Зеленые маньяки

– Ката, пошевеливайся, мы опоздаем на аукцион мужчин! – крикнула Розалия из коридора и на всякий случай саданула кулаком по двери.

– Иду, – выдавила Копейкина. Она чувствовала себя комнатным цветком, который не поливали больше месяца.

Аукцион мужчин! Абсурд! Вы только вдумайтесь в это словосочетание. Нет, ну понятно, когда с аукциона продают, скажем, серебро, картины или антиквариат – здесь лишних вопросов не возникает. Но пускать с молотка мужчин… извините, это слишком.

Похоже, на этот раз Розалия Станиславовна

решила побить собственные рекорды по части всевозможных безумств. И судя по всему, ей это удастся. Свекрища настроена решительно, она поклялась, что не вернется с аукциона без «полезного» приобретения.

Начало безумию было положено неделю назад, когда к Копейкиным пожаловала знакомая Розалии – эксцентричная и не в меру взбалмошная Алина Тимуровна.

Расцеловав свекровь в обе щеки, Алина окинула взглядом просторную гостиную и писклявым голоском заявила:

– Шикарный у вас коттеджик, Розалия. Есть, где разгуляться.

Катка насторожилась. Неизвестно почему, но слова Алины заставили ее занервничать. Возможно, причиной тому послужил хищный взгляд гостьи, которым она, просканировав гостиную, уставилась на Катарину.

– Алинка, у тебя никогда не было вкуса, – протянула Розалия. – Как можно называть эту конуру шикарной? Ты посмотри, какое все микроскопическое, да мы здесь еле ходим. Того и гляди начнем на мебель натыкаться.

– Розик, не прибедняйся, вы живете на широкую ногу. И не отрицай очевидного, мне прекрасно известно, какая ты транжирка.

– Умоляю, не вспоминай о том кулоне, у меня из-за него столько проблем. Сто раз пожалела, что купила.

Алина Тимуровна плюхнулась на диван.

– Девочки, не угостите горячим какао?

Свекрища разразилась оглушительным криком:

– Наталья! Какао в студию!

Катарина хотела подняться на второй этаж, дабы не становиться свидетельницей пустого трепа подружек, как вдруг Алина прочеканила:

– На следующей неделе еду на аукцион мужчин. Розик, не хочешь составить мне компанию?

Сказать, что Катка была ошарашена и обескуражена, это не сказать ничего. Да и по реакции Розалии Станиславовны было видно, что слова Алины произвели на нее неизгладимое впечатление.

– Мне послышалось или ты действительно сказала про аукцион?

– Ага-ага, – кивала Катка. – По-моему, у меня тоже со слухом проблемы.

– Со слухом у вас полный порядок, – заверила Алина. – Вы не ослышались, мои дорогие. В четверг действительно намечается очередной аукцион.

Розалия рухнула рядом с Тимуровной.

– Говори!

– Я знала, что ты заинтересуешься, собственно, поэтому я и приехала. Девочки, наберите в легкие побольше воздуха, выдохните и приготовьтесь. Введу вас в курс дела, и вы поймете, что я ни капельки не лукавлю. Значит, так… Есть у меня давняя приятельница – Ирина Олеговна Яблочкина. Хорошая бабенка, простая, без выкрутасов. Хотя, между нами говоря, запросто могла бы задрать нос выше крыши. Она вдова, несколько лет назад ее супруг умер от обширного инфаркта. О!.. Как она переживала, места себе не находила. Овдоветь в самом расцвете лет. Иришке в ту пору едва исполнилось шестьдесят восемь.

– Да

она практически девочка, – прыснула Катка.

– Ката, твоя ирония неуместна, – обозлилась Алина.

– Не слушай ее. – Розалия показала невестке кулак. – И ради бога, избавь нас от ненужных деталей. Переходи к сути.

– Короче, как-то вечерком сидели мы с девчонками в коттедже Яблочкиной. Потягивали коктейли и трепались ни о чем. А у нее как раз брат двоюродный гостил. Роскошный мужчина: рост, фигура, внешность – все при нем. А главное, совсем еще не старый. Шестьдесят с копейками. Два высших образования, манеры на самом лучшем уровне, с женщинами обращается как истинный джентльмен. Одна беда – мужик хронический…

– Алкоголик?!

– Нет, Розик.

– Наркоман?

– Да нет же.

– Неужели голубой?

Алина с гневом покосилась на Розалию.

– Петр хронический холостяк! Не признает он институт брака, ты хоть тресни, а затащить мужика в загс все равно не удастся.

– А кому он нужен на седьмом десятке?

– Э-э, Розик, не скажи. Я же говорю, у него два высших образования. Общаться с Петькой сплошное удовольствие. Может поддержать разговор на любую тему. А у Ирки как назло все подружки обделены мужским вниманием. – Алина Тимуровна на секунду запнулась. – Разумеется, кроме меня.

– Алина!

– Закругляюсь. В тот вечер Яблочкина была в ударе. И когда брат зашел в гостиную, она в шутку предложила ему пожить с Танькой Субликовой. Ага, прямо так и сказала: «Петь, составь на месячишко компанию Танюхе, а то она без мужского внимания совсем зачахла». Естественно, мы все посмеялись, а Петр вдруг на полном серьезе заявил, мол, он, собственно, не против. Вот тут мы и обалдели. Больше всех в осадок выпала Танька. Но самое интересное, что Петька действительно на месяц переехал к Субликовой. Вы только не подумайте, что между ними завязался роман – ни в коем случае! Они просто наслаждались обществом друг друга, штурмуя музеи, картинные галереи и всевозможные выставки. За тридцать дней Танюха расцвела, словно майская розочка. А в голову Яблочкиной пришла потрясная идея. Она переговорила с братом и во время нашего очередного сбора устроила небольшой аукцион. Предложила купить Петьку на следующий месяц за смешную сумму – всего за триста баксов.

– Невероятно! – не удержалась Катка.

– Ха! Ты бы видела лица присутствующих дам, они наперебой стали совать Ирине деньги. – Алина Тимуровна зарделась. – Счастливицей стала ваша покорная слуга.

– Ты?!

– Угу. Перекупила Петра за восемьсот долларов. Розик, это было великолепно. Я ни с одним из своих мужей не чувствовала себя такой одухотворенной. Мы ни минуты не сидели без дела. Ездили на экскурсии, гуляли в парках и даже катались на аттракционах. Вот с того момента Ирка и решила устраивать ежемесячные аукционы мужчин. Деньги делит по-честному. Двадцать процентов берет себе, восемьдесят получают мужчины. Так сказать, совмещаем приятное с полезным. Согласись, это намного интересней, чем сидеть в бабской компании с чашкой кофе в руках и болтать о погоде. Наши аукционы превращаются в настоящий праздник.