Зеркальные тени
Шрифт:
— Я угадал, правда?
Я, сглотнув, уставилась на дату. Он сам выбрал дату своей смерти — так тоже бывает. Наверное, он устал.
Юико выбрал самую ближайшую дату из всех возможных своих дат смерти, оставив себе только один год жизни.
— До свидания! — он мне неожиданно улыбнулся, его глаза засветились. — Вы очень красивая. Может быть, после смерти я в вас влюблюсь?
— Ещё чего не хватало! — меня передёрнуло, но ребёнок уже выходил из маленького кафетерия. Я смотрела на столик, где чёрная кофейная лужа разбавлялась
Меня затошнило: нет, не выйдет из меня бога смерти, не выйдет.
Удивительно, но Агояши тут же успокоилась, когда я ей рассказал, что предполагаемая девочка оказалась мальчиком. Собственно говоря, я тоже был ошарашен, но где-то в глубине души даже рад: мне не следовало отвлекаться на новые отношения. Если по хорошему — мне вообще следовало избегать любых отношений, но отказаться от спокойной нежности Агояши я просто не мог.
Я отправил Юико в клинику, где главврачом была одна моя бывшая пациентка, которой я за весьма умеренную цену буквально создал лицо заново после аварии, в которой она чудом выжила, но, как и любая женщина, больше переживала о сохранности своей красоты, чем здоровья. Я знал, что Хараками Кию сделает для меня очень многое, поэтому и обратился именно к ней.
Доплатив, я обеспечил мальчишке одиночную палату и просто великолепный уход.
Хотел ощутить себя свободным от неожиданно взятых на себя обязательств, но… не получилось. Юико печально смотрел на меня, когда я собрался уходить, и мне пришлось пообещать, что я снова вернусь.
Так я и возвращался раз за разом, принося игрушки и сладости.
Тензо несколько раз порывалась поехать со мной, но я ей запретил, так как чувствовал, что странный мальчишка хочет общаться только со мной. Да и не хотел я наводить её на крамольные мысли о детях.
Однажды он взял мою руку в свои маленьких ладошки, и сообщил — вполне будничным тоном — что обладает магией, за которую его убьют. И что он хотел бы от неё избавиться, так как, ему, дескать, всё равно скоро умирать, а магию жалко.
Сказать, что я потерял дар речь — это сильно преуменьшить моё ужасное состояние.
Я ведь не мог, не мог пройти мимо такого подарка судьбы. И жизнь этого мальчишки могла оборваться… от моих рук. И осознавать это было больно, за что я ненавидел сам себя.
— Забери её у меня, — бесхитростно поднял на меня большие чёрные глаза мальчишка. — И… не бери в голову, я знаю, что скоро умру. Ко мне богиня смерти приходила, красивая.
— Богиня смерти?! — надеюсь, что я не заорал на всю палату.
— Ну, да… Такая, как Королева красоты, — мальчишка немного покраснел. Я улыбнулся — кажется, Юико точно не был геем. Ну и прекрасно. Хотя в его случае это уже не имело никакого значения. Время его жизни постепенно подходило к концу, исчерпывалось, иссякало.
— И сколько тебе ещё дали? — я старался говорить шутливым тоном, чтобы не испугать ребёнка
— Год, — спокойно улыбнулся Юико. — Ты же дашь мне год, Маюри?
Он посмотрел на меня и, протянув руку, коснулся моей щеки. Я уже научился спокойно воспринимать его касания, реагируя на них почти безразлично, как на прикосновения ребёнка, не имеющие под собой сексуальной окраски.
— Да, конечно, — выдавил я.
— Спасибо, — широко улыбнулся Юико. — Ты и так сделал мне столько подарков, а теперь даришь целый год! Это ведь так замечательно!
Я в упор уставился на него, чтобы сообразить, шутит он так или говорит серьёзно. Ну, насчёт серьёзности я не был уверен, но лицо оставалось спокойным, с едва заметной улыбкой в уголках губ. Тёмно-синяя пижама с белыми корабликами замечательно смотрелась вместе с недавно подаренным мною голубым мишкой с голубым же бантом, которого он таскал с собой повсюду.
Стало ещё неприятнее и тягостнее. И это притом, что общение с Юико всё равно доставляло мне светлую радость и покой, только эти ощущения остались едва заметным фоном затопившей душу горечи и тоски.
Порывисто обняв хрупкого мальчика, который тоже стиснул меня тонкими ручонками и прижался щекой к моей щеке — мне пришлось присесть на корточки перед кроватью, где он продолжал сидеть, обнимаясь с синим медведем.
— Если ты не заберёшь мою магию, то она убьёт меня, — тихо произнёс он мне на ухо.
— Кто? — резко спросил я, отодвигаясь и глядя в расширившиеся тёмные глаза.
— Богиня, — тихо произнёс он. — Она сказала, что должна, хотя я видел, что ей не очень хочется. Это её работа, понимаешь? Как у тебя спасать людей, так и у неё — убивать.
— Работа, — я уткнулся носом в его волосы, вновь обнимая. Мне хотелось и смеяться, и плакать.
— Угу, — тихо произнёс он, зарывшись ладошками в мои волосы. Ему безумно нравилось играть с ними. — Она красивая леди, но уже давно мертва. Я это почувствовал. Иногда я кое-что могу ощущать. И она сказала, что передаст приказ на моё убийство, значит, она работает на богов смерти, но сама… другая, — он забавно сдвинул бровки. Я уже отстранился и наблюдал за гримасками этого очаровательного личика.
— Другая говоришь, — я снова утомлённо положил подбородок на его плечо, прижимая к себе это чудо… или чудовище?
— Ты ловишь богов смерти?
Этот вопрос заставил меня буквально дёрнуться.
— Ага, как бабочек… сачком, — хмыкнул я. — Только ещё ни одного не поймал.
— А ты их… видел? Они страшные? — сыпал вопросами Юико. — Чтобы я знал, бояться мне их или нет, когда они за мной придут.
— Выглядят как люди. По крайней мере, тот, кого я видел. Ладно, — ещё один вздох. Кажется, пора коллекцию собирать. — Мне уже пора, извини.