Чтение онлайн

…Наркокурьер сломя голову мчался по вымощенной истертыми плитами улице, мимо ветхих домов, окруженных подстриженным на один и тот же манер кустарником. Тощий паренек лет семнадцати-восемнадцати, в мешковатом ученическом костюме. Порой он на бегу оглядывался – испуганное мальчишеское лицо с заостренным носом, волосы прилипли ко лбу. Если взять его с поличным, можно будет и на хозяина выйти…

Он обливался потом, но не отставал, хотя такие пробежки вызывали у него не меньшее отвращение, чем малокалорийная диета. Главное, что голова не кружится. Зимой, при попытке очередного «ареста на заказ», его треснули сзади по голове, и он полгода провалялся в больнице, однако потом,

на удивление, быстро поправился. Раз он даже эту сумасшедшую гонку выдерживает, все в порядке, организм восстановился полностью. Врачи ошибались, когда пугали его инвалидностью. Лишь бы поскорее открылось пресловутое второе дыхание… А парень до сих пор ничего не выбросил: товар слишком дорог, хозяин, если что, убьет. Тем лучше. Все-таки он эту шайку накроет!

Следом за наркокурьером он свернул в неприметный проулок между двумя домами, пересек заваленный мусором пустырь. Дальше начинался древний район: постройки из бетона и ажурных металлических элементов, вытянутые плоскости балконов, открытые винтовые лестницы. Давным-давно это было последнее слово архитектуры, престижные коттеджи для тех, у кого водились хорошие деньги. Теперь тут ютится беднота. Городу три с лишним тысячи лет, и нет такого архитектурного стиля, который не оставил бы на нем своего отпечатка. Пот заливал глаза, над головой покачивалось желтое небо (в течение последней декады погода стояла безветренная, плотность смога увеличилась). Наркокурьер опять свернул, чуть не сбив с ног прохожего. Только бы не отстать, проклятый лишний вес… Оплетенные красноватым плющом старые четырехэтажки. Взвизгнули тормоза. Распахнув дверцу автомобиля, шофер разразился руганью, а едва не попавший под колеса наркокурьер припустил еще быстрее.

Поворот. Утопающие в зелени особняки за высокими заборами. Наркокурьер как сквозь землю провалился… Он успел заметить движение там, где не должно быть никакого движения: в одном из заборов покачнулась доска, вставая на место. Похоже, парень привел его прямо к хозяину, вот это удача…

Забор был новый, лакированный, из тропического желтого дерева, которое привозят из-за океана. Усмехнувшись, он отвел в сторону доску и попытался пролезть. Не получилось. Переплетение ветвей заслоняло обзор, драгоценное время уходило… Он злобно выругался. Потом пришло решение, которое показалось ему простым и изящным: пусть проклятый лаз не рассчитан на человека его комплекции – у него хватит силы, чтоб эту ошибку исправить.

На шаг отступив, он ударил ногой по соседней доске, резко и точно, как на тренировке. Доска хрустнула. Нажав плечом, он выломал ее и швырнул на тротуар. Пожалуй, щель все еще узковата… Он выбил следующую доску.

– Ты что делаешь, вахлак?! – крикнула проходившая мимо женщина в цветастом платье. – Постыдился бы средь бела дня! Вот уж тебя за это боги покарают!

Игнорируя причитания назойливой бабы, он нанес новый сокрушительный удар – чтобы уж наверняка не застрять. Еще чуть-чуть, и он накроет с поличным всю наркошайку… В кустах зашуршало, и в следующую секунду ему на грудь прыгнула гибкая серая тварь. Сторожевой ящер. Он пошатнулся, но все же устоял на ногах. В плечо вонзились, терзая мякоть, острые когти, перед самым лицом щелкнули клыки. Не обращая внимания на боль, он обеими руками сжал горло животного. Хрустнули раздавленные позвонки. Отшвырнув агонизирующую тварь, он, пошатываясь, огляделся: за ним с опаской наблюдало несколько прохожих – и, как назло, ни одного полицейского.

– Вызовите кто-нибудь полицию! – распорядился он. – Живо!

– А что случилось-то? – спросил, подслеповато щурясь, какой-то старичок.

– Этот бандит, видишь, что сделал – весь забор у людей разворотил, – объяснила женщина в цветастом платье. – Вот его боги-то и покарали! А теперь он в полицию хочет, чтобы, значит, повиниться…

Плюнув

с досады, в мокрой от крови куртке, он начал протискиваться в дыру. Плечо словно горело в огне…

– Убью… – простонал сквозь зубы Мартин.

Он не знал, кого – или что – он убьет. Знал только, что эти сны его уже достали. Тот же город под желтым небом, тот же человек, с которым он себя полностью отождествлял… Припоминая подробности, Мартин фыркнул: во-первых, он перемахнул бы через забор без малейшей заминки. Всего-то два с половиной метра… Во-вторых, он, при его подготовке, расправился бы с ящером, еще когда тот находился в воздухе, и не получил бы никаких ранений.

Рука. Грудь. Плечо. Еще несколько таких снов – и он потеряет способность действовать. Ему и сейчас слишком много энергии приходится тратить на самоконтроль. Принимать обезболивающее Мартин без крайней нужды не хотел: оно замедляет реакцию и притупляет остроту восприятия. Он провел утреннюю разминку по полной программе, потом в течение часа массировал «травмированные» места. Массаж отчасти помог, боль ослабла.

За завтраком Сотимара ежеминутно ощупывал свое левое ухо: ему приснилась дуэль при лунном свете, на безлюдной улице изысканного и грязного фаянийского города. Противник отсек ему ухо. Ощущения и здравый смысл никак не могли достигнуть компромисса; измученный Сотимара почти ничего не ел и в конце концов попросил у Мартина лекарство. Мартин дал ему упаковку таблеток, посоветовав не злоупотреблять. Вениамин ел сосредоточенно, с кислым видом, но больным не выглядел. Когда Сотимара спросил его о снах, он буркнул, что восприимчивость к неизвестному излучению есть не у всех, он наблюдал это еще в Эгтемеосе, на примере разных своих знакомых.

Бронекар пополз дальше. После двух часов пути «лесостепь» кончилась, сплетенный из толстых стеблей ковер сменили наклонные каменистые плоскости. Машина то карабкалась вверх, то катилась под горку. Среди розоватых валунов торчали пучки роскошных ярко-фиолетовых листьев. Пейзаж был красив, но безжизнен, зато на горизонте белели сразу три X-объекта: обелиск, перевернутый конус и купол. Учитывая расстояние и пересеченный характер местности, высотой они не уступали тридцатиэтажным лидонским небоскребам.

К Мартину присоединился фаяниец. Благодаря обезболивающему он почувствовал себя лучше и оставил ухо в покое.

– Паад, – его голос звучал тихо, – Эш сейчас может нас подслушать?

Мартин оглянулся на плотно закрытую дверь кабины.

– Нет.

– Хорошо, – прошептал Сотимара. – Видите ли, я подозреваю, что Эш – колдун. Черный маг.

– Что?.. – Мартин вытаращил глаза.

– Я понимаю, вас шокирует такое обвинение в адрес вашего соотечественника. Извините, но надо смотреть правде в глаза! Три ночи подряд нас преследуют магические сны. Это губительные сны, после них остается боль. Посещают они только нас с вами, с Эшем ничего не происходит. Это означает, что у него есть магическая защита. Я могу предположить, что он овладел валвэнийской магией и теперь использует ее против нас. Кажется, у вас с ним были какие-то разногласия, он не хотел ехать туда, куда мы направляемся? Если вы ничего не предпримете, он нас уничтожит.

– Черт, вот это гипотеза… – несмотря на боль, Мартин коротко рассмеялся. – Не беспокойтесь, Сотимара, все не так плохо. Помните, я объяснял вам насчет излучения неизвестной природы, которое воздействует на мозг? Оно вызывает сны, похожие на наркотические галлюцинации, и, в качестве остаточного эффекта, болевые ощущения. Наши ученые еще разберутся с этой хреновиной… А у Эша индивидуальная невосприимчивость. Возможно, это связано с его состоянием. Возможно, на людей с расшатанной психикой излучение действует слабее, чем на здоровых. Я согласен, тут много неясного. Но Эш не колдун, могу поручиться.