Ярость
Шрифт:
— Куда ты ведешь нас? — сказала она. — Послушай меня. Ты только скажи нам, на какой вопрос ты отвечаешь?
— Иди и увидишь.
Елена беспомощно посмотрела на остальных. Затем она переступила через порог. Бонни медленно подошла к белому мраморному склепу, и остановилась.
Елена смотрела на нее, а потом на лицо Бонни, похожей на призрака. Каждый волосок на ее руках и затылке встал.
— О, нет… — прошептала она. — Только не это.
— Елена, о чем ты говоришь? — спросила Мередит.
Елена ошеломленно смотрела
— Она открывается, — прошептала она.
Глава 13
— Ты думаешь, что мы должны заглянуть внутрь? — сказал Мэтт.
— Я не знаю, — несчастно сказала Елена.
Сейчас она не хотела видеть, что в этой могиле больше, чем когда Тайлер предложил открыть ее, чтобы испортить.
— Возможно, мы не сможем ее открыть, — добавила она. — Тайлер и Дик не смогли. Плита начала двигаться только тогда, когда я оперлась на нее.
— Облокотись на нее сейчас; возможно есть какой-то скрытый пружинный механизм, — предположил Аларих, и, когда Елена сделала это, но безрезультатно, он сказал, — Хорошо, давайте все навалимся и напряжемся изо всех сил. Давайте, начали…
Согнувшись, он взглянул на Дамона, который неподвижно стоял возле могилы, выглядя слегка удивленным.
— Извините, — сказал Дамон, и Аларих хмуро отстранился.
Дамон и Стефан схватились за углы каменной плиты и потянули.
Плита поддалась со скрипом, когда Дамон и Стефан двигали ее к земле на другую сторону могилы.
Елена не могла заставить себя подойти ближе.
Вместо этого, борясь с тошнотой, она сконцентрировалась на выражении лица Стефана. Это сказало бы ей, что они там нашли. В ее голове проносились картины: сморщенные мумии, гниющие трупы, ухмыляющиеся черепа. Если Стефан испугается, побледнеет или почувствует отвращение…
Но когда Стефан посмотрел в открытую могилу, на его лице отразилось только смущенное удивление.
Елена не могла больше сопротивляться.
— Что там?
Он криво улыбнулся ей и сказал, взглянув на Бонни:
— Иди и увидишь.
Елена осторожно подошла к могиле и посмотрела вниз. Затем, внезапно, подняла голову и взглянула на Стефана с удивлением.
— Что это?
— Я не знаю, — ответил он, повернулся к Мередит и Алариху. — У кого-нибудь есть фонарик? Или какая-нибудь веревка?
После осмотра каменной коробки, Мередит и Аларих направились к своим машинам. Елена осталась там, где была, пристально глядя вниз и напрягая свое ночное зрение. Она все еще не могла поверить в это.
Могила была не могилой, а дверью.
Теперь Елена поняла, почему той ночью она почувствовала оттуда порыв холодного ветра, когда плита сдвинулась под ее рукой. Она смотрела вниз на своего рода подвал или погреб в земле и видела только одну стену, — ту, которая находилась
— Вот и вы, — сказала Мередит, поворачиваясь к Стефану. — Фонарик есть у Алариха, и вот мой. И вот веревка, которую Елена положила в мою машину, когда мы искали тебя.
Узкий луч фонарика Мередит осветил внизу темную комнату.
— Я не могу заглянуть глубоко внутрь, но она выглядит пустой, — сказал Стефан. — Сначала пойду я.
— Спустишься? — сказал Мэтт. — Послушай, ты уверен, что мы должны идти вниз? Бонни, как на счет этого?
Бонни не двигалась. Она все еще стояла у белого мраморного склепа с крайне отстраненным выражением лица, как будто она вокруг ничего не видела. Она, молча, повернулась, поставила ногу на край могилы и начала спускаться.
— Стой, — сказал Стефан. Он спрятал фонарик в карман куртки, положил руку на край могилы, и прыгнул.
У Елены не было времени, чтобы насладиться выражением лица Алариха; она наклонилась вниз и прокричала.
— С тобой все в порядке?
— Да, — фонарик мигнул ей снизу. — С Бонни тоже все будет в порядке. Пусть все спускаются по ступенькам вниз. Но в любом случае, лучше брось веревку.
Елена посмотрела на Мэтта, который был ближе всех. Его голубые глаза заметили ее беспомощность и некоторую обреченность, и он кивнул. Она сделала глубокий вдох и положила руку на край могилы, как это сделал Стефан. Вдруг другая рука сжала ее запястье.
— Я просто подумала кое о чем, — мрачно сказала Мередит. — Что, если «сущность» Бонни и есть Другая Сила?
— Я уже давно об этом подумала, — сказала Елена. Она хлопнула по руке Мередит, вырвала свою руку и прыгнула.
С помощью руки Стефана она встала и посмотрела вокруг.
— Боже мой…
Это было странное место. Стены были отделаны камнем. Они были гладкими и почти блестели. Через некоторые промежутки в них были вбиты железные подсвечники, в некоторых из них остался воск от свечей. Елена не видела другой конец помещения, но фонарик показал, что кованные железные ворота довольно близко, и они похожи на ворота, которые обычно используют в некоторых церквях, чтобы скрыть алтарь.
Бонни только что спустилась вниз по стремянке. Она тихо ждала, пока другие спускались: сначала Мэтт, затем Мередит, потом Аларих со вторым фонариком.
Елена подняла глаза.
— Дамон?
Через черный прямоугольник открытой могилы, открывающий небо, она видела его силуэт на фоне света.
— Ну?
— Ты с нами? — спросила она. Не «ты идешь с нами?». Елена знала, что он поймет отличие.
В последовавшей тишине она ждала пять ударов сердца. Шесть, семь, восемь…
Возник порыв воздуха и Дамон ловко приземлился. Но он не посмотрел на Елену. Его взгляд был странно отстраненным, и она не смогла ничего прочитать на его лице.