Я смертная
Шрифт:
– Посмотрим прямую трансляцию, – сказал он, когда Рязану удалось включить проектор, и на доске появились картинка, – Симона будет в эфире поздравлять тех, кто прошел в финал, и я хочу чтобы мы все вместе разделили этот момент. Помните, неважно, кто победил – важно лишь то, что это начало новой эры.
Однако картинка на проекторе не менялась, весь класс смотрел на застывший стоп-кадр как женщина поднимается на трибуну, чтобы произнести речь. Все в аудитории напряженно следили за Рязаном, иногда переводя взгляд то на него, то на доску, боясь упустить момент. Рязан же все что-то крутил, но это никак не помогало. Он даже достал маленькую отвёртку из кармана, раскручивая проектор, но в итоге просто покачал
– Что же… Я хотел, чтобы мы потомились с вами еще немного в этом сладостном ожидании, но, похоже, ничего не остаётся, как просто объявить результаты. Сказать ли мне вам? Сказать?
– Да! – дружным хором закричал класс.
Ник промолчал, оглянулся и увидел насколько взволнованы окружающие его ребята, и от того почувствовал некоторое волнение и сам. Все затаили дыхание, боясь не расслышать свое имя, тем самым упустив грандиозный момент.
Директор Дмитрий с удовольствием смотрел на своих учеников, каждого из которых неизбежно ждало светлое будущее. Он изобразил барабанную дробь, постучав по столу, после чего объявил.
– Никита, Михаил. Поздравляю! Вы прошли отбор!
– Урааа!
Это закричал Михо, и некоторые ребята из класса. Остальные ещё моргали, казалось, пытаясь осознать услышанное. У кого-то на лице была радость за друзей, а у кого-то разочарование. Ник тоже не выражал особенного счастья. Одноклассники начали уже хлопать его по плечу и шептать, насколько он классный, однако он в душе ощутил поднимающееся смятение. То, что он затеял ради шутки Михо, стало теперь его будущим. Расстроен он или рад – ему пока было сложно сказать.
Михо, тем временем, уже подскочил к директору и дал ему пять, после чего бросился обниматься с учительницей. К чрезмерному проявлению чувств Михо окружающие уже давно привыкли, поэтому просто сдавались под напором его жизнелюбия и добродушия. Михо не сомневался в своих чувствах по поводу победы. Он всегда хотел не просто жить, а сделать что-то поистине значимое, и это был его шанс.
Ник же медленно поднялся с места, когда директор махнул ему подойти и подать руку. И всё-таки, думал Ник, разве в Новосибирске не достаточно талантливых девчат и ребят? Как так вышло, что прошли они двое? Конечно, искали определенные таланты, но какими именно были критерии отбора не разглашалось.
Рязан уже сделал несколько фотографий с Ником и Михо, и к столу начали подходить другие ученики, чтобы сфотографироваться, когда вдруг колонки издали шипящий звук, и тв-передача, наконец, заработала. Все быстро отошли от доски, чтобы посмотреть хотя бы кусочек.
Во всю доску сейчас виднелась трибуна, за которой стояла женщина и произносила речь. Симону знали все: она была одной из самых уважаемых женщин этого времени (и не только этого). Невысокая, черноволосая, с выразительным лицом и живыми глазами – она создавала впечатление человека, который всегда выслушает и поддержит, с какой бы проблемой вы не столкнулись.
– … В этот день хочу отметить наступление новой эры, над которой мы так усердно работали долгие годы. Мы создали не только космический аппарат, который может добраться до другой системы, но и, наконец, мы сможем поселить первую колонию людей в другой системе…
Эпизод 4.
– … этот день я бы также хотела объявить днем толерантности и борьбы против классового неравенства, до сих пор существующего в нашем обществе. Спасибо
Обширный список фамилий появился за спиной Симоны, и она начала аплодировать первая, после чего к ней присоединились слушатели. Женщина сделала шаг от трибуны, уступая ее следующему спикеру, отвесила неглубокий благодарственный поклон публике и отправилась за кулисы. После нее должно было еще выступить несколько спонсоров ее “Нового времени”.
Сегодня речь прошла хорошо, аудитория была очень теплой и благодарной, зрителей очень воодушевила речь об экспедиции. Для Симоны это было очевидно, ведь когда она затронула вопросы неравенства в обществе, все также спокойно и сосредоточенно слушали, хотя обычно бессмертным очень не нравились подобные разговоры. Селекционалы, такие как она, не хотели изменений, их устраивал привычный уклад, и за рамки своей спокойной жизни они выглядывать не хотели.Сложившийся порядок казался им справедливым, и они были уверены, что все привилегии заслужили его по праву рождения.
Симона же во главе движения “Морталисам жизнь!” выступала за экологичность общества, и за то, чтобы людей перестали разделять на годных и негодных.
С тех пор как Симона родилась, мир значительно изменился в лучшую сторону. Сейчас счастье каждого имморталиса стояло на первом месте. Человек мог не только выбирать удобный режим работы, но и тратить любое количество лет на изучение интересным ему профессиям. К примеру, сама Симона сменила уже три профессии, хотя все они были из смежных областей. Попав когда-то в программу “Бессмертие – детям”, она показала великолепные результаты в химии, после чего немало лет посвятила самосовершенствованию в этой области, достигнув звания доктора наук и даже сделав одно значительное открытие. Но по прошествии нескольких десятков лет оказалось, что даже любимое дело может надоесть. В какой-то момент Симона ощутила, что выполняет рутинную работу, для нее больше не было в этом вызова. В то время вовсю развивались робототехника, протезирование, роботостроение. Это была новая перспективная ниша для всех тех, кто хотел оказаться в эпицентре прогресса. А Симона хотела. Ее деятельная натура не позволяла ей надолго оставаться позади других.
Симона круто развернула жизнь, оставила работу, в которой была уважаемом именем, и начала обучение в новой сфере с нуля. Ей понадобилось не меньше двадцати лет, чтобы найти работу по душе. Симона решила изучать биопротезирование. Бессмертие, увы, не отменяло несчастных случаев и травм, а потому тема человека прекрасного, человека полноценного, жаждущего приносить пользу, встала достаточно остро. Следующие девяносто лет она посвятила себя этой сфере, но здесь ей не удалось добиться чего-то большего, нежели звания работник года. Симона чувствовала, что ответ на ее смысл жизни где-то рядом: стоит только протянуть руку, просто прямо сейчас она не видит его. Тогда же она впервые обратила внимание на разницу в жизнях смертных и бессмертных, и то что возможности разделены совсем в неравном количестве.
Именно эти мысли привели Симону к значительным изменениям в жизни. К тому, чтобы стать той самой Симоной, чьё имя теперь синоним прогресса и человеколюбия.
Симона уже спустилась со сцены и направилась к выходу, когда заметила Эдварда, писавшего что-то в телефоне. Симона подошла к нему и улыбнулась возлюбленному.
Эдвард был младше ее на добрую сотню лет: он был третьим поколением бессмертных, а это уже значительно различало их даже внешне. Современные хомо сапиенс имморталис воплощали в себе представление об идеальном человеке: привлекательное лицо, отличная фигура, а также острый ум и различные талант. Чем моложе был имморталис, тем более идеальным человеком он представал.