Чтение онлайн

ПРОДА от 3 февраля.

НЕ БЕЧЕНО!

– О чём думаешь, дорогой? – спросила Мария, встретив мужа после тренировки целомудренным поцелуем в щёчку.

– Да, так, - неопределённо отбился император, тем самым только раззадорив женское любопытство.

О том, что огонёк интереса превратился в пожар стало ясно после завтрака. Супруга спокойно перетерпела душ, ничем не показала заинтересованности в столовой, но на прогулке в парке начала планомерную осаду.

– Милая, ты мёртвого допечёшь! – аккуратно попенял император на один из невинных вопросов из сонма, прозвучавших ранее.

– А ты не доводи до смертоубийства и вызова некроманта, - проводив взглядом стайку воробьёв, вспорхнувших с дорожки, Мария ноготками впилась в предплечье мужа. – Не думаю, что Владимир умеет поднимать мертвецов.

–

О нём и думал, - сознался император, дурашливо клацая зубами у точёной шеи нежной половины.

– Только о нём?

– И об Ольге.

Супруги дошли до пруда. Завидев людей, к берегу начали подплывать утки и лебеди, привыкшие, что двуногие прямоходящие приносят с собой вкусняшку. И в этот раз люди не обманули их ожиданий.

– Я устал от их вражды, - открыл корзинку с кормом император. – Десять лет прошло. Я думал, что Оля, как бы это помягче сказать, перерастёт свою… свою ненависть. Сколько можно, Маша? Вот что ей неймётся, скажи мне?

– Вожжа.

– Что? Какая вожжа? – не понял император.

– Фамильная, - присев на корточки, Мария протянула ладонь с горкой корма ближайшему лебедю. – Ты ведь не откажешься, что она твоя родная сестра и вожжи у вас имеют фамильные черты? Не откажешься. Только ты научился держать себя в узде, да и самого тебя воспитывали в ежовых рукавицах – наследник престола, как-никак, а Оле, говоря по-простому, мама дула в попу, потакая капризам.

– Жёстко ты, - усмехнулся император.

– А я её десять лет назад не жалела и сейчас не собираюсь жалеть, - ответила Мария. – За что боролась, на то и напоролась. Знаешь, весь этот столичный паноптикум проиграл давным-давно, но никак не может смириться с поражением.

На некоторое время разговор прервался. Каждый из венценосных супругов думал о своём, догадываясь, что, тем не менее, они размышляют об одном и том же. Глупо отрицать очевидное. Если кто-то думал, что провинциальный выскочка бросится грудью на баррикады, то он жестоко ошибся. Вся аристократия столицы заблуждалась относительно новоявленного императорского родственника. Дамы и барышни, а следом их мужья, вставшие на сторону князей Гагариных, пожалели о принятом решении. Кто раньше, кто позже, ни никто не остался обделённым. Первыми пострадали дамы, было возрадовавшиеся поступлению из Н-ска в Москву элитной косметики. Многие из них даже отметились на сетевом столе заказов персональных наборов и были неприятно удивлены отказам. Прозрение наступило, когда княгиня Усова снизошла до высшего света с объяснениями, что барыни и барышни хулили того, кто изготавливал для них мази, бальзамы, крема и примочки. Отныне о них они могут забыть навсегда. Господин Огнёв категорически отказался работать с теми, кто встал на сторону Гагариных. Пользуйтесь, уважаемые, французским ширпотребом из дерьма улиток и слизи жаб и будет вам счастье. Княгиня прекрасно знала за какую струну души зацепить противниц и на что давить, ведь никаких нервов не хватит из приёма в приём видеть мерзавок Усову и младшую Барятинскую, щеголяющих безупречной кожей и чуть ли не светящимися волосами, когда тебе оное счастье априори недоступно из-за собственной глупости. Удар по самолюбию и по высшему обществу (или считающим себя высшим обществом) оказался сокрушительным. Аристократия с приближёнными раскололась на несколько лагерей. Мужья обиженных дам, подначиваемые оскорблёнными супругами, попробовали что-то предпринять, но от кардинальных мер отказались в силу того, что Его и Её Величества приняли нового родственника, которому на негласный бойкот и закрытые двери великосветских домов и салонов оказалось плевать с высокой колокольни (с такой-то поддержкой можно не только плевать…). Некоторые, при случае, гадили по мелкому, но спустя пару лет такие господа вдруг стали замечать существенное падение прибылей с ростом различных неприятностей. У некоторых не совсем законопослушных господ или у их отпрысков, привыкших к разгульной весёлой жизни, неожиданным образом возникали проблемы с криминалом, контролирующим популярные увеселительные учреждения с казино и ночными клубами, причём Иваны или молчали, набрав воды в рот, или показательно отходили в сторону, никак не комментируя свои действия, а ещё через пару лет за правым плечом княжны Вяземской появилась мрачная тень, таинственным образом связанная с возмутителем спокойствия. В общем, проблемы сыпались, как из рога изобилия. Год за годом от лагеря Гагариных по тем или иным причинам откалывались союзники и сочувствующие. Негласный бойкот ещё держался на самых упёртых, но даже они понимали, что близок тот день, когда двери домов начнут закрывать уже перед ними. Злобный

«дикий провинциал» на длинном отрезке переиграл всех. Как сказано ранее, злости у него оказалось достаточно и на провалы в памяти он не жаловался, сполна воздав тем, кто не держал язык на привязи и тем, кто молчал, когда требовалось говорить. Никто не остался «обиженным».

– Знаешь, - отряхнув руки от остатков корма, Мария повернулась к супругу, - если Ольга не смирит спесь и гордыню, она превратится в прокажённую, и никто не посмеет обвинить в этом Настю и Владимира. Давным-давно ты пустил скандал в семье сестры на самотёк… Ну-ну, не хмурься, дорогой – пустил. Ты выше свары, но сейчас тебе крайне необходимо достучаться до разума сестры. Огнёв не первый год в звании подполковника. За операцию «Инфильтратор» его представили к полковнику. Полковник в тридцать с махоньким хвостиком лет… Не сегодня-завтра Наталья явится к тебе на утверждение новых штатов и нового первого заместителя. Угадай, кого она метит на это место? Кстати, почему такое название?

– Почему «Инфильтратор»? – переспросил император. – Потому что англичан вынудили чуть ли не в полном объёме спустить в канализацию высокопоставленную агентуру в России, от чего быть англофилом у нас ныне совершенно не модно. Никому не охота оказаться в дерьме и быть просеянным через фильтр. Даже иносказательно, душа моя. Кто бы мог подумать, что боссов из Форин-офиса можно зацепить за живое через неуплату налогов в Штатах? А поди-ж ты... Там за убийство дают меньше, чем за неуплату налогов. Джентльмены забыли, что там им не у них… Янки до сих пор не очень любят «кузенов», точнее, очень не любят, особенно тех, кто пасётся на их поле, нагло состригая зелёные баксы. Мы несколько лет потратили, чтобы заманить спесивых лордов с их чванливыми наследниками на чужое поле. Знала бы ты, сколько денег ушло на взятки…

– Там это называется лоббированием…

– Да-да, лоббировать не перелоббировать, - откликнулся император, - кое-кто, конечно, сумел избежать ловушки, а наши главные фигуранты вляпались всеми конечностями и сверху рылами хапнули. Вот тогда и выстрелили заранее прикормленные масс-медиа. Перья так во все стороны полетели, что просто любо-дорого смотреть!
– злорадно оскалился самодержец.

– Прихватили сэров за кошелёк?

– По полной программе, как ты любишь выражаться. Ситуация, когда ты между молотом и наковальней, не способствует сохранению секретов. Ни своих, ни чужих. А так как нас там не было, то даже с лупой придраться не к чему.

– Ладно, всё это замечательно, но не стоит уводить разговор в сторону, дорогой. Я тебя как облупленного знаю.

– Тебя не обманешь, Солнце моё, - едко хмыкнул император.

– Тебя волнует Миша?

– Меня не Миша волнует, а его интерес.

– Ты удивишься, но здесь у тебя несколько союзников, - на едкий хмык Мария ответила колким прищуром глаз. – Представь, Огнёву тоже не с руки мезальянс. Думаешь, почему несколько лет назад он сделал всё, чтобы сплавить Михаила обратно в Москву? Не знал? Сюрприз, дорогой! А ты думал, что твой сын слишком шебутной и неусидчивый? Ошибаешься, тебя ненавязчиво подвели к тому, чтобы забрать Мишу из Н-ска, дабы он не наделал глупостей. У Джу имеется жених и Владимир прекрасно понимает, что стоит просочиться наружу слухам о том, что наследник престола проявляет живейших интерес к девчонке китайских кровей, как рухнет вся система сдерживания и противовесов во внутренней и частью, во внешней политике. Слишком много у нас завязано на Михаиле, чтобы пускать его под танки.

– А девчонка хороша, - абсолютно спокойно, отдавая заслуженную дань внешним данным, уму и характеру девушки, констатировал император.

– А кто спорит? – повела бровью Мария. – Она даже подсказала Владимиру устраивающий всех способ избавления от малолетнего ухажёра, при котором и волки сыты, и овцы целы. Ей самой не нужны амуры с наследником престола. У девушки есть царь в голове и давно расставлены приоритеты.

– А жаль, - кинув корм уткам, выдохнул император, - в иных обстоятельствах они с Мишей были бы прекрасной парой, несмотря на то, что она старше. Чёртовы условности.

– Если бы, да кабы.

– Просто… Просто мне сказочно повезло с тобой, и пусть меня считают чёрствым сухарём, но своим детям я желаю только счастья. Найдут ли они своих половинок? Повезёт ли им также, как мне? У Мишки ещё ветер в голове гуляет. Попадётся ему какая-нибудь мегера с ангельской внешностью и будет из него кровь пить. Здоровый лось вымахал, а ему бы всё с вертолётиками играть.

– Будто ты вертолётиком не играешь.

– Я о другом.

– Поняла я, о чём ты, чай не опилками голова набита. А Анюта, за неё ты не боишься?