Апостол
Шрифт:
Хотя сейчас немного подкрепившись, я взбодрился. Ещё бы кофейку бахнуть, и вообще нормально. Так витая в облаках, я совсем прослушал, что мне там втирал вожак собакоголовых. Очнулся я лишь на его словах:
— Поэтому право первым забрать долю с добычи остаётся за тобой.
— Забей, — махнул я рукой. — Мне ничего не надо.
Да и что с них взять-то на самом деле? Крафтовый ширпотреб? Разве что на командире можно было что-то поискать. Ну, да в бездну его. Ещё гномьи портки за собой таскать.
— Ладно. Алебарду заберу.
На самом деле она мне была не нужна. Но уж очень интересная вещица была. Поэтому мой внутренний хомяк просто забился в истерике, протестуя против такой моей расточительности.
— Расскажи мне ещё, чего они на вас взъелись вообще? — спросил я у вожака.
Тот ненадолго задумался, почесав подбородок, и ответил:
— По бездне прошёл слух, что город дроу пал. Тёмные кланы практически уничтожены. Поэтому двергары решили воспользоваться ситуацией и стать главной расой в мире. А для этого им нужно уничтожить конкурентов. То есть нас.
Я про себя посмеялся: «Ну, это им ещё с людьми надо будет разобраться. С семью миллиардами. Или сколько там нас сейчас? Восемь?» А вслух спросил:
— А вы прям с ними конкурируете? Не пойми меня неправильно. Но что-то по вашему количеству не скажешь, что вы бы могли претендовать на главенство в бездне.
Как ни странно, никто даже не обиделся на мои слова. Вожак лишь пояснил, что кинокефалы это кочевой народ, разделенный на кланы. Клан Белого Когтя был отрезан от остальных. Поэтому их и загнали в угол.
— Значит, где-то есть ещё представители вашего вида? — уточнил я.
— Конечно. Хотя остальные кланы поменьше… Были когда-то, — вздохнул вожак.
Я хотел ответить что-то вроде: «Не парься. Новых щенков нарожаете». Но вовремя осёкся. Оправдывайся потом, что это не ты мразь такая по жизни. А это договор на тебя влияет. Поэтому лишь выразил пусть и наигранное, но всё же сочувствие.
— Позволь у тебя спросить, как ты здесь оказался и куда держишь путь? — задал вопрос одноглазый.
— Оказался случайно. Порталом занесло. Теперь мне надо выбраться домой на поверхность.
— Так, значит, это правда?! — удивились находящиеся рядом собакоголовые. — Путь на поверхность открыт?!
— К сожалению или к счастью, да, — ответил я.
— Долго же тебе придётся идти, — покачал головой собачий ассасин.
— Не так уж и долго. Надо лишь на восемнадцатый подняться. Там меня должны забрать друзья.
— Но ведь там находится город двергаров, — задумался вожак.
— Ага. Именно туда мне и надо.
Кинокефалы начали переглядываться между собой и, наконец, вожак спросил:
— Ты же понимаешь, что весть о разгроме войска уже дошла до короля? И вряд ли тебя там встретят с радушием.
— Ну, им же хуже, — пожал плечами я. — И их городу тоже. Разнесли остроухих, разнесём и полуросликов.
Тут собачьи челюсти вообще натурально отвисли.
— Так значит, слухи правдивы? — с каким-то придыханием спросил у меня вожак. — С дроу поквитался один разумный? И это был ты?
Я почесал нос и ответил:
— Ну, формально нас там было семеро. Хотя всю работу, конечно, сделал я.
— Я не верю, — запротестовал ассасин. — Это невозможно!
— Замолчи Гавлаф, — мягко осадил ловкача вожак.
Я же медленно встал и отряхнул штаны:
— Ребята. Мне плевать, во что вы там верите или нет. Я вот ни во что не верю. Я здесь исключительно ради насилия. Подскажите дорогу на восемнадцатый, и мы квиты. Даже танки можете забрать себе.
— Постой! — выставил руки ладонями вперёд вожак. — Прошу прощения за моих воинов. Правильно ли я понимаю, что ты собираешься атаковать Горнаст?
— Это что такое?
— Город двергаров.
— Ну, если они по-хорошему ворота не откроют, значит, буду атаковать.
Не успел никто ничего ответить, как откуда-то со стороны я услышал женский голос:
— Я с тобой!
Посмотрев за спину вожака, я увидел, как к нам шагает та самая магичка, которая проворонила удар по здешнему детскому саду. Смотреть на неё было страшно. Половина всей шерсти была сожжена, и на её месте зияли ужасающие струпы. Женщина будто откуда-то из ада вылезла. Но видимо, лекари достаточно её подлатали, чтобы она могла ходить и даже качать права.
— Рыси! Ты жива? — удивился вожак.
— Живее этих тварей! — сплюнула магичка на один из трупов. — И я жажду мести!
Вожак и магичка встретились взглядами и зависли так секунд на десять, будто обмениваясь какими-то мыслями. Но тут всё было понятно и без слов.
Эта Рыси чувствовала за собой вину. И хотела утолить свой гнев, а может и получить искупление. Вожак же должен быть рассудительнее. Как ни как он отвечал за весь клан. Поэтому не мог принимать такие скоропалительные решения.
«Мне бы, конечно, у него поучиться», — подумал я.
Но всё же одноглазый сдался. Он понимал, что их клану всё равно конец. Если не сегодня, то завтра двергары всё равно их достанут. Поэтому нужно нанести удар первыми. И я был их единственным шансом.
Меня начали пытаться уговорить подождать, пока они всё спланируют. Но я не мог тратить зря время. Там наверху были мои охломоны, которые почему-то не выходят на связь. И я волновался, не случилось ли чего.
Вот только стоило мне подумать эту мысль, как пришло сообщение от Аски: