Чтение онлайн

Тварь оказалась куда более живучей, чем предшественники, да и двигалась быстрее и ловчее, несмотря на внешнюю грузность. Даже пыталась ухватить меня своими длинными лапищами, и пару раз ей, пожалуй, удалось бы, если бы я не становился бесплотным фантомом. Чтобы убить её, пришлось разрубить чуть ли не надвое.

– Уф… Вот это отожрался, гад, – облегченно выдохнув, я пнул еще трепыхающееся тело чудовища.

Харул присел над телом, что-то рассматривая и ощупывая.

– Вылупился из кокона несколько часов назад, – сказал он. –

И уже начал питаться самостоятельно.

– Это плохо?

– Твари Скверны, только-только вылупившиеся из пустулы – это, по сути, новорожденные младенцы. Они слабы, медлительны и, самое главное – тупы и неопытны. Но чем дольше они живут в нашем мире, тем опаснее становятся. А учатся они очень быстро. И меняются, приспосабливаясь к любым условиям. Через неделю-другую обычный гуль уже раз в пять опаснее своих собратьев.

На складе увы, поживиться оказалось нечем. Эта здоровенная горилла сожрала всё, даже консервы – на полу валялось множество разгрызенных жестяных банок.

Когда я вернулся в зал, Караев и Макс стояли над телом убитого здоровяка, потрясенно разглядывая мощные, перевитые жгутами мускулов, лапы, клыки размером с добрый клинок и торчащие прямо из плоти острые костяные шипы.

– Вот ведь срань… – прошептал Макс, с отвращением сплевывая на пол. – Так что говоришь, Ян? И вот с этим твой приятель предлагает нам сражаться?

– Он говорит, что это ещё цветочки, – вздохнул я.

Рус молчал, но на скулах его ходуном ходили желваки. В руках его я заметил явно прихваченную тут же, в магазине, бутылку водки, уже изрядно початую. Не сводя взгляда с чудовища, он отхлебнул из горлышка, даже поморщившись.

– Вы в порядке? – осторожно спросил я.

Ротный поднял на меня взгляд смертельно уставших глаз, белки которых были сплошь затянуты паутинкой полопавшихся сосудов – будто трещины на разбитом зеркале.

– Нет, – хрипло отозвался он. – Но кто, бл…, сейчас в порядке?

– Какой план?

Встряхнув головой, он еще раз отхлебнул из бутылки и вдруг швырнул её в стену.

– Ну, хотя бы воду нашли. Выгребаем все, что можно унести, и возвращаемся в лагерь.

– Есть! – поспешно отозвался Макс, подхватывая сразу две упаковки с какой-то газировкой, и потащил их к окну.

– И что, на этом всё? Думаете, этого будет достаточно?

Рус взглянул на меня так, будто готов был ударить. Похоже, не привык, когда его приказы обсуждают. Но я спокойно встретил этот взгляд. Я ему не подчинённый.

– Люди воду ждут, – всё же процедил он, сдерживая вспышку раздражения. – А мы недалеко отошли, так что перетаскать это всё в лагерь много времени не займет.

– Путь сюда относительно безопасен. Гражданские и сами могут перетаскать припасы. Послать кого-нибудь одного в лагерь, пусть приведет с собой десяток крепких мужчин. А сами тем временем можем продолжить разведку.

Он отвернулся, задумчиво оглядывая зал и что-то прикидывая.

– А бухло забирать? – спросил Макс, уже

держа подмышкой упаковку баночного пива.

– Да, кстати! – поддержал его Роман. – Как вода кончится – и пиво тоже пригодится.

– Нет, – подумав, мотнул головой Рус. – Не хватало ещё, чтобы все там перепились. Захватите несколько бутылок чего-нибудь крепкого. Раны там обрабатывать, и всё такое. И спрячьте подальше.

– Есть… – отозвались бойцы, правда, без особого энтузиазма.

– Ну, хоть курева раздобыли…

Прикассовый отсек с сигаретами оказался нетронутым, так что бойцы выгребли его полностью, радостно рассовывая пачки по карманам и рюкзакам. Выбравшись наружу, все, как один, закурили, рассевшись на вытащенных из магазина упаковках с водой и с блаженством пуская струйки дыма в воздух. Бойцы будто бы взяли тайм-аут у реальности и медитировали, следя за крошечными огоньками, тлеющими на кончиках сигарет. Сам я не курил, но в этот момент даже немного им позавидовал.

Впрочем, у меня тоже в прошлой жизни было множество маленьких ритуалов, в которых я находил удовольствие. Некоторые помогали расслабиться, некоторые – наоборот собраться и очистить мысли от ненужной шелухи. Сейчас, пользуясь образовавшейся паузой, я попробовал вернуться к одному из них.

Обычно я тратил по несколько минут утром и вечером на то, чтобы наметить основные цели, а потом подвести итоги дня. Правда, на то, чтобы осмыслить вчерашний день, понадобилось бы куда больше нескольких минут, так что я даже не пытался. Событий, впечатлений и новой информации столько, что голова пухнет.

А вот наметить приоритеты надо бы.

Чего я хочу? Конечно, выжить. И вытащить Лиску из этой гребаный пирамиды, пока есть хоть какой-то шанс. Если гракхи улетят – мои поиски, мягко говоря, осложнятся. Но и отбить пилон пока кажется задачей невыполнимой, даже если заручиться помощью Харула и отряда Руса. Ещё и грибница эта… Мы будто между молотом и наковальней.

К тому же меня нет-нет, да гложет совесть по поводу того, что я, по сути, использую всех этих людей. Я убедил Руса, что нам нужно захватить этот пилон. Но, по сути, я ему кое-чего не договариваю. И если бы он знал всё, то мог бы еще ночью просто увести людей подальше – пока грибница окончательно не окружила этот квартал.

Правда, не факт, что это было бы к лучшему для повстанцев. Идти-то им особо некуда. Безопасных мест в городе попросту не осталось.

Или это я просто так себя успокаиваю, ради самооправдания?

А, к черту эти терзания! В конце концов, я ведь и тоже ради них рискую. И без моей помощи отряд долго не протянет. Надо держаться вместе и использовать любые средства, которые сделают нас сильнее.

Что я упускаю? Трофейное оружие раздобыл, амальгамой зарядился до ушей, свой дар уходить на изнанку ткани мироздания тоже осваиваю… Что ещё? Оставался какой-то незакрытый вопрос, который зудел, будто назойливый комар над ухом…