Чтение онлайн

На «Орле» царило сумасшествие. Вещи велел кидать как попало, главное, все взять, а пока спускаемся к Архангельску – разложим и рассортируем. Беспорядочная беготня по четырем сходням напоминала колонну муравьев, только в ускоренном просмотре. Менее чем за час все были на борту и смотрели на меня выжидающе. Велел затаскивать сходни на борт. Повернулся к боцману.

– Отходим! Покажите нам, мужики, что недаром стали победителями регаты. К вечеру надо быть в Архангельске.

Всю дорогу до Архангельска бегал по кораблю, не находя себе места. Да где же прокололся-то?! Мастера чертежи не передавали, после такого никто бы из них в глаза мне смотреть не мог. Век не тот. Либо

перерисовал кто-то, либо нет у шведа никаких чертежей. Хотя купцы могли чертежи винджаммера продать. Но у них только общие виды, даже обводов нет. В любом случае шведа надо подробно выспросить. А дальше с ним что делать? Вернется домой и устроит истерику на весь мир!

Искоса посмотрел на свою совесть, которая уже встала в гордую позу, сплетя на груди руки и неодобрительно меня рассматривая. Да, дорогая, именно то, что ты подумала. И не надо ко мне с проповедью, сам знаю, что так нельзя.

Исходя из этих мыслей всех морпехов на подходе к Архангельску – в трюм. Ни одного лишнего человека на палубе. «Орел» просто идет на учения в море. Остановлюсь на пристани гостиного двора, и пока Осип бегает и разузнает, где швед, буду всем рассказывать о планах учений в море и что нам спешить надо, а Осип нас задерживает своими купеческими делами, а как он вернется – и мы сразу в море. А сами отойдем вниз и высадим десант на берег. Умыкнем шведа, вернемся на «Орла» и дальше в море, на учения. До Соловков дойдем обязательно, чтобы и там нас видели.

Собственно так и произошло. Осип бегал, я развлекал стрельцов. Вернувшийся Осип прошел мимо по пристани на корабль. Попрощался со стрельцами и степенно двинулся догонять.

– Ну, где наш шустрый свей, Осип?

– Ушел на голландском галиоте, еще вчера к вечеру отплыли.

– А фрегат как же?

– Да вон он стоит. – Осип указал рукой на рейд.

– Осип, свей точно на галиоте ушел? Подумай, это важно.

– Да хто ж его знает, князь Александр. Спрашивал у купцов, как мне свея найти, мол, разговор к нему есть. Они и сказали, что ушел на галиоте с самозванцем вашим с регаты. А подробно спрашивать ты сам не велел.

Поймал взгляд боцмана, который, как и вся команда, стоял поблизости, махнул ему рукой – отчаливаем.

– Осип, ты узнал, куда галиот пошел?

– К Стекольному и пошел, куды же еще-то?

– Куда пошел?

– Свеи его Стохольмом кличут.

– Понятно. Боцман! Как из Двины выйдем, на горло правь и поспешай!

Пошел к морпехам в трюм. Трюм перестал быть просторным. Через все пространство под разными углами проходили балки распоров орудийных башен, так что короткий митинг перед морпехами напоминал выступление в лесу, где за стволами прятался электорат.

Поставил задачу – будем брать на абордаж галиот. Команда у него небольшая, но есть пушки, сколько именно, не считал, подойдем поближе – посчитаю. Никаких потерь с нашей стороны не одобрю, подавлять все огнестрелами – две сотни пуль каждые десять секунд из этого галиота дуршлаг сделают. Потом помялся и добавил, живой мне никто не нужен. И галиот будем топить.

Как мне объяснять морпехам, какого именно шведа в толпе мне бы хотелось допросить? Особенно если и сам не ведаю, как он выглядит. Замешкаются морпехи при абордаже на секунду, фильтруя, тот или не тот, – и начнутся потери. Мне мои люди дороже. Получится у шведа выжить – допрошу с пристрастием, не получится, значит, ему повезло.

Надеялся, что мы отыграем у галиота сутки отставания еще до горла. В горле, на сулое [2] брать на абордаж не стоит – многие вывалятся за борт. Поднялся на палубу и начал гонять поморов.

Лишний раз убедился, что принял правильное решение – поменять оснастку на гафельную. Но это решение так же опоздало, как и пушки.

Резались против ветра и разгулявшейся волны мы очень тяжело. Регате с погодой сказочно повезло. Зато теперь погода отыгрывалась – злой порывистый ветер с пенной зыбью на море и мелкий дождь с неба. Обычная беломорская погода. Проглядеть в этой пелене галиот становилось очень вероятным. Пошли размашистыми галсами, что не добавляло нам скорости сближения с намеченной жертвой. Оставалось надеяться, что галиоту еще тяжелее.

До сулоя самозванца так и не достали, проходили сулой под зимним берегом. Это место в горле Белого моря не может оставить никого равнодушным. Два встречных течения ведут тут тысячелетнюю битву, которая то затихает, то разгорается вновь. На всем поле боя вырастают из моря величественные волны-бойцы и с шипением обрушиваются друг на друга. Под килем неожиданно раскрывается многометровая яма, а потом схлопывается, забирая все, что туда попадет. Из глубин поднимаются водяные пузыри и расплываются шляпкой гриба по поверхности, а рядом, неожиданно, начинает вращаться водоворот. Тысячи лет ведется эта война, и тысячи мелких кораблей лежат тут на дне, просто попавшись под горячую руку двух сражающихся великанов. «Орлу» этот сулой с толчеей не страшен, а вот на маленьком катамаранчике тут проходить было очень свежо для нервов.

Нагнали самозванца мы только у Святого Носа.

Едва заметив в дымке мороси паруса галиота, если это был, конечно, он, приказал подниматься на ветер. Будем зажимать галиот между ветром и берегом. Еще бы не ошибиться судном. Двух поглощенных морским штормом судов моя совесть может и не пережить. По крайней мере сразу.

Погоня на море против ветра довольно долгое занятие. Хоть мы и шли заметно быстрее. Команде были разъяснены все маневры, которые будем выполнять при абордаже. Никто не задал вопроса «а как же предупредительный выстрел?». Нравятся мне эти люди, надо – значит надо, и навалились всем миром.

Показывал морпехам, как прислонить к вантам сходни и привязать их к нижним выбленкам. Двум экипажам морпехов велел занимать позиции на вантах, усаживаясь на выбленки, друг над другом, и прикрываясь спереди сходнями, стоящими вертикально. Их задача – отстрелять все, что будет шевелиться на палубе галиота. Не высовываясь из-под прикрытия стоящих вертикально сходней. Они хоть как-то экипажи от картечи уберегут.

Два экипажа положил на мокрую палубу между мачт. Задача – ворваться по сброшенным сходням на борт галиота, отстреливая всех, кого убили первые два экипажа. Навалили под левый фальшборт всяческое судовое имущество. Обозвал себя идиотом – не додумался загрузить мешки с песком, выгруженные после регаты.

Попросил Семена стрелять по портам, как только они откроются: не попадет, так хоть пушкарей попугает. Подозвал капралов, велел назначить из своих экипажей лучших кошатников. Кошек мы захватили десяток, пара не вызывала доверия, но нам по ним и не лезть. Объяснил задачу – лежать до команды, потом метать кошки и тянуть веревки, не вставая. Ногами пусть в завалы у фальшборта упираются и вытягивают веревку, выжимаясь ногами. Пришлось показывать. Как сходни упадут – заматывать веревки вокруг ближайшей мачты.