Чтение онлайн

– Великий Боже! А сколько же лет миссис Унтель?

– Пятьдесят три года.

Тридцать лет разницы! Черт побери! Эта дублерша мамаши Берю, наверное, выбирает своих супругов в инкубаторе! В двадцать три года, имея целыми все свои зубы, залезать на такую старуху ради ее денег!

– Газеты писали, что мистер Унтель крупный бизнесмен!

– Первый муж, да! Но он мертв два года...

И бедная вдова тут же его заменила мальчишкой из детского сада! Она, должно быть, решила, что он ей дольше послужит.

– Как шли дела в этой чудесной семье?

Она плохо понимает мой вопрос, и я повторяю...

Мисс Тенгетт качает головой,

опечалившись в первый раз.

– Это не было счастьем для мой хозяйка. Стив Юнтелл с ней не общаться... Поэтому она и приехать во Францию, чтобы прогнать... как вы говорить... черные мысли!

Я все понимаю.

– Унтеля предупредили об исчезновении его жены?

– Вчера я адресовать ему телеграмму, но он, должно быть, развлекаться в Лас-Вегас или Флорида...

Я думаю, что милая болтливая сорока сообщила мне главное. Я уже представляю, что произошло: молодой, слишком уж молодой, супруг нанимает гангстеров, чтобы те убрали его половину во 'Франции, то есть подальше от осложнений. Таким образом, он остается наедине со старухиным богатством и может себе жить припеваючи!

– Последний вопрос, мисс Тенгетт. Ваша хозяйка знает Фреда Лавми?

Она восторженно всплескивает руками.

– О! Она есть без ума от его фильмов...

– Я хочу сказать, она его лично знала? Трепещущая старушка отрицательно трясет головой:

– Нет, это очень жаль. Я хотеть бы тоже знать чудесный красивый актер. Вы видать его фильм «Рука под юбкой»? Сенсационный фильм...

Поскольку у меня нет никакого желания говорить с ней о кино, я прощаюсь. Она сообщает, что останется в отеле «Георг X» до возвращения своей госпожи и что, если мне что-нибудь понадобится, я всегда могу поболтать с ней.

И вот я опять в лифте. При спуске меня сопровождают махараджа с кожей цвета горелого хлеба и очаровательная немка с розовой кожей, русыми волосами, серыми глазами, грудью, похожей на капот «фольксвагена», и улыбкой в форме свастики.

Выходя из отеля, я бросаю взгляд на циферблат своих часов и вижу, что они показывают три. И тут я вспоминаю, что у меня в половине четвертого свидание с моей соседкой по-вчерашнему галапредставлению... Я решаю временно вернуться в отпуск, но прежде звоню на работу.

Я попадаю на Пино. Опознав мой голос, он торопится сообщить мне, что его шов от аппендицита еще красноват и что сегодня утром он потерял на лотерее один франк. Про себя я думаю, что в итоге он потерял три франка, ибо я не помню случая, чтобы Пинюш когда-нибудь выигрывал в лотерею, будь она трижды национальной.

– Пинюше, ты сейчас пойдешь и разузнаешь, есть ли во Франции американские агентства, которые занимаются подыскиванием жилья для подданных США в Париже. Если таковые существуют, свяжись с ними и выясни, не является ли некая миссис Унтель их клиенткой...

– Миссис Унтель? – невнятно спрашивает Пино. – Это американка из Орли?

– Ты чертовски информирован. Вероятно, ты в этом году подписался на информационный бюллетень «Пожалуйста»?

– Нет, я подписался на «Освобожденного парижанина». Старый чудак сопровождает свой ответ невеселым смехом.

– Представь себе, по поводу этой американки мы здесь, в бюро, еще потешились; это вылитый портрет жены Берю... Послушай, тебе следовало бы купить эту газету. Это просто поразительно!

– Не премину это сделать, – заверяю я его. – А пока займись тем, что я тебе сказал, и побыстрее!

Я

вешаю трубку с чувством, что я исполнил весь свой долг, и даже чуть больше... На сегодня хватит.

Я веду свою тачку к Большим бульварам и, по счастью, нахожу место, чтобы припарковаться на Ришелье-дрюо. У меня свидание в ресторане «Мадрид», и я прибываю вовремя, что со мной редко бывает.

Оркестр играет «Следуй за мной в купе», железнодорожную песню в три куплета и один переезд.

Я обхожу столики. Посетители, которые в большинстве своем являются посетительницами, смотрят на меня в ожидании, что я начну сбор пожертвований в пользу потерпевших от наводнения на Монблане.

Наконец я обнаруживаю мою вчерашнюю брюнетку в укромном уголке. Она робко подает знаки, чтобы привлечь мое внимание. С некоторым смущением мы приветствуем друг друга.

Заметьте, когда вы заигрываете с женщиной в общественном месте с помощью ноги, все идет гладко, вам остается лишь предоставить инициативу своим башмакам. Только вот потом, когда вы оказываетесь с глазу на глаз с указанной дамой, наступает неприятный момент. Чувствуешь себя неловко, глядишь на нее, не осмеливаясь заговорить, и с трудом находишь ужасные банальности...

– Я вас не слишком долго заставил ждать?

– Нет, я пришла раньше времени...

– Сегодня хорошая погода, да?

– Да, сегодня утром капало, можно было предположить...

– В самом деле, можно было ожидать... И потом, вы видите...

– Заметьте, сейчас такое время...

– Не знаешь, как и жить, времена года смешались с тех пор, как атомные бомбы нарушили естественный порядок...

После столь изящной литературы наступает тишина, по крайней мере между нами, так как оркестр в это время вновь заиграл «Слоны сморкаются с утра», песню из фильма «Какой был девственный мой лес».

– Так вы, стало быть, комиссар Сан-Антонио, – говорит брюнетка.

– Стало быть, да... В следующий раз постараюсь быть лучше...

Я спешу поскорее заарканить красотку. Она смазлива, но одета, как жена лесничего.

Мы, элегантные молодью люди, цвет полиции, не любим показываться на публике с женщинами, выряженными, как обитательницы предместья. Этому противится наша мужская гордость. Нам подавай упаковку с маркой «Бальмен», платья для званых вечеров. Именно поэтому проститутки пользуются таким успехом. Мужчины так любят щеголять, что предпочитают выйти с проституткой в норковой шубке, чем со славной честной девушкой, которая одевается, как для дома, так и для улицы, в благотворительном обществе «Дамы Франции». Естественно, женщины это отлично знают и, вследствие этого, работают ногами и ягодицами, чтобы иметь возможность шикарно одеваться. В силу этого принципа бордели не знают отбоя от клиентов, а тротуары улицы Тронше кишат студентками, которые изучению политехнических наук предпочитают изучение науки тела 29 , поскольку последняя приносит значительно более ощутимый доход. Они никогда не будут допущены на личную аудиенцию к Королеве Англии или к Его Святейшеству папе римскому, да это их и не волнует, поскольку личные аудиенции они назначают сами.