Чтение онлайн

– Я кля…

Но Куинн его перебил, начав отсчет:

– Один. – Он подмигнул, почесал битой щетину на подбородке.

– Твою мать! Я уношу ноги. – Совсем-Не-Обаяшка с воплями бросился вон из квартиры, перед этим успев пару раз споткнуться и врезаться в бог знает что в гостиной.

Как только за ним захлопнулась дверь, Куинн расхохотался во все горло и в истерике рухнул на кровать. Слабый смешок, который я пыталась подавить, сорвался с моих губ. И вместе с моим другом-геем мы хохотали до слез.

Когда через несколько минут слезы высохли, я увидела,

что Куинн уставился на меня с крайне серьезным видом. Бейсбольная бита, о которой давно забыли, лежала на краю кровати. Я устало посмотрела на Куинна.

– Давай уже, вываливай, – вздохнула я, повыше подтянув на груди простынь.

– Мы знакомы уже десять лет. За это время я хоть раз «вываливал»? – с ухмылкой подмигнул Куинн.

Я закатила глаза, покачала головой, глядя на сексуального мастера тонких намеков и моего лучшего друга-гея, и наконец заметила его прикид. чёрт побери, он что, напяливал шмотки в полной темноте?

На нем была белая майка, под тонкой тканью которой проступала вменяемо рельефная мускулатура. Дальше шли обтягивающие синие джинсы, не скрывающие силу его бедер. Мой взгляд переместился ниже и уперся в короткие коричневые рабочие ботинки. Да уж, постарался на славу.

Куинн был моим лучшим другом со времен колледжа. С тех самых пор, когда вдруг запел посреди коридора. Я думала о своем, пытаясь найти класс английского языка. Когда он схватил меня за руку, книги рассыпались по всему полу, а он закружил меня несколько раз и со всем драматизмом опрокинул назад. С тех пор мы стали лучшими друзьями.

– Давай-ка ненадолго отложим твои вечные разговоры о сосисках. Скажи лучше, как тебя угораздило напялить все это, – я махнула на него рукой, – вместе?

Куинн выпрямился, осмотрел свой кошмарный наряд и ухмыльнулся:

– Ты сказала «боеготовность номер один». Последний раз это случилось ещё в колледже. Я подумал, что так будет гораздо убедительнее, чем прискакать сюда в долбаной розовой блузке и на шпильках.

Я почувствовала себя неловко. Он был прав.

– Во-первых, у тебя нет шпилек. – Я уставилась на него, загибая пальцы, и продолжила: – Во-вторых, колледж – это совсем другая история. Все боялись, что ты можешь зажать кого-то за трибунами и через гениталии высосать мозги.

– Ага, потому что я, видимо, буйный гей-извращенец. – Он закатил глаза, а потом его взгляд стал серьезным. – Надеюсь, вчера вечером ты была осторожна, Пэйтон. Мне не очень хочется начинать свой день у венеролога.

Какого дьявола?

– Ты и правда только что сказал «венеролог»? – разъярилась я, стукнув его в грудь. – Мы не занимались сексом. Долбаные джинсы все ещё на мне.

Я тяжело вздохнула, откинувшись на подушку. Возможно, через пару часов я смогу зажить обычной жизнью.

Куинн вздохнул одновременно со мной, двинувшись в другую сторону кровати, где совсем недавно спал мой партнер по койке, и взял подушку. Его передернуло, когда он заметил на ней влажный след от слюней.

– Фу, какая гадость! – пожаловался он, перевернув подушку и устроившись возле меня, и спросил: – И как мы зовем этого

приятеля?

Я закрыла глаза и повернулась к лучшему другу:

– Совсем-Не-Обаяшка.

Куинн тихо захихикал, и на моих губах заиграла слабая улыбка.

– Ты и правда целуешь до фига лягушек, малышка, – пробормотал он, убрав с моего лба прядь волос.

– Обязательно сказки приплетать? – снова вздохнула я, открыла глаза и стала всматриваться в лицо друга, ища в нем хотя бы намек на веселье. Но ничего такого не было. Я увидела сочувствие… или жалость. Которую не могла понять. – Сколько тебе ещё повторять, Куинн? Не существует ни принца на белом коне, ни Того-Самого. Нет никаких сказочных сюжетов, слезливых «и любовь их была вечной» и уже тем более «и жили они долго и счастливо».

– Сказки случаются, Пэй. Нужно лишь верить. – Подмигнув, он наклонился и поцеловал меня в лоб. Затем вскочил с кровати и, повернувшись ко мне возмутительно подтянутой кормой, шикарно отчалил к моему шкафу. Он рылся в моих шмотках до тех пор, пока не вытащил розовый топик.

Я покачала головой.

Он закатил глаза, снова нырнув в наваленную им кучу одежды.

– Ну конечно. – Я встала с кровати, прикрыв верхнюю часть тела. – Будь добр, скажи это Совсем-Не-Обаяшке, Не-Тому, Совсем-Не-Тому и долбаному Лучше-Бы-Не-Попадался. – Я замолчала, встав позади Куинна, и выдернула из шкафа серую футболку. – Если сказки случаются, то, может быть, мне и правда причитается долгожданное «и жили они долго и счастливо», потому что мне до смерти осточертело целовать лягушек. В том числе и утреннюю жабу!

Повернувшись, Куинн самодовольно ухмыльнулся и снова запрыгнул на кровать. Он указал взглядом на мою ногу, и я поставила её на его правое колено.

– Давненько у нас не было «боеготовности номер один», сладкая моя. – Он стащил туфлю, оставшуюся на моей ноге с прошлого вечера. – Не поделишься подробностями?

Глядя на меня сквозь ресницы, он пошевелил бровями и швырнул туфлю через всю комнату.

– Что ты хочешь знать? – вздохнула я.

Отвернувшись, я сбросила то, что прикрывало верхнюю часть тела, и порылась в ящике комода в поисках чистого бюстгальтера.

Надев его, я продолжила:

– То, как он пукнул, или как я увидела у него татуировку с надписью «Твое имя»?

Натянув футболку, я повернулась к Куинну, которого явно веселило происходящее.

– Ясно, это полностью оправдывает «боеготовность номер один», – захохотал он, доставая из кармана свой сотовый. – Кстати, сюда едет Кайли. Хочешь кофе?

Я приподняла бровь:

– Вопрос с подвохом?

Закатив глаза, Куинн начал строчить Кайли ответную эсэмэску, а я направилась в ванную почистить зубы и избавиться от послевкусия и запаха вчерашнего перегара. Просто отвратительно! Я решила дождаться, когда Кайли принесет кофе и уже потом принять душ. Мне был нужен кофеин. И нет ничего лучше, чем кофе из кафешки на углу моей улицы. А сегодня мне просто необходим горячий черный кофе, чтобы избавиться от пульсирующего похмелья, от которого болели глаза.