Чтение онлайн

— Да, мы много чего еще не знаем, — заметил Шалго.

Лиза молча смотрела то на мужа, то на гостя.

— А что, если… — произнесла она, скорее обращаясь с вопросом к самой себе, чем к остальным, — если вдруг выяснится, что Виктор Меннель приезжал для установления контакта не с центром фармакологии, а лично с профессором Табори или с кем-то другим?

— Я уже думал об этом, — сказал Кара. — Если это действительно так, история становится тем более интересной.

«Странно, — рассуждал Фельмери, — убили какого-то

типа, а полковник и Шалго, вместо того чтобы выяснить, кто убийца и почему он совершил это преступление, принялись гадать, зачем Меннель приехал в Венгрию».

— Вы следите за нашей беседой, Фельмери? — обратился вдруг Кара к задумавшемуся лейтенанту. — Или дремлете?

— Слежу, — отвечал лейтенант.

— И каково ваше мнение?

— Пока еще не знаю. — Фельмери смущенно посмотрел на хозяйку и во взгляде ее приветливых глаз словно прочел поддержку. — Мне кажется, что важнее всего поймать убийцу. А тогда уж мы получим ответ на все вопросы, которые нас интересуют.

По лицу Шалго было видно, что ответ лейтенанта ему пришелся не по вкусу.

— А вот меня, юноша, жертва интересует куда больше, чем убийца, — сказал он. — Мне кажется, что ответы на многие вопросы мы должны получить еще до того, как найдем и схватим преступника. Ведь возможен и такой вариант, что между секретным заданием Меннеля и его убийством нет вообще никакой связи.

— Возможен, — согласился Фельмери. — Но тогда нам первым делом нужно выяснить, имеет ли фирма «Ганза» какое-то отношение к тайной рации в машине. Эта рация свидетельствует скорее всего о том, что Меннель был агентом разведки какой-то иностранной державы.

— Вот это уже другой разговор, молодой человек, — согласился Шалго. — И это действительно вопрос номер один.

— Правильно, — поддержал его Кара. — Кстати, машина Меннеля принадлежит фирме «Ганза»?

— Нет, — ответил Шалго. — Не думаю. На ней стоит транзитный номер таможенного управления ФРГ.

— Значит, машина была взята им напрокат, — заключил Кара и, обращаясь к лейтенанту, распорядился: — Скажите товарищам, чтобы они повнимательнее изучили технический паспорт машины.

— Но если автомобиль был взят напрокат, все наши гипотезы летят к черту. Вполне возможно, что Меннель и не знал о существовании у него в машине всего этого устройства!

— А теперь получается, что прав-то оказался Эрне, — подхватила Лиза. — Что, Оскар, осечка?

— Все может быть, — повел плечом Шалго. — Но вряд ли. Каково бы мне было, если бы все оказалось именно так? Миклош Балинт замучил бы меня своими насмешками. Черт побери, и как я об этом не подумал?

Шалго тяжело поднялся и ушел к себе в комнату. Немного погодя они услышали, что он с кем-то говорит по телефону. Вскоре он возвратился на веранду и с кислой миной сообщил:

— Машина принадлежит фирме по прокату автомобилей «Фридрих Мессер», Гамбург, Кенигсплац, три.

Оставшись

наедине с Фельмери, Кара отдал распоряжения:

— Поезжайте к майору Балинту. От него позвоните в Будапешт подполковнику Домбаи и передайте следующее: пусть товарищи в Центре соберут асе имеющиеся сведения о фирмах «Ганза» и «Фридрих Мессер», о профессоре Табори, а также о Бланке и Казмере Табори. Кроме того, пусть Домбаи установит в отделе постоянное дежурство. Все сведения я хотел бы получить сегодня.

— Дорогой господин профессор, — говорил Отто Хубер, сидя в гостиной виллы Табори, — я вам весьма признателен за приглашение, но мне не хотелось бы обременять вас.

Отто Хубер действительно говорил по-венгерски очень хорошо, хотя и медленно, тщательно обдумывая каждую фразу. У него был негромкий, слегка хрипловатый, как у всех заядлых курильщиков, голос.

— Вы ничуть не обремените меня, — запротестовал профессор. — Прошу вас, чувствуйте себя как дома.

Гость сидел в кресле спиной к камину и явно любовался через распахнутую дверь видом на Балатон.

— Очень тронут, — поблагодарил он, закуривая сигару, — но я не могу воспользоваться вашим гостеприимством безвозмездно.

Хотя профессор сидел в глубине комнаты, гость смог хорошо разглядеть его: узкий разрез глаз и тонкие, как лезвие клинка, губы, горестная складка в углах рта, глубокие морщины на щеках, под глазами.

— Милый доктор, — возразил профессор Табори. — Моя вилла не платный пансионат. И хоть я и не миллионер, вы можете гостить здесь и целый год.

В это время на крыльце послышались шаги. Профессор обернулся и увидел в залитом солнцем квадрате распахнутой настежь двери фигуру своего племянника.

— Казмер Табори, инженер-электрик. Доктор Хубер, — представил он их друг другу.

Племянник профессора, высокий худощавый молодой человек лет двадцати восьми, поклонился Хуберу, крепко пожал ему руку и, пригладив свои растрепавшиеся русые волосы, сел в плетеное кресло.

— …Казмер у нас молодой ученый, занимается исследовательской работой в области ультракоротких волн. Скоро уезжает в СССР на несколько лет…

— Думаю, что господина Хубера это мало интересует, — заметил Казмер Табори, зло посмотрев на дядю.

— Боюсь, что стесню вас. Вот и господин инженер… Пожалуй, я все же попытаюсь получить номер в отеле.

— Честное слово, господин Хубер, вы меня нимало не побеспокоите. — Казмер положил журнал на колени и попытался встретиться взглядом с Хубером. Он любил говорить, глядя в глаза собеседнику. — Но даже если бы это было и так, вы можете не считаться со мной. На этом корабле капитан — мой дядя! А я здесь тоже только гость. Не так ли, дядюшка? — с легкой иронией спросил Казмер и перевел взгляд на профессора Табори.