Чтение онлайн

БЕРКУТ НАРУШЕНИЕ БЛОКИРОВКИ

Егор, не дожевав, проглотил и перевернул страницу. Справа, ровно посередине, стояло:

АРКАДИЙ СПАСАТЬ ДЕТСКИЙ

На следующей странице:

АРКАДИЙ НЕ БОЛЬНО СМЕРТЬ

Дальше:

АРКАДИЙ ВЗЯЛ ТРОИХ

Еще дальше начинались знакомые закорючки, которые тянулись до самого конца. До трех запятых. Егор перелистал назад и уставился в последнюю человеческую строку. «Взял

троих»… Это что-то напоминало. Он это уже видел, только вот где?

Котенок, озарило Егора.

– Что ты сказал? – Спросила Маришка. – Закругляйся, надо идти.

Котенок взял… Егор забыл, сколько точно взял котенок, но это значило, что из-за Аркадия погибнут люди. Трое. «Нарушение блокировки»… Да, Аркадий говорил. Это было в том сне со странником, хотя Егор уже не делил жизнь на сон и явь.

– Маришка! Если я правильно понял, у вас на Западе есть такой же аналитический центр, как и у нас.

– «У нас», «у вас»… Ты это заканчивай.

– Контакт возможен?

– У нас, – с выражением сказала она, – все возможно. Тебе зачем?

– Тут четыре трупа намечается…

– Где?

– У нас.

Она вздохнула и вновь уставилась в монитор.

– Не разочаровывай меня, – жестко сказал Егор. – Не разочаровывай так рано.

– Да делаю, делаю. Ты откуда узнал? Прямо в голову послания получаешь?

Маришка говорила с издевкой, но, насколько Егор мог судить, связь все-таки налаживала.

– Что ищем? – Спросила она.

– «Беркут нарушение блокировки», – прочитал Егор.

– Есть такое. «Беркут нарушен блок». Это то же самое, мы немножко по-разному… Ну?

– «Беркут» – моя машина, «блок»…

– Ясно, сейчас посмотрим… Пришло десять дней назад. По идее, послание уже сбылось. Так, сводку происшествий глянем… О-о-о… А «Беркут» точно был твой? С чего ты взял?

– Был?.. Что там?!

– Некий Аркадий Савохин, тридцати двух лет, вчера днем на неуправляемом автомобиле сбил двоих прохожих. Муж и жена. Все – насмерть. Впереди был автобус с детьми, Савохин хотел объехать… Этот Аркадий, он твой водитель? Я тебе сочувствую. Написано, погиб мгновенно. Не мучился, и то хорошо.

– Двоих сбил? Должен был троих.

Егор показал Маришке страницу с соответствующей командой.

– Ну и книги у тебя… Вот же работка, а! Свихнемся. – Она пощелкала клавишами и снова вздохнула. – Трое, правильно. Еще пассажир. Торговый представитель из регионального…

Маришка приблизила лицо к экрану и поводила носом по строчкам.

– Меня тоже насмерть? – Спросил Егор.

– Насмерть…

– Где это случилось, в Долгом Мысе? Во сколько?

– Здесь не указано, это же Западный… А как ты?..

– А вот так. Ищи свою Маркову.

– Мы не успеем, Игорь.

– Егор, – настойчиво произнес он.

– Ну, Егор. Нам еще до Дебрянска добираться, и, желательно, кружным путем.

– Ты меня не слышишь. Не хочешь слышать. Объясняю сотый раз: фирма действительно подтасовала документы и оказала на кого-то давление.

Им нужно было меня заполучить, и им это удалось. Но там еще и другое было. Они – да и вы, кстати, – на такое не способны.

Маришка хотела возразить, но он выставил вперед ладони.

– Слушай меня! Слушай, что говорю! Вы все, как под гипнозом! Сколько в телесети каналов? Обычных.

– Тринадцать, – с сомнением ответила она.

– Пятнадцать! – Крикнул Егор. – Теперь да, тринадцать, а неделю назад было на два больше. Плевать мне на каналы, особенно – на спортивные, но куда они делись-то? И ведь никто их не помнит – ни люди, ни КИБы.

– А ты помнишь?

– И кое-что кроме этого. «Беркут» сломался при мне. Я в нем сидел!

– Как же ты…

– Да помолчи! В метеослужбу за документами я ездил два раза. В один и тот же час, в одну секунду! И на фирму устраиваться – тоже два! Все повторялось. Я попадал в какую-то исходную точку… с чем сравнить-то?.. Нет, их много, этих исходных точек, время из них и состоит… И в каждую можно вернуться. И отправиться из нее заново.

– Смахивает на работу КИБа…

– Что ты сказала?

– КИБ. Его действия кажутся непрерывными и неделимыми. Как музыка. Но музыка – это ноты, которые можно озвучить поштучно. Музыки, правда, уже не получится. И любая программа – это последовательность определенных операций. Они называются шагами. Шаги – те же ноты или твои точки времени. Кванты времени, так правильнее.

– И ты… ты все это знаешь? И так спокойно об этом говоришь?

– Это все знают. Все, кто физику в школе учил. В этом нет ничего сверхъестественного. Голая теория.

– Сама ты голая. Давай сюда Маркову.

– Подождать придется. Прямой связи нет, мы через посредника…

Егор демонстративно взбил подушку и, усевшись на кровать, принялся рассматривать книгу. Маришка пару секунд пыталась поймать его взгляд, но он упорно отводил глаза. Смирившись, она застучала по клавишам.

Егор, искоса наблюдая за монитором, продолжал переворачивать листы. Откуда в книге взялось предсказание смерти Аркадия, он, убей, не знал – как, впрочем, не знал и того, каким образом книга превращалась в спортивный справочник. Егора вдруг посетила наивная, но внешне логичная мыслишка о том, что в книге могут найтись и другие пророчества. Он просмотрел ее до середины и уже приближался к тому самому месту – «Аркадий не больно смерть», когда напоролся на новый отрывок.

Столбцы из фамилий занимали несколько страниц. Фамилии шли не в алфавитном порядке, а вразброс, но имели общую нумерацию – от первой до сто двадцать второй, из чего Егор сделал вывод, что это все-таки не разные списки, а один, длинный. Никаких пояснений он не нашел. Он повертел книгу так и сяк – выходило, что список появился примерно там, где было сказано про его водителя. Опасаясь, что, упустив список из вида, он потеряет его навсегда, Егор прижал разворот и заглянул дальше. Упоминание о «Беркуте» исчезло.