За горизонт
Шрифт:
А скатившиеся со склонов на дорогу валуны, и даже небольшие оползни это мелочи в масштабах маршрута. Хотя пару раз мужская часть приданого усиления бодро выскакивает из бронемашины на предмет расчистить дорогу.
Первое ущелье незаметно переходит в другое, не слишком длинное, но заметно более крутое и весьма обильно поросшее сочной зеленью.
Зелень — это хорошо, монотонная однотонность южного Кхам изрядно надоела. А вот крутое, это плохо, по моим ощущениям дизель «Татры» уже начинает задыхаться. А тут мало того, что придется насиловать машину на пределе, так еще и мощность, отдаваемая мотором, будет
Впрочем, пустой ей пришлось быть совсем не долго. Не одолев и трети подъема, бронемашина Вольфа раскорячилась поперек колеи, всем видом демонстрируя «ну не шмогла я, а так старалась».
И зачем нам эти пляски с броней? — О, духи гор, ответьте мне. Какой смысл тащить «броню» в эти горы? С кем тут воевать на броне? С горными козами разве что.
Духи молчат.
Козы недовольно фырчат с высоты окрестных скал.
Молчите и ладно. Мы сейчас напрямую у Вольфа спросим.
Цепляя за «Татру» покрытый налетом ржавчины толстый трос, интересуюсь у немца, а какого, собственно, я таскаю тяжести в разряжённой атмосфере высокогорья (не то, чтоб было слишком уж высоко, но на километр–полтора от уровня моря мы поднялись с гарантией).
Немец замялся. Глаза забегали.
Соврет? Нет?
— Ммм…. Да…. Ты понимаешь…, — немец сглотнул, как–то виновато посмотрел и выдал. — Я давно договорился продать бронемашину китайцам. А тут такая удача, Орден покрывает расходы на эвакуацию его груза. И броня нам не помешает……… наверно.
— Твою мать!…………………… Он на заправке решил немного гешефта выжулить!!!
От избытка чувств пинаю бронированный бок «Ящерки».
— Вольф, я тебе уже говорил: где такой немец побывал, там евреям делать нечего. От слова — совсем. Это я тебе ответственно заявляю. Ох, недаром они от вас на Зион свалили.
— Говорил, — немец виновато лыбится и разводит руками. Мол, не мы такие, жизнь такая.
Ущелье переходит в небольшое, почти круглое горное плато.
Оцепляем бронемашину от «Татры», со слов немца, дорога теперь пойдет вниз в основном. Проехав мимо брошенного на плато остова трудяги–бульдозера с выцветшей надписью «Caterpillar», въезжаем на пологий спуск, прорезанный в покатом склоне не иначе как этим самым бульдозером.
Судя по отблескам озера в конце долины, мы добрались. Что не может не радовать. Крутить баранку пятнадцатитонного грузовика, это совсем не то же самое, что рассекать с ветерком на легковушке.
А если у тебя на хвосте болтается прицеп весом в семь тонн и дорога сродни тропе Хошимина.
Устал я, короче. Причем не физически, а морально, что ли. Целый день на нервяке по жаре и всухомятку. А ведь еще впереди забава с веселыми нырками на глубину двадцать метров в водичку вот этого вот живописного озерца.
Озеро и в правду живописное. Не так давно, в геологическом аспекте, тут было уютное горное ущелье. Глубокое, извилистое, с очень крутыми, местами почти отвесными, склонами, поросшими, похожими на голубые ели, хвойными деревцами. По дну ущелья щебетала хрустальным потоком небольшая речушка. Щебетала, щебетала, и дощебеталась до того, что подмыла основание огромного скального выступа. Выступ не перенес такого обращения и, падая, прихлопнул виновницу. Попутно перегородив ущелье пятидесятиметровой
Речка подросла до озера, а с образовавшейся поперёк ущелья плотины весело загромыхал водопад.
Дорога кошмарным серпантином, хорошо хоть не длинным, падает на дно ущелья и змеится по осыпям, зажатая между водой и скальными склонами.
Где–то тут должна караулить груз группа людей Вольфа. Тех самых, что глубину, на которой груз притоп, замеряли.
Бронемашина немца неожиданно остановилась и даже немного сдала назад. С моего места не видно, но вроде как из кустарника на склоне кто–то вылез и вскочил на подножку бронемашины.
Что там за кипеш у Вольфа, мне не видно, зато видна торчащая над поверхностью воды смятая кабина грузовика. Не наш клиент, наш глубже должен быть. Да и ржавая она слишком.
Место, однако, тут и вправду противное. Две потерянных машины на километр дороги это перебор.
— Русский, мои люди тебе покажут место, откуда будем вести работы. Начинайте готовиться к погружению, я буду через час, — сообщила рация.
Готовиться, это я запросто. Заодно и с «людьми» пообщаемся, если хорошо зайти с разговором, можно собрать немало ценной для новичка информации.
Вот и они, кстати. Из–за бронемашины неспешно вышли двое.
Что сказать, формально к ним можно применить термин — люди. Но правильнее будет сказать — подростки. К гадалке не ходи — брат и сестра, похожи как две спички из одного коробка.
Девушке семнадцать–восемнадцать земных лет. Рослая, сухощавая, с практически не заметной грудью. Загорелое приятное лицо, с чуть заострённым подбородком, тонкими губами, голубыми глазами, равнодушно смотрящими из под козырька полевого кепи.
На старой земле вполне могла бы выбрать карьеру модели. Там именно такой тип женской красоты востребован. Местами.
Про таких мой батя говорил, — Сынок, при общении с такими воблами, главное об какой–нибудь выступ не поцарапаться.
Ее брату не больше пятнадцати. Хотя ростом он не уступает сестре, но присутствует в фигуре и походке что–то мальчишеское. Те же, что и у сестры, тонкие черты лица, едва заметные веснушки, голубые глаза и соломенные волосы, торчащие из–под кепи.
И предательский прыщик на носу, свидетельство бушующих в организме подростковых гормонах.
Одеты одинаково. Похожие на кеды, кожаные мокасины местного производства. Предельно короткие шорты цвета хаки. Расстегнутые, изрядно штопанные, светло–зеленые куртки из плотной ткани. Фляги на ремешке через плечо. На головах кепи с небольшим козырьком и длинным, прикрывающим уши и шею матерчатым затыльником, больше всего похоже на головные уборы японской императорской армии времен второй мировой.
На шеях и запястьях повязаны безвкусные плетеные шнурочки, придающие ребятам слегка хипарский вид.
Вооружены охотничьими винтовками с весьма недурственной оптикой. У девушки семисотый Ремингтон. У парня не пойму, что именно, но в том же 308 калибре.
Винтовки в идеальном состоянии, хотя оружие явно не первой свежести. Следят за оружием ребятки.
Прочих опасных побрякушек, навроде ножей или пистолетов, не наблюдается.
— Дензел, — парнишка плюхнулся около меня на сиденье и заёрзал, поудобнее пристраивая винтовку.