Язверь
Шрифт:
В светлом «Ниссане» с протертым сиденьем у Геры появилось время для размышлений. В глупую шутку про лемургов она не поверила. Догадалась, что Настя — актриса, которая на случайных прохожих отрабатывает чей-то сценарий. От того, как хорошо она разыграет его, зависит, возьмут ее на роль или нет. Современная наука опровергала возможность быстрой эволюции человека. Да и рассказ о мургхантерах подозрительно смахивал на сюжет голливудского боевика.
Гера перезвонила Кате
— Инициалы «Нифонтова А.С.» тебе о чем-нибудь говорят? На работе мне посоветовали ее как грамотного специалиста.
— Мир тесен, знаю такого врача. Записывай.
Она тщательно сверилась с данными на визитке; похоже, они говорили об одном человеке.
Катя добавила:
— Постарайся к ней попасть завтра с утра. Примут без очереди.
Идти на прием к Нифонтовой А.С. Гера не собиралась. Наверняка в кабинете сидит важная дама пенсионного возраста. Она догадалась, что ее разыграли, подсунув чужую визитку.
Катя сменила тему:
— Завтра вечер встречи выпускников. В десять начало. Место ты знаешь: ночной клуб «У Фонтана». Помнишь Вадика Коршунова?
— Отчетливо. В мае, перед выпускными, Лена Резникова бегала к нему на свидания. Весь класс следил за этим романом.
— Теперь отец Вадика — владелец этого клуба. Есть информация, что тебя хотят видеть. Серьезно! Я бы не стала шутить. Человек он такой, сама знаешь, специфический. Могут быть неприятности.
— Ничего не случится. Мужики интересуются мной в последнюю очередь. Да и не ладили мы.
Глава 5. Случай в аптеке
С утра Гере пришлось заниматься делами, забытыми накануне.
Шеф буднично грозился уволить. Он затевал эту игру, если хотел, чтобы работу быстро закончили.
Леонид Анатольевич не был тираном. В прошлом он нередко бывал у них дома, и Гера выросла у него на глазах. Оба они — и шеф, и отец — дружили со школы. Когда она подросла, с ней занимались, обучали навыкам, которые потом пригодились.
В обеденный перерыв Гера вспомнила, что Настя рассказывала про лекарства. Вреда она в этом не видела, клин вышибают клином. Горло продолжало болеть, и стоило с этим бороться.
Она отпросилась у шефа, чтобы добежать до ближайшей аптеки. Расплатившись, отправила на дно рюкзака заветный флакон и направилась к выходу.
В дверном проеме улица вспыхнула ярким пятном. На противоположной стороне переминался с ноги на ногу тот, кто вчера выпал из колеса обозрения. Сначала он оглядывался по сторонам, но когда увидел Геру, приветливо улыбнулся и шагнул на проезжую часть.
Как он ее отыскал, подумала Гера. Она не оставляла ему ни номера телефона, ни другие координаты.
Она попятилась и медленно отступила к окошку.
— Гражданин фармацевт… Девушка? — Гера нервно теребила скомканную бумажку достоинством в сто рублей. — Нужна ваша помощь.
— Что желаете? — светленькая, с прозрачными голубыми глазами
Она заговорила доверительным шепотом:
— Вы могли бы помочь? Разрешите мне выйти отсюда через подсобное помещение.
— Что?!
— Посмотрите туда, — она указала на дверь, быстро соображая, что же сказать. — Напротив входа мой бывший. Этот человек измывался надо мной пять, нет, восемь невыносимых лет. Теперь он хочет, чтобы я вернулась к нему. Преследует, одолевает звонками. Я только что вышла замуж за другого, понимаете? У вас ведь есть запасной выход?
— Ну… хорошо, — после секундного замешательства девушка пошла ей навстречу, — выведу вас. Обычно мы так не делаем, но… я вам сочувствую.
Она пустила Геру за прилавок и повела во внутреннее помещение к служебному входу.
— Если начальство узнает, что я помогла вам, меня тут же уволят.
— Понимаю… конечно… Вот, — сторублевка перекочевала из Гериного кошелька в холодные ладони фармацевта, — это за моральный ущерб.
Дверь распахнулась:
— Выход здесь.
Гера заняла позицию между информационным щитом и ребристой стеной аптеки. В этом месте был хороший обзор. Напугавший ее мужчина исчез. Возможно, она приняла за него кого-то другого.
Самонадеянно думать, что вчерашний знакомый появился здесь ради нее, думала Гера. Глупо думать, что он вообще здесь появился. Скорее, происходило что-то неправильное, и пора уже вместе с анализами сдать тест на психические отклонения.
Голова прояснялась. Сердце больше не билось так громко и часто. Паническая атака прошла.
Гера выглянула из-за щита, окончательно обнаружив себя. Если бы за ней наблюдали — так, от нечего делать — удивились бы этим странным маневрам. Но она гордо держала голову, словно игры в шпионов — ее любимое хобби.
На работе шеф попросил связаться с заказчиком и решить с ним формальности, поэтому об остальном пришлось позабыть ровно до шести часов вечера.
В шесть позвонила Катя и напомнила, что к девяти заедет за ней. Оставалась самая малость: вернуться домой и привести себя в надлежащий вид.
«Жизнь — полный отстой!», — одеваясь, думала Гера. — «Как тут с ума не сойти?».
И хотя она все еще волновалась — оглядывалась время от времени, не преследуют ли? — до квартиры добралась без приключений.
Домашние приготовления отняли час с небольшим. Гера собралась на скорую руку. Пожалуй, только ванна с розовым сахаром отвлекла ее от назойливых мыслей. Пятнадцать минут медитации, и вот она одета в подходящий наряд.
— Что-то ты быстро сегодня, — матушка с аппетитом истребляла бутерброд с колбасой.
— На долгие сборы нет времени.
Она посмотрела на дочь с легким укором, как будто ответ ее не устроил.
— Чайку не налить?
— Не хочу. Катя скоро подъедет, — отмахнулась Гера.