Аргентина
Шрифт:
– Будь счастлив, Чжан!
– Спасибо, доктор, – поблагодарил врача Чжан. Он сел в стоящее рядом такси и выехал в пассажирский космопорт. Космопорт сильно изумил Чжана, не было ничего из тех предметов, которые напоминали прежние космопорты. Не было обслуживающего персонала из людей. Всюду ходили в серебристо-стальной форме роботы службы космопорта, одни из них были похожи на мужчин, но больше было роботов с внешностью женщин.
Чжан подошел к стойке регистрации на рейс, никого у стойки не было. Но стоило ему дотронуться до края стойки, как из открывшейся ниши поднялась
– Куда желаете отправиться, сэр?
– В Сочи, в федеративный округ Россия, – ответил неожиданному сюрпризу из-за стойки Чжан.
– Каким классом желаете лететь? – улыбнулась программно девушка-робот.
– Эконом, – продолжая изумляться, выбрал Чжан.
– К сожалению, у нас не остались места эконом, есть экспресс, есть престиж, есть федеральный комфорт, – извиняясь, предложила девушка-робот.
– Самый дешевый, пожалуйста, – отметил Чжан, не понимая до конца, о чем речь, но, подняв голову, он увидел светящееся табло проектоскопа.
– До Сочи тридцать федеральных ЭКЮ, – предложила девушка-робот.
– Хорошо, давайте, – согласился Чжан.
Пройдя через терминал безопасности, он зашел в кафе, взял себе чашку кофе с круассаном. Совсем скоро Чжан летел на огромном пассажирском лайнере вместимостью в несколько тысяч человек. Корабль, похожий на стрижа с поджатыми крыльями, в течение часа донес всех до Сочи. Лайнер заходил на посадку над теплым Черным морем, Чжан с нетерпением вглядывался в телеокно. Ему не терпелось увидеть жену и дочь. Лайнер сел, подали трапы и пассажиры, радостно переговариваясь, стали покидать салон.
Чжан вышел на трап, солнце осветило его лишенное загара лицо. Он вспоминал, как незадолго до боя над Плесецком родители приобрели себе дом у моря. Там часто он бывал с женой Соней и дочерью Алисой.
Жена встречала его с дочерью Алисой. Тридцать лет разлуки почти не изменили Соню, а дочь Алиса, ставшая взрослой женщиной, стала настолько красивой, что пассажиры-мужчины, проходя мимо по залу космопорта, поворачивались, заглядываясь на красавицу-дочь.
– Чжан! – Соня бросилась на шею Чжану. Она плакала от радости, не веря в чудо. Слезы текли по щекам, а радостные лица Сони и Алисы были настолько лучезарно осветлены, что выйдя на улицу, они стали блестеть на солнце. Чжан целовал жену и дочь, приговаривая:
– Я живой, дорогие мои, я живой!
Соня, красивая женщина со светлыми волосами и карими глазами, все рассматривала вернувшегося мужа, глядела на него не верящими в произошедшее глазами и говорила. Она рассказывала о той жизни, где не было Чжана, о выросшей дочери, о ее женихах. О том, как они его ждали, как не могли смириться с мыслью о возможном летальном исходе лечения Чжана.
Когда они, наконец, стали подъезжать к дому родителей, Чжан попросил водителя такси остановиться неподалеку.
– Дорогая, я пройдусь до дома.
Соня с Алисой переглянулись и поняли, что Чжану хочется немного побыть одному. Чжан увидел акацию, ее посадил отец, только купив дом. Она стала большой. Нежные бело-розовые гроздья ее цветов свисали с веток. Легкий ветерок разносил
Чжан подошел к дереву, обнял его. Вмиг нахлынувшие воспоминания вернули его в детство у бабушки в Пекине. Акация напомнила ему юность в Средней Азии с ее базарами, с рядами пряностей и зелени, фруктов, ароматами ягод и манящим запахом шашлыков. Чжану не верилось, что он потерял тридцать лет, нет родителей, дочь выросла, нет многих друзей рядом. Слеза перемешанных чувств, грусти и возвращения сползла по его щеке. Он смахнул ее и поцеловал дерево.
«Вот я и дома, мама и папа», – прошептал Чжан, обращаясь к акации как к родителям.
Еще раз обняв дерево, Чжан пошел к дому. Соня встретила его у ворот. Они вошли во двор. Высаженные в саду растения и убранство представляло смешение стилей: китайского и японского, среднеазиатского и европейского. Было очень красиво: много цветов, аккуратно подстриженных кустиков и элегантно рассаженных клумб с цветами.
– Чжан, мой дорогой! Теперь ты дома, и мы, слава богу, вместе, – подбадривая мужа, сказала Соня. – Пойдем обедать, нас уже ждут.
Поцеловав мужа, Соня повела его в дом. Они вошли в зал, где их ждали дочь Алиса и ее жених Артур. Чжан поздоровался с Артуром, пожав ему руку, прошел вдоль овального стола из красного дерева, сел на место хозяина дома. Все расселись за столом, Соня вызвала роботов по дому и велела им внести праздничное блюдо.
Два робота по дому вошли в зал и поздоровались. Один из них, с пристегнутой к корпусу сервировочной коробкой, сказал:
– Добрый день, господа! Прошу немного терпения, сейчас я сервирую стол. – И он стал аккуратно вытаскивать своими четырьмя руками-манипуляторами из коробки тарелки с греческими узорами и мифическими героями, вилки с ножами из серебра, салфетки и все, что можно увидеть на праздниках и торжествах.
Ловко управившись за одну минуту, робот-сервировщик ушел, пожелав всем хорошего отдыха.
Следом за ним вышел робот-повар и также поздоровался. Он внес с собой металлический ящик и ловко, в четыре руки, стал накладывать из ящика итальянскую пасту, среднеземноморский салат. Налил в расставленные бокалы минеральную воду и красное вино. Закончив все это действо, робот поблагодарил всех за терпение и сказал:
– Приятного аппетита! – и вышел.
Сидящие за столом выпили по бокалу красного вина. Вино согрело их, расслабило, сделало обстановку более гостеприимной.
– Папа, мы с Артуром собираемся пожениться, – огорошила Алиса.
– Да? А как ты к этому относишься? – спросил Чжан Соню.
– Я только рада, – ответила Соня. – Артур из хорошей семьи, они с Алисой любят друг друга.
– Вот и прекрасно! – заключил Чжан. – Я тоже за, – и он крепко обнял Артура.
– Папочка, мамочка! – Алиса на радостях бросилась обнимать родителей. – Я так волновалась, что Артур может не понравиться тебе, папа, – засияла улыбкой Алиса и, вдруг посерьезнев, спросила: – Пап, а ты от нас ведь никогда больше не уедешь?