Жили-были...

С.К. Хартли - Жили-были…

Аннотация

ПОСВЯЩАЕТСЯ

Внимание!

notes

1

С.К. Хартли - Жили-были…

Перевод: Renka

Сверка: Euphony (1-5 главы); Solitary-angel (с 6 главы и до конца)

Редактура: Euphony (1-5

главы); Lambda (с 6 главы и до конца)

Художественное оформление: Renka

Переведено специально для сайта http://www.worldselena.ru

Аннотация

Я не верю в сказки.

Не верю в хрустальные туфельки.

Не верю в чертова принца на белом коне.

А Золушка пусть поцелует меня в зад.

Я, например, постоянно целую лягушек. Иногда даже жаб, чего уж там.

Давным-давно перестала искать Того-Самого, потому что вместо него мне вечно попадается то Не-Тот, то Совсем-Не-Тот, то и вовсе Лучше-Бы-Не-Попадался.

А все потому, что сказки для кретинов.

Так я думала, пока в мою жизнь не ввалился Габриэль Блэк, перевернув все вверх тормашками.

Обалденный, сексапильный и даже чуточку хулиганистый, если присмотреться.

Вот только в глубине души есть у него какой-то мрачный секрет. Нутром чую.

Теперь мне надо выяснить, кто он – мой принц на белом коне или пресловутый сказочный злодей. Удастся ли мне подобру-поздорову уйти в закат с мечтами в духе «И жили они долго и счастливо»? Или по пути я грохнусь, потому что споткнусь на одурительно высоких шпильках, предназначенных исключительно для женщин с суицидальными наклонностями?

Жили-были…

То есть жила-была я, пока не встретила Габриэля Блэка.

ПОСВЯЩАЕТСЯ

братьям Гримм,

благодаря которым девушки верят, что их надо спасать.

Золушка пусть поцелует меня в зад.

А сказки для кретинов.

В

тридевятом царстве, в тридесятом государстве…

Короче говоря, давным-давно я была маленькой девочкой и верила, что сказки – это не просто истории, которые родители читают нам перед сном. Верила, что однажды стану принцессой, меня спасет принц на белом коне и увезет далеко-далеко.

…И наступит волшебный финал в духе «и жили они долго и счастливо».

Чушь собачья!

Я мысленно застонала, окинув комнату сонным, воспаленным с перепоя взглядом. Перед глазами все плыло, усугубляя пульсацию в висках. Сколько же я вчера выпила? Гадство какое-то. Было ощущение, будто меня поприветствовали арматурой по фэйсу. Пытаясь приспособиться к вращающейся перед глазами комнате, мой мозг проснулся и заорал: «Эй, руки не хватает! Срочно найди!»

В замешательстве я двинула левой рукой, ударив себя ею по лбу, и моя черепушка буквально раскололась от боли. Блин, как больно! Я замерла, ожидая, когда немного отпустит, и сразу же почувствовала… Ну что тут почувствуешь? Похмелье есть похмелье. Разве что пропало ощущение, что по черепу проехали катком. В конце концов я сориентировалась, и до меня дошло, что я вообще не чувствую правую руку. Повернувшись в сторону виновницы, я её все-таки отыскала. И, слава богу, она по-прежнему крепилась к моему телу. А потом я заметила, где именно была моя рука. Под ещё одним телом, очень мужским. И тело это нечеловечески храпело.

В позе морской звезды.

С разинутым ртом.

Из которого вырывались звуки погромче сирены.

О-бал-деть.

Чувак спал, зарывшись лицом в мою чудесную подушку из гусиного пуха, и был... ну, скажем так, Совсем-Не-Обаяшкой. И не надо меня судить. Я была пьяна. То есть прошлым вечером я, видимо, по собственной воле притащила его к себе в квартиру. Мои глаза прошлись по всему телу, пытаясь договориться с тем участком мозга, который отвечает за здравый смысл. Вот интересно, куда он, чёрт возьми, подевался, когда был нужен больше всего?

У Совсем-Не-Обаяшки были светлые волосы, коротко подстриженные сзади и по бокам головы и более длинные на макушке, и слегка загорелая кожа. Когда мой взгляд устремился дальше, я заметила очень голую задницу, наполовину прикрытую тонкой простыней. Недурно. Минуточку! Это ещё что за чертовщи…

О нет!

Я быстро прикрыла свободной рукой глаза, пытаясь избавиться от картинок, навсегда отпечатавшихся в моей памяти. Чтобы стереть их, не хватит отбеливателя во всех «Уолмартах» мира. Картинки заполнили мой мозг, пока я старалась вспомнить, что, чёрт возьми, вчера произошло. Не могла я спать с… этим. Я решила заглянуть под простыню, прикрывающую моё тело. С опаской отодвинула её в сторону и все поняла.

От облегчения у меня вырвался вздох.

Ничего. Вчера абсолютно ничего не произошло.

Сверху я, ясное дело, была голой, а ниже? Ага, полностью прикрыта. Совсем-Не-Обаяшка, безусловно, оправдал своё прозвище. В буквальном смысле. Не смог «заобаять» меня до штанопадения. На мне все ещё были потертые синие джинсы, не говоря уже о левой ноге, до сих пор обутой в долбаную туфлю.

Офигительно, Пэйтон! Ну просто офигительно!

Тряхнув головой, которая адски раскалывалась, я отчаянно пыталась спланировать свой следующий шаг, мысленно составляя письменную жалобу собственному мозгу.