Чтение онлайн

— Сейчас ты пожалеешь! Сейчас я заставлю тебя пожалеть! Я убью тебя! Я убью тебя! Я убью тебя! Я убью тебя!

Эти слова сами по себе причиняли боль, словно кинжалы, вонзаясь в мозг Елены. Явная Сила этого ошеломила ее, отбросив ее спиной на железные прутья. И возможности избежать этого не было. Это было как эхо, отражающееся от всего вокруг нее, и стучащее в ее голове.

Убью тебя! Убью тебя! Убью тебя!

Елена упала в обморок.

Мередит наклонилась возле тети Джудит в кладовке, пытаясь услышать звуки за дверью. Собаки проникли в подвал;

она не была уверена в том, как они это сделали, но судя по окровавленным мордам нескольких собак Мередит подумала, что они прорвались через окна цокольного этажа. Теперь они были за дверьми кладовки, но Мередит не могла сказать, что они делали. Там было слишком тихо. Маргарет, прижимающаяся к Роберту на его коленях, один раз хныкнула.

— Тише, — быстро прошептал Роберт. — Дорогая, все хорошо. Все будет хорошо.

Мередит встретила его испуганные, полные решимости глаза поверх светлых волос Маргарет.

«Мы чуть было не приняли тебя за Другую Силу» — подумала она. Но теперь жалеть об этом, не было времени.

— Где Елена? Она сказала, что будет приглядывать за мной, — сказала Маргарет, ее глаза были большими и серьезными. — Она сказала, что будет заботиться обо мне.

Тетя Джудит накрыла свой рот рукой.

— Она заботится о тебе, — прошептала Мередит. — Просто она послала меня, чтобы сделать это, вот и все. Это правда, — горячо добавила она, и увидела, что легкий укор во взгляде Роберта перерос в недоумение.

За дверью тишина уступила место царапающим и грызущим звукам. Собаки работали над дверью.

Роберт прижал голову Маргарет поближе к своей груди.

Бонни не знала, как долго они защищались. Конечно, часами. Это казалось вечностью. Собаки проникли через кухню и старые деревянные двери черного хода. Тем не менее, пока только около дюжины прошло сквозь горящие костры, которые горели словно баррикады перед этими проходами. И люди с оружием позаботились о большинстве из них.

Но теперь мистер Смоллвуд и его друзья держали пустые винтовки. И у них закончились вещи, которые можно было сжечь.

Немного раньше у Викки случилась истерика. Схватившись за голову, она кричала так, как будто что-то причиняло ей боль. Они пытались успокоить ее и, наконец, Викки упала в обморок.

Бонни подошла к Мэтту, который выглядывал поверх огня через уничтоженную дверь черного хода. Она знала, что он искал не собак, а то, что намного дальше. То, что он не мог увидеть отсюда.

— Ты должен идти, Мэтт, — сказала Бонни. — Ты больше ничего не сможешь сделать. — Он не ответил и даже не обернулся. — Уже почти рассвет, — сказала она. — Может когда рассветет полностью, собаки уйдут. — Но даже когда произнесла это, она знала, что это не было правдой.

Мэтт не ответил. Бонни коснулась его плеча.

— С ней Стефан. Стефан там.

Наконец, Мэтт кивнул и ответил:

— Там Стефан.

Другая фигура, коричневая и рычащая, напала из темноты.

Намного позже Елена постепенно пришла в сознание. Она знала это, потому что она видела не только несколько свечей, зажженных Катриной, но и холодный серый полумрак, который проникал вниз от открытого склепа.

Так

же она видела Дамона. Он лежал на полу, его связки были разорваны, как и его одежда. Теперь было достаточно света, чтобы полностью увидеть то, насколько он был изранен, и Елена хотела знать, был ли он все еще жив. Он был достаточно неподвижен, чтобы быть мертвым.

«Дамон?», — подумала она.

Только после того, как она сделала это, она поняла, что не сказала ни слова. Каким-то образом, вопль Катрины замкнул круг в ее голове, или, возможно, он разбудил что-то скрытое в ней. И без сомнения, помогла кровь Мэтта, давая ей силы, чтобы, наконец, пробудить ее ментальный голос.

Она повернула голову в другую сторону.

«Стефан?»

Его лицо было искажено болью, но он был в сознании. Слишком в сознании. Елене было почти жаль, что он не был таким же бесчувственным, как Дамон к тому, что происходило с ними.

«Елена», — ответил он.

«Где она?», — сказала Елена. Ее глаза медленно двигались вокруг комнаты.

Стефан посмотрел в сторону открытого склепа:

«Она только что поднялась туда. Возможно, чтобы проверить, как поработали собаки».

Елена думала, что ее страх и опасения достигли предела, но это было не правдой. В тот момент она забыла про остальных.

«Елена, прости меня». — На лице Стефана отражалось то, что невозможно выразить словами.

«Это не твоя вина, Стефан. Не ты это сделал с ней. Она сама с собой это сделала. Или это произошло с ней просто потому, что это ее суть. Наша суть». — В памяти Елены всплыло воспоминание о том, как она напала на Стефана в лесу, и что она почувствовала, когда она неслась к мистеру Смоллвуду, обдумывая свою месть. — «Это могла быть и я», — сказала она.

«Нет! Ты бы никогда так не поступила».

Елена не ответила. Если бы теперь у нее была Сила, что она сделала бы с Катриной? И что она не стала бы делать с ней? Но она знала, что разговоры об этом только еще больше огорчат Стефана.

«Я думала, что Дамон собирается предать нас», — сказала она.

«Я тоже так думал», — с сомнением сказал Стефан и посмотрел на своего брата со странным выражением лица.

«Ты все еще ненавидишь его?»

Пристальный взгляд Стефана помрачнел.

«Нет», — тихо сказал он. — «Нет, больше я его не ненавижу».

Елена кивнула. В любом случае, это было важно. Затем она вздрогнула, ее нервы были слишком напряжены, в то время, как что-то заслонило от света вход в склеп. Стефан тоже напрягся.

«Она идет. Елена…»

«Я люблю тебя, Стефан», — безнадежно сказала Елена, когда туманная белая фигура помчалась вниз.