Добились того, что упавший с высоты роста человека снаряд с фарфоровой капсулой, плотно заполненной песком, не получал трещин в изоляторе. После чего велел моим гончарам начинать производство новых снарядов и обязательно следить за качеством. Малейший контакт шимозы с железом может повлечь неприятные последствия. Подрыв на собственном снаряде не входил в мои планы.

Сам с первым выдержавшим все испытания снарядом направился в пороховой форт. Шимозы в четвертом цеху форта наделали уже довольно прилично, на десяток снарядов. Надо подумать, где хранить снаряды небольшими партиями. Для начала прикажу отрыть несколько земляных складов за валом. Залили первый снаряд, заткнули деревянной пробкой, которая и углубление для взрывателя обеспечит. Отнес на сборку.

Буду считать, что оба вида боеприпаса у меня готовы и можно начинать стрельбы.

Однако на стрельбы «Орел» с одной башней вышел только к концу сентября.

Найдя длинный пустой песчаный пляж, встали на якоря, растянув «Орла» за нос и корму.

Высадили десант морпехов на берег для контроля стрельб. Сидел в башне на месте наводчика, еще раз пробовал механизмы наводки – немного тяжеловато, но гидроусилители мне пока не по зубам. И дальномер получился темноватый, хотя это мне, может, просто кажется из-за общей хмари за бортом. Спасибо хоть видимость была несколько километров. Самая курсантская погода четыреста на четыре – усмехнулся про себя и дернул спуск левой пушки.

Грохнуло так, что пулей вылетел из башни, думал, голова расколется. В ушах звон и полная глухота. Даже результат выстрела уже не интересовал. У меня что? Пушку разорвало? А почему тогда живой остался. Минут пять приходил в себя, тряс головой и ковырял в ушах. Вокруг собралось полкоманды, что-то спрашивали, некоторые заглядывали внутрь башни через раскрытые створки.

Немного придя в себя, заглянул в башню оценить повреждения. С удивлением увидел, что все цело. Ощупал теплую пушку, действительно без повреждений. Это что же, так постоянно глушить выстрелом будет? Да это уже не стрельба, а смертная казнь. Обратил, наконец, внимание на результаты выстрела. Далеко на пляже суетились точечки морпехов, устанавливали столб в место падения болванки снаряда. А чуть дальше и правее суетилась вторая группа, устанавливая столб мишени с белым лоскутом на вершине.

Отключил связь механизма вертикальной наводки и дальномера, начал настраивать дальномер на еле видимый столб попадания. Подправил и осевую настройку дальномера. Соединил механизмы и затянул гайки. Перед вторым выстрелом выбрался из башни, переговорил с волнующейся командой, благо слух уже возвращался, сделал из лоскутков себе затычки в уши и прижал их для верности опущенными ушами картуза. Перезарядили левую пушку, дождались, пока пляж очистится, и выстрелил еще раз, уже тщательно прицелившись, во второй столб. Второй выстрел я пережил значительно легче. Вот так уже можно стрелять, хотя долгий бой вести будет очень тяжело. Снова забегали морпехи, хотя на этот раз фонтан попадания видел сам. Не попал, конечно, но где-то близко. Опять подстраивал дальномер. Третьим выстрелом тоже не попал, но посчитал его накрытием: столб покосился

от близкого попадания. Зафиксировал все настройки в блокнот, дождался, когда освободят полигон, и выстрелил из правой пушки. Снаряд ушел дальше и левее. Сел решать задачку на треугольники, на сколько надо опустить ствол правого орудия и сдвинуть его станину относительно левого, чтобы собрать залп башни примерно в одной точке.

Далее крутили гайки и помогали себе кувалдой. Второй выстрел правой пушки – и вновь расчеты и настройки. Третий выстрел из правой пушки также посчитал накрытием, хотя попасть прямо в столб так и не удалось. Ну и ладно, в тридцать – сорок метров корабля должен попасть из обоих стволов. Велел поднимать сигнальный флаг, что пристрелка закончена и надо ставить пробные мишени на разных дистанциях.

Пока морпехи обеспечивали полигон мишенями, пошел перекусить и увел с собой Семена. Начал агитировать его на должность наводчика. Должность Семена заинтересовала, он вообще к нашим пушкам дышал неровно. Все военные новинки изучались им крайне внимательно. Тут же прочитал лекцию о стрельбе из нашей пушки, совмещенной с дальномером. Принцип стрельбы был настолько прост, что понимался интуитивно. Обсуждали скорее нюансы. После перекуса воткнули в уши затычки и полезли в башню. Посадил Семена на место наводчика, договорились, что он стреляет по пристрелянным мишеням. Попал с первого залпа из обоих стволов. Попал относительно, разрывы в радиусе десяти метров примерно, хотя казалось, разрывы поднимались прямо у столба. Попробовали стрелять по дальней мишени – недолет. Постучал Семена по спине, тот вытащил затычку из уха, обсудили, почему недолет, объяснил про настройки на одну дистанцию и что следует попасть, а потом посмотреть, насколько надо перестраивать дальномер. Попали с четвертого снаряда, на всякий случай добили несчастную мишень из второй пушки – ее снаряд лег еще лучше. Буду считать эту дистанцию предельной для прицельной стрельбы. Думаю, двух километров хватит пока.

Отсоединили механизм, начали настройку дальномера, тщательно записывая, на сколько оборотов провернули червяк. Морпехи зажгли фонари и начали подсвечивать мишень, как договаривались, а то в опускающейся темноте было уже плохо видно столбы. Почему именно столбы взяты мишенями? Это особенность дальномера – он накладывает два изображения друг на друга от правого и левого объективов, и их надо совмещать. Совмещать всегда удобнее две вертикальные черточки, чем любые другие фигуры. На парусных кораблях этими черточками станут мачты или трубы, а на полигоне – высокие столбы.

Отъюстировали дальномер на новую дистанцию, соединили механизмы. Помигали фонарем морпехам, светлячки рванули с пляжа в лес. Покрутили башней, чтобы сбить наводку, и прицелились заново, скорее угадывая, где мишень. Не попали. Отложил продолжение стрельб до утра.

Следующим утром расстреляли еще пятнадцать снарядов для дистанций в пятьсот метров, километр, полтора километра и два километра. Получил несколько точек для дальномера, на основании которых теперь надо переделать управление. От линейного червяка придется отказаться, зависимость угла наклона стволов и сдвига оптического клина дальномера вышла весьма сложной – будет фигурный шаблон для сдвига оптики. Несколько громоздко, но место под потолком башни есть, так что мешать никому не будет. Выявились и еще мелкие недостатки, которые надо будет переделывать. И что-то надо делать с сигналами: в грохоте башни общаться можно только жестами, а как туда с мостика сигнал подавать, вообще непонятно.

К вечеру «Орел» вернулся на верфь, и я отдал команду готовить корабль к зимовке. Это тоже была операция не из легких. Варианта было два. Идти к Холмогорам и встать на зимовку там, в протоках между островков, там ледохода нет. Либо вытаскивать «Орла» по слипу [3] , который уже лихорадочно строили. Так как надо было еще многое доделывать, решили вытаскивать. И два дня только этим и занимались. После того как «Орел» утвердился на берегу, занялись его консервацией на зиму. Времени опять не хватало, а мне еще чертежи строящегося корабля перерабатывать, верфь-то стоит! Правда, там развернули огромный кружок судомоделизма, однако надо и второй корабль сопровождения строить. А еще ждал лекал для винджаммеров от посланных на Соломбальскую верфь мастеров. Хотя лить был не готов, новая домна только заканчивала сушку.