Чтение онлайн

• Главный редактор без редакции. Вернувшаяся из США программист Елена Колмановская будет продвигать продукты компании «Аркадия».

• Четвертый не лишний. В Рунете появился «Яндекс» — еще один поисковик.

Тайфун зародился на юго-западе Москвы. Здесь учились все «отцы» и «матери» «Яндекса», здесь же они жили — сначала в общежитиях, потом в съемных квартирах, а затем и в собственных. На Юго-Западе появился первый офис компании и почти все последующие офисы. Что это — сила

места, магия развития или закономерный результат грамотной градостроительной политики 50–60-х годов, когда неглупые советские люди решили сосредоточить именно в этом районе столицы критическую массу образовательной и научной инфраструктуры?

Еще одну «мать» «Яндекса» звали Татьяна Захарьевна Логинова. Именно так — с обязательным упоминанием отчества. И она, разумеется, тоже жила и работала на юго-западе Москвы.

Татьяну Захарьевну можно называть матерью «Яндекса» даже без кавычек. Когда она пришла в «Аркадию», ей исполнился 51 год — ровно в два раза больше, чем Воложу и Сегаловичу. Но именно в этот момент, по ее собственному признанию, она поняла, что жизнь только начинается.

— Я тогда работала в Институте классификации и кодирования (ВНИИКИ) Госстандарта, недалеко от метро «Профсоюзная», — вспоминает Татьяна Захарьевна. — Я всю жизнь, начиная с пионерского возраста, занималась организаторскими делами. Вот и в институте помимо основной работы занимала на общественных началах должность ученого секретаря Комиссии по классификации при Союзе научно-инженерных обществ.

В декабре 90-го года эта Комиссия организовала и провела большую конференцию классификаторов. Со всего Союза съехались сотни ученых, которые занимались классификацией в самых разных областях науки. Это были химики, биологи, археологи, медики и большая группа математиков. Среди прочих докладчиков выступал молодой аспирант Аркадий Волож в соавторстве со своим научным руководителем Ильей Борисовичем Мучником.

— Тогда наши дороги и пересеклись, — продолжает Татьяна Захарьевна. — А где-то в перерыве он самым неожиданным образом предложил мне перейти на работу в его фирму «Аркадия», а я таким же неожиданным образом легко согласилась. В то время наш институт переживал то же, что и тысячи других НИИ, сотрудников увольняли пачками, поэтому мое заявление об уходе было воспринято даже с благодарностью. «И что я буду у вас делать?» — спросила я тогда Аркадия. — «Да чем сейчас занимаетесь, тем и будете у нас заниматься», — ответил он.

Спустя много лет в одном из интервью Волож назовет свою главную квалификацию так: «серийный наниматель». Следуя этой логике, можно сказать, что именно приглашение на работу ТЗ (так потом для краткости будут звать Татьяну Захарьевну коллеги) стало первым шагом Аркадия в его профессиональной карьере. Нанимая своего ключевого на этом этапе сотрудника, он, судя по всему, разглядел в нем две вещи: 1) глубокие познания советской реальности; 2) большой опыт в организации науки, который легко перенести в бизнес. Волож не прогадал: на многие годы Татьяна Захарьевна Логинова стала прекрасным коммерческим директором «Аркадии». А еще на большие годы — близким другом и одним из тех людей, которые поддерживают вокруг «Яндекса» «высокоплотную атмосферу мудрости».

Тем временем из другого района Юго-Западного округа Москвы в сторону «Аркадии» неумолимо несло течением еще одного будущего «отца» компании — младшего научного сотрудника Илью Сегаловича.

Прежде чем пойти на баррикады свергать

советскую власть, Сегалович отучился в Московском геологоразведочном институте и жил примерно такой же заурядной жизнью, что и его товарищ по школьной парте, — с той лишь разницей, что заурядность эта слегка затянулась. По распределению Илья попал программистом во Всесоюзный институт минерального сырья. Сидел в лаборатории математических методов, писал софт на языке программирования фортран, строил геофизические информационные системы.

— Из разведки геологи привозили нам файлы, — вспоминает Илья, — эти файлы нужно обрабатывать, анализировать, а потом говорить: вот здесь вот копайте. Проникать, как Ломоносов сказал… «в тверди земные разумом, куда рукам и оку досягнуть препятствует натура». Вот, собственно, тем и занимались — проникали разумом.

Задачи в институте были интересные, но рабочая атмосфера еще та. Научный руководитель — немолодой уже дядечка — сидел в отдельной комнатке, шуршал бумажками, пил кофе. Бумажками у него был завален весь стол, кофейные стаканы оставляли на них коричневые круги, так что стол напоминал нагромождение галактик с планетами подозрительно одинаковой величины. Планеты блуждали по собственным записям дядечки, докладам сотрудников, вырезкам из газет. Дядечка ничего не выбрасывал — в научном хозяйстве все сгодится. Иногда Сегалович получал свои бумажки назад с пометками и резолюциями спустя месяцы, а то и годы.

Параллельно Илья занимался самообразованием. Торчал в очередях в магазине «Молодая гвардия», ловил дефицитные книги по программированию, изучал, конспектировал, осваивал, но до поры до времени без особого выхлопа. Если бы СССР подзадержался еще лет на тридцать, скорее всего, Сегалович и сам стал бы таким же кофейным дядечкой, как его научный руководитель. Но Советский Союз поплыл, люди забегали, времена настали голодные, злые, реальные.

Знакомство Воложа с заграничными барашками совпало с августовским путчем. 21 августа 1991 года Аркадий прервал свое первое турне по Америке и рванул на Родину к оставшейся там семье. Дозвониться в Россию в эти дни было невозможно, зато удалось испытать на себе все преимущества электронной почты. Когда танки ездили по городу, а телевидение транслировало только «Лебединое озеро», бесплатные почтовые ящики всем желающим выдавал «Релком» (сокращение от Reliable Communications — «Надежные коммуникации») — первый советский, а затем российский интернет-провайдер. Именно в дни путча этот новый вид связи всерьез заявил о себе, и одним из тех, кому он реально помог, был Аркадий Волож. Он отправил электронное письмо знакомым, чтобы те позвонили жене и передали, что он вылетает в Москву. Это был его первый шаг во Всемирную паутину.

В том же году у «Аркадии» появился свой домен: arcadia.msk.su. Но тогдашний интернет был похож на сегодняшний примерно так же, как берестяная грамота на фейсбук, заниматься поиском в нем было совершенно бессмысленно, это никому даже в голову не приходило. Продвигая свой поисковый продукт, «Аркадия» целилась куда угодно, только не в интернет.

После отъезда Борковского пришлось искать ему замену. Нужен был человек с не меньшими познаниями в области программирования и в то же время из разряда тех, кто талантлив во всем. «И тут Аркадий вспомнил о своем школьном друге» — можно было бы сказать и так. Но на самом деле все эти годы бывшие школьные друзья продолжали поддерживать отношения. Во многом благодаря общему хобби.