Чтение онлайн

Она побеседовала со своими хорошими друзьями, Ричардом Гудвино, бывшим советником Кеннеди, журналистами Питом Хэмиллем и Яном Веннером, издателем журнала «Роллинг Стоун». Затем она послала письмо Тому Гинзбургу с просьбой об увольнении. Позднее она выступила с заявлением при помощи Нэнси Такерман, которая работала в «Даблдей», где Джекки станет издателем. «Прошлой весной, когда мне рассказали об этой книге, я попыталась оставаться служащей «Викинга» и не думать о себе как о члене семьи Кеннеди, — говорила она. — Но этой осенью, когда мне дали понять, что я имею какое-то отношение к этой книге и что меня не расстроило ее издание,

я решила уволиться».

Том Гинзбург отказался дать интервью, но сделал заявление, в котором говорил, что полжизни дружил с миссис Онассис и сожалеет об ее решении уволиться.

Джекки вновь сблизилась с кланом Кеннеди. Она поддерживала Сарджента Прайвера, когда тот неудачно баллотировался в президенты в 1976 году, и выделила 25 000 для его кампании. Она поддержала текстильную фабрику в Бруклине, потому что за этот проект выступал в свое время Роберт Кеннеди. Она устроила Каролину на работу в офис Тедди во время летних каникул и послала своего сына вместе с детьми Сарджента Прайвера помогать беднякам. Она появилась в Мемориальной библиотеке им. Джона Кеннеди в Массачусетсе. Она выступала в роли почетного председателя на благотворительном вечере в Центре Кеннеди в Вашингтоне, чем удивила многих. После смерти Онассиса она уже редко ездила в Хианнис Порт и проводила время с такими друзьями, как Пит Хэмилл, и со своими детьми.

Хэмилл — известный журналист из «Нью-Йорк дейли таймс» — жил с Ширли Маклейн в течение нескольких лет, но покинул ее, когда эта кинозвезда сказала, что не хочет выходить за него замуж. Примерно в это время Джекки начала работать в «Викинге». Хотя Хэмилл и критиковал ее в прошлом, он стал испытывать к ней чувство жалости из-за публикаций о ней. Он позвонил ей и предложил познакомить с писателями. Джекки немедленно приняла его предложение, и они стали близкими друзьями, а позднее любовниками. Об их связи много писалось, повсюду печатались их фотографии. Фотографы преследовали их.

Иногда им удавалось побыть вдвоем. Они пили пиво и смотрели на катера, входящие в бухту Шипохед. Он мучился оттого, что прежде плохо к ней относился. Когда она вышла замуж за Аристотеля Онассиса, Хэмилл, будучи ярым сторонником Кеннеди, работал в газете «Нью-Йорк пост». Разгневанный ее решением выйти замуж во второй раз, он бросился к пишущей машинке, словно Джек-потрошитель на свою жертву.

Он написал гневную статью, но потом не стал печатать ее, сочтя слишком ядовитой.

Статью, однако, напечатали через шесть лет, когда Пит и Джекки начали встречаться, и их отношения стали приобретать серьезный характер. Чтобы унизить журналиста, пишущего для газеты-конкурента, издатель «Нью-Йорк пост», Руперт Мердок, опубликовал ее в разделе сплетен. Статья печаталась с продолжением и интригующей надписью: «Кто написал это?»

На пятый день «Пост» поместил совместную фотографию Пита и Джекки. Под ней было написано: «В 1971 году Пит Хэмилл писал о Джекки Онассис, что ни одной куртизанке еще не удавалось продать себя так дорого. Он, видите ли, не одобрял ее брак с Аристотелем. Времена меняются, и вот прошел слух, что миссис Онассис, которой сейчас 48 лет, готова выйти замуж в третий раз за сорокадвухлетнего Хэмилла».

Понятно, что Хэмилл был взбешен. «Как только я увидел статью, я сразу понял замысел газеты «Пост». Я немедленно позвонил Джекки и объяснил ей все. Она меня поняла и злилась не на меня, а на этого негодяя, Руперта Мердока. Она согласилась

со мной, что он совершил самый грязный поступок, на какой когда-либо решались журналисты. Этот человек — отъявленный негодяй, и я буду постоянно повторять это».

Джекки продолжала встречаться с Питом Хэмиллом. Он проводил с ней вечера и уик-энды с ее детьми. Он помог Каролине устроиться на лето в газету «Ньюс». Они с Джекки гостили в Хианнис Порт, когда умер Элвис Пресли. Пит немедленно отправился в Мемфис, чтобы написать статью о певце, и взял с собой Каролину. Каролине удалось взять интервью у членов семьи Элвиса, и Хэмилл помог ей написать статью, которая была отвергнута «Ньюс». Потом ее переписали, и она появилась в журнале «Роллинг Стоун».

Джекки, безусловно, попала под обаяние ирландского шарма Пита. Он был красив и обладал чувством юмора. Особенно ее прельщало то, что он предан ее детям, а они тянутся к нему.

«Более всего я озабочена тем, чтобы мои дети были счастливы, — говорила она. — Если вам не повезло с детьми, то все остальное уже не имеет значения».

Мало кто критиковал Джекки как мать. Она была по-настоящему предана своим растущим без отца детям. Она ходила с ними в гости, путешествовала с ними, любила общаться с ними. После смерти Онассиса она начала встречаться с мужчинами моложе себя, чтобы они находили общий язык с ее детьми-подростками. Такие люди, как Пит Хэмилл, Скил Стайн и Ян Вернер, не могли заменить детям отца, но они разговаривали и общались с ними. Каждый из этих мужчин считал ее примерной матерью. Друзья ее детей относились к ней, как к приятельнице.

«Когда Каролина работала в газете «Нью-Йорк дейли ньюс», мы часто проводили с ней свободное время, — вспоминает один молодой человек. — Однажды вечером мы напились пива и накурились «травки». Каролина ушла домой пьяная. Когда я позвонил ей на следующий день, к телефону подошла Джекки. Я не поверил своим ушам, когда она сказала своим голосом маленькой девочки, что она все знает про нашу вечеринку и удивлена тем, что мы не пригласили ее. Она сказала, что хотела бы повеселиться вместе с нами. Ее нисколько не расстроило то обстоятельство, что Каролина пришла домой под кайфом. Джекки — скорее старшая подруга свои детям, чем мать. Это действительно так. Они постоянно ссорятся и тут же мирятся. Все это странно, но здорово».

Джекки дала понять своим детям, кто они такие. Оба ее ребенка гордились тем, что носят фамилию Кеннеди и что они дети покойного президента Кеннеди, его наследники. Они ни в чем не нуждались. Благодаря фондам Кеннеди и Онассиса они стали миллионерами, еще не достигнув двадцатилетнего возраста.

Будучи женой Джона Ф. Кеннеди, Джекки немало страдала, но как мать его детей она чтила память мужа. Она говорила близким друзьям, что заплатила бы любые деньги, чтобы в печати не появлялись сведения о личной жизни покойного президента.

«Эти откровения заставляли ее страдать, потому что она беспокоилась за детей», — говорит Джейнет Очинклосс.

Всякий раз, когда появлялись статья или книга о какой-нибудь любовнице Джека, Джекки должна была объяснять детям, что их отец любил ее, она любила его, и они тоже должны любить его. Все члены семьи обязаны были отрицать эти сплетни, потому что Джекки не хотела, чтобы дети знали отца с этой стороны. И она преуспела, так как Каролина и Джон не верили тому, что писалось об их отце в связи с другими женщинами.