Чтение онлайн

– Что?
– Адам удивлен. Теперь ехидно улыбаюсь я.
– Когда это? Лука мне не говорил.

– Ну Лука не только твой брат, он еще мой друг. Он знает, о чем можно говорить, а о чем стоит молчать.

– Так, не переводи тему. Ты начала встречаться с парнем...- напоминает мне на чем мы остановились

– Да. И я не смогла. Все в нем было не так. Нет, он был объективно красив, умен, с чувством юмора. Но... он был не ты, Адам. У него был другой голос. Другой цвет глаз. И запах другой. И я просто не смогла ним. Нельзя встречаться с

кем-то другим, если ты уже влюблен. В тот день, когда ты попал в больницу, я уже знала, что... что я тебе сдамся, Адам. Если бы ты поманил, я бы пошла за тобой. Если бы ты сказал, что нужна, я бы примчалась и на край света. Повыделывалась бы, возможно. Но это не точно, - кладу свою ладошку ему на щеку. Гладкая. Непривычно.
– И зачем ты сбрил свою бороду? Мне она нравилась.

– А почему ты не с фиолетовыми волосами?
– вопросом на вопрос отвечает Адам.

Пожимаю плечами.

– Решила одним днем.

– Тебе очень идет новый цвет и прическа. Но и Сливка ты была очень красивая.

Немного смущаюсь его взгляда. А потом тянусь его поцеловать.

– Дядя Паша сказал: "Никакого секса", - выдает Адам. Я чуть со стула не падаю.

– Я просто поцеловать хотела, дурак!

– Адушка, а давно ли ты перестала материться?

Смеюсь.

– Года два-два с половиной. Но, признаюсь, иногда так не хватает крепкого словца. Ну не всегда люди понимают вежливую речь.

– Иди ко мне, - притягивает к себе и целует.

Ближе к вечеру я еду домой, погулять с Айком. Эта собака чувствует запах Адама на мне, начинает его искать. Смеюсь над ним, да и над собой тоже.

Сдалась.

Без боя сдалась.

Возвращаюсь обратно очень быстро, тянет туда. Завтра обещаю себе погулять с Айком долго-долго.

Пока меня не было, Адам накупал Марка и тот тоже, как днем его папа, сидит в халате. Как взрослый маленький ребенок.

– Папа, а когда мы заберем Хэлла? Ему плохо без нас, - говорит мальчик, ковыряя вилкой в тарелке с ужином.

Конечно, какой ужин, если полчаса назад наелся тортом. Поймала его, но не сдала отцу. А Адам, как правильный папа, решил накормить ужином сына. Подмигиваю мелкому и начинаю красть с его тарелки кусочки овощей, запечённый картофель и мясные фрикадельки.

– Ада, я все вижу!
– журит меня Адам.

– И что ты мне сделаешь?
– смеюсь. Марк начинает хихикать тоже.

– Сговор?

– Ага, - даю «пять» Марку.

– А за Хэлом попросим дядю Адама завтра съездить, хорошо?

– Он не поедет, - вздыхает мальчик.

– Почему ты так думаешь? Он же добрый и хороший. И тебя очень любит, - говорю Марку. Странно, что он сомневается в Луке.

– Меня то он любит, а вот маму - совсем нет. Они все время ругаются - снова вздыхает.

– Марк, - строго говорит Адам.

– Прости, папа.

Смотрю на Адама. Вижу, как ему неприятна эта тема, поэтому не задаю больше никаких вопросы.

Хотя их много.

Уже когда Марк засыпает ы своей комнате и Адам

выходит ко мне, меня прорывает. Задаю свои вопросы.

– Почему Марк, пока ты лежал в больнице, был с дядей, а не матерью?

– Ох, Ада. Это тот случай, когда это лучшее решение. Камилла...она, как бы помягче сказать, совсем без материнского инстинкта. Марк оказался ей совсем ненужным. Если бы сын вдруг остался с Ками, я бы с ума сходил от переживаний. Накормлен ли он? Одет ли по погоде? Не обижают ли его? И так с самого его рождения. Вот так вот.

– Получается, не зря я тебя отправила жениться на ней. Если бы тебя не было рядом с ними, то неизвестно, что бы было с Марком.

– Это единственное, что помогало мне примириться с этим фарсом, - кривая улыбка.
– Как-нибудь я тебе расскажу, как я жил. Когда это уже не будет выглядеть как будто я давлю на жалость. А сейчас иди ко мне, я так долго тебя не обнимал.

– У нас вся ночь впереди, -улыбаюсь, придвигаясь к нему ближе.

– Она очень короткая. Мне не хватит.

Всю ночь мы разговариваем. Иногда целуемся. Потом опять разговариваем. Хотя говорю, в основном, я. Адам просто задает вопросы.

Я рассказываю ему, как жила без него.

Рассказываю, про то, как решила вести страничку в соц.сетях.

Про свое вливание в киберспорт.

Про встречу с матерью.

Рассказываю, про знакомство с Евой.

Он очень удивляется, когда я начинаю говорить про Григория. Говорит, что у меня даже голос меняется, когда я рассказываю про него. Так и есть. Объясняю ему, что если бы не Григорий со своей философией, то мы бы точно еще не скоро с Адамом вот так лежали бы. Вполне вероятно, что никогда. Благодаря ему я четко поняла, что нет точного определения "хорошо" и "плохо". Это не как в детстве. Так не работает.

– Уже хочу с ним познакомиться.

– О, не сомневайся, он тоже этого жаждет. Он, вроде, даже уже почистил свое ружье, - добавляю уже с закрытыми глазами. Как не старалась не заснуть, не получилось.

Утром за нами приезжает Лука. У всех настроение так себе, а мы с Адамом еще и не выспались. Но я бы ни за что не променяла ни одну секунду, проведённую с Адамом ночью, ни одно слово, сказанное друг другу, на сон.

Пытаемся шутя подбадривать друг друга, но как-то не очень получается.

Около восьми подъезжаем к больнице. Марк начинает хлюпать носом. Адам, сидящий с нами на заднем сидении, прижимает мелкого к себе и что-то шепчет на ушко.

Выхожу из машины вместе с Адамом. Обнимаю его, чмокаю в щеку и пихаю в сторону входа.

– Это все?
– в удивлении поднимает брови.

– Мы ж не прощаемся, - пожимаю плечами, - Завтра увидимся, - подмигиваю и иду в машину.

Хотя сердце колотится бешено.

– Ну что, предлагаю вам заехать в макдак, как насчет макмаффина?
– предлагает Лука, а мы, конечно же, за.