Чтение онлайн

— Я подумал, что лучшего момента просто не будет, знаешь. Только одно слово, Меган, — шепчет он, а я дрожу и зарываюсь носом в его шею, вдыхая аромат любимых духов, одурманивающих сознание.

— Месяц, — выдыхаю и касаюсь губами его кожи.

— Хочешь помучить и себя, и меня? — он гладит талию одной рукой, а другой берет за подбородок, заглядывая в глаза.

— Даю шанс одуматься, ведь, если я соглашусь, тебе придется терпеть меня до конца жизни, — тихо говорю в ответ и улыбаюсь. Кабинка уже медленно опускается, неся нас «с

небес на землю».

— Никто не идеальный, малышка. Твои недостатки, сложный характер, вредность — это все делает тебя особенной и неповторимой.

Кабинка останавливается, мы поднимаемся и выходим. Крис притягивает меня и тихо говорит:

— И вообще-то… Я могу в любой момент закинуть тебя на плечо, посадить в свой самолет и увезти на необитаемый остров.

— Угрожаешь, Берфорт?

— Предупреждаю о таком ходе событий, — он целует меня в висок, и расплывается в загадочной улыбке.

***

Мерседес несет нас в Хэмпстед. Голова Меган лежит на моем плече, а горячее дыхание щекочет кожу. Автомобиль останавливается возле парадного входа, и я тихо говорю:

— Мы приехали, малышка, просыпайся.

Провожу по шелковистым черным прядям, а она открывает глаза и сонно щурится.

— Я уснула?

Меган забавно морщит нос и зевает, прикрывая рот ладошкой. Не могу сдержаться и целую ее. В особняке стоит тишина, которую нарушает тикающая стрелка часов и шпильки Меган, поднимающейся по мраморной лестнице на второй этаж. Мы останавливаемся у дверей ее комнаты, хочу попрощаться, но она поворачивается, берет за руку и закрывает за нами дверь.

— Ты мне должен помочь, — шепчет она. — Расстегнуть платье.

Усмехаюсь и подхожу ближе, касаясь мягкой ткани — это только «уловка», но мне она нравится. «Молния» идет сзади по всей длине, медленно тяну за бегунок, оголяя фарфоровую кожу и наслаждаясь зрелищем.

Я хочу ее и одновременно боюсь причинить боль, такие двоякие ощущения, разрывающие изнутри напополам. Пальцы тянутся погладить кожу, почувствовать ее, но вовремя останавливаюсь и делаю шаг назад.

Меган поднимает руки и спускает платье по плечам. Ткань скользит по телу и оказывается на полу, она переступает, делает пару шагов к кровати и разворачивается. Вся ее кожа, будто светится и переливается в лунном свете, и я не могу налюбоваться.

— Я хочу кое-что попробовать, — неуверенно говорит Меган и наклоняет голову, пристально глядя на меня.

— Ты уверена?

Понимаю, что она имеет в виду, но оставляю ей право выбора.

— Нет, но… Но мы можем попытаться. Я хочу… — она делает паузу и смотрит куда-то в сторону. Вижу по ее выражению, как она боится и переживает. — Я хочу, чтобы ты помог мне побороть страх. Одна я не справлюсь.

Опускаю голову, глядя на паркет и провожу пальцами по волосам. Расстегиваю рубашку и кидаю на кресло, оставаясь в брюках.

— Знаешь… Ни одна девушка не восхищает меня, как ты.

Подхожу ближе и смотрю в потемневшие

и горящие глаза. Грудь тяжело поднимается и опускается, дыхание прерывистое. Она тянется ко мне, обвивает шею руками и целует, с мольбой, отчаяньем, болью, которая накопилась в душе. Выдыхаю стон удовольствия и обхватываю дрожащее тело, чувствуя, как она напрягается, но не останавливается. Внутри бушует ураган чувств. Я хочу держать его под контролем, но рядом с Меган это сделать чертовски сложно. Кидаю ее на кровать и нависаю сверху, гладя ключицу одной рукой. Пальцы пробегают по грудям под тонким кружевным бельем, а губы касаются углубления на шее, где поблескивает изумруд. Хочу коснуться ее души, сердца и забрать боль, залечить раны… исцелить.

— Скажи… что ты чувствуешь сейчас, — провожу носом по холодной, покрывшейся мурашками кожи, и поднимаю глаза.

Она прикусывает губу и хрипит:

— Просто продолжай…

Пальцы исследуют ее живот, делают кругообразные движения вокруг пупка, а я наблюдаю за ее реакцией: глаза закрыты, а пальцы впиваются в покрывало. Поддеваю ногтем резинку трусиков, а Меган вздрагивает и резко останавливает меня. Она постоянно облизывает губы и тяжело дышит. Ложусь рядом и смотрю на балдахин, прикрывая лицо рукой.

— Прости… — шепчет она и проводит ладонью по оголенной груди.

— Ты не должна этого делать, Меган. Мы что-нибудь придумаем. Просто прошло мало времени.

— Но…

— Я подожду.

Чувствую, как она садится сверху, и убираю руку, подозрительно глядя на нее. Что она задумала?

— Перестань. Ты решила меня убить, Миллер?

Уголки губ слабо поднимаются, а пальчики гладят грудь, останавливаясь слева — сердце ускоряет ритм, и пульс словно проходит через ее ладонь, готовое выпрыгнуть в руки. Оно и так давно принадлежит ей.

— А если я свяжу твои руки… Ты не сможешь касаться, но мы сделаем это?

— Ты меня пугаешь, Меган, — хмыкаю и расплываюсь в улыбке от ее слов.

— Значит, нет? — она закусывает нижнюю губу и поднимает выжидающе бровь.

— Хочешь привязать меня.

Она кивает, а я смеюсь, переворачиваю ее и ложусь на бок рядом, касаясь мягких черных локонов.

— Ты сейчас удивишься, Миллер, но я готов подождать месяц и помучаться.

Меган разочарованно надувает губы и встает. Слежу за ней глазами и улыбаюсь. Она надевает короткую белую ночнушку и ложится на кровать.

— Я думала, ты согласишься, Берфорт. Когда успел стать таким правильным? — обиженно бормочет она.

Снимаю брюки и накрываю нас одеялом, глядя в сияющие глаза, которые сейчас кажутся темнее ночи.

— Вряд ли с той француженкой или азиаткой ты был таким…

— Хочешь поговорить о них или мы будем спать?

Она закатывает глаза и отворачивается. Улыбаюсь, притягиваю ее к себе и кладу голову на макушку, вдыхая карамельный аромат.

— У нас немного получилось, — шепчет сонно Меган.