Я не собираюсь жениться...
Шрифт:
Глаза Корали заблестели от предвкушения.
– Надеюсь на это. Продолжай.
Кирстен рассказала о поцелуях Сэма, но не вдаваясь в подробности. Это было слишком личным.
– А когда вы встречаетесь снова? – спросила Корали.
– Ну, я… – замялась Кирстен. – То есть мы… мы… – Она безнадежно развела руками. – Если подумать, то мы ведь и не договорились о новой встрече. Пожалуй, мы оба были слишком измучены, чтобы это обсуждать.
– Вне всяких сомнений он позвонит, – сказала Корали, – но он и так знает, что в воскресенье вы увидитесь.
Кирстен заморгала:
– Знает?
Теперь пришла очередь Корали смутиться:
– Разве я тебе не сказала? О, черт! Прости. В воскресенье будет день рождения Джима, а они с Сэмом всегда ходят друг к другу на день рождения. Сэм и еще несколько друзей придут на ужин. Мы будем жарить мясо, картофель, початки кукурузы на углях. Это любимое блюдо Джима. И, конечно, будет мороженое и именинный торт с тридцатью шестью свечками.
– Звучит заманчиво, – сказала Кирстен. – Сэм ничего об этом не говорил. Ты уверена, что не забыла ему сказать об этом?
– Я думала, Джим сам поговорит с ним, но, может быть, он тоже забыл? Напомни, чтобы я спросила Джима, когда он придет к обеду.
Через пару часов, когда они заканчивали обедать, зазвонил телефон.
– Я подойду, – сказал Джим, вставая. – Мне должны позвонить из банка.
В кухне был аппарат, но Джим предпочел подняться наверх, где было тихо и он мог спокойно поговорить. Его не было всего пару минут.
– Тебя, Кирстен, – сказал Джим. – Это Сэм. Если хочешь, возьми трубку в нашей спальне, наверху.
Кирстен подскочила и бросилась наверх.
– Напомни ему о воскресенье, – крикнула ей вслед Корали.
– Сэм? Это Кирстен, – ее слова прозвучали обольщающе, хотя она этого и не хотела.
На другом конце провода Сэм не сразу смог ответить. Ее соблазнительный голос сейчас же вытеснил из его головы все мысли, кроме отчаянного желания видеть ее, обнимать и снова целовать ее восхитительные мягкие губы.
– Д-да, Кирстен, – неуверенно пробормотал он, затем снова замолк, сделал глубокий вздох, чтобы справиться с нахлынувшими чувствами. – Звоню, чтобы спросить, все ли в порядке. Конечно, нужно было позвонить раньше, но только сейчас я освободился на минутку. Ты хорошо спала? С дыханием все в порядке?
Он не смог скрыть беспокойства, но надеялся, что это выглядит заботой доктора о своей пациентке, а не волнением влюбленного мужчины.
Наверное, Кирстен так и поняла его вопрос, потому что не бросила трубку.
– Я в полном порядке, – радостно ответила она. – Проспала почти до десяти часов и проснулась полная сил и бодрости. А как ты? Хорошо отдохнул?
Нет, не отдохнул вообще, если начистоту. Всю ночь он провел, стараясь забыть нежные и чистые поцелуи, которыми она отвечала ему. Он не мог и думать, что она могла это делать просто по привычке.
– Я отлично выспался, – солгал он. – Мне только что позвонили из больницы – Барри Макбрайд пришел в сознание.
– У него все будет в порядке? – спросила она с искренним беспокойством.
– Да. Он поправится.
– О, я так рада, – сказала она со вздохом облегчения. – Ричард так переживал…
Ревность уколола Сэма, но сам факт ее появления ужаснул его
Сэм прекрасно понимал, что у него нет никаких прав на ревность к Ричарду Макбрайду. Если он не намерен ухаживать за Кирстен, то какое ему дело, кто ей может нравиться?
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Громкий голос Кирстен прорвался сквозь паутину его мыслей и вернул внимание к телефонной трубке:
– Сэм, ты еще там?
– А… Да, – неуверенно пробормотал он. – Да, я здесь, но у меня уже нет времени. Ждут пациенты…
– Да, конечно, – быстро ответила Кирстен, – но позволь занять еще минуту твоего времени. Корали просила напомнить, что в воскресенье день рождения Джима и ты приглашен на ужин.
Черт побери! За работой он совсем забыл о дне рождения Джима. И что теперь делать? Чтобы отказаться от приглашения, нужен предлог не менее серьезный, чем собственная смерть. Между их днями рождения было всего две недели, и ни один праздник не обходился без приглашения друг друга с самых детских лет.
Но в это воскресенье он не может показаться у них. Кирстен будет там, а он только что поклялся себе больше с ней не видеться!
– Сэм! Что случилось? – Голос Кирстен звучал несколько нервозно, и Сэм сообразил, что она ждет его ответа.
– Извини, – сказал он, усиленно пытаясь привести мысли в порядок и придумать правдоподобный предлог для отказа. – Мне надо было раньше сказать Корали, но… но я буду занят в воскресенье. – О проклятье! Такое дурацкое объяснение никого не удовлетворит. – То есть… то есть я хочу сказать, что, пока моего коллеги нет, я… я работаю и по выходным.
– Ну, это не страшно, – уверенно ответила Кирстен. – Праздник начнется вечером, в пять часов.
Сэм покрылся испариной, и не из-за жары на улице. Он никогда не умел лгать, и эта попытка тоже провалилась.
Ему ничего не оставалось, как сказать, что он придет, а до воскресенья постараться придумать подходящую причину для того, чтобы не показываться там.
Он положил трубку и откинулся в кресле.
Все Бакли и Кирстен провели оставшееся время, приводя в порядок и украшая для праздника большой сад позади дома. Столы решено было поставить среди роскошных кустов красных, розовых и желтых роз и клумб с хризантемами, календулой и астрами великолепных золотистых, розовых и фиолетовых оттенков.
К субботнему вечеру все блюда, которые можно хранить до следующего дня, были готовы и поставлены в холодильник. Праздник предполагался с размахом. Пригласили лучших друзей Джима, а его дочерям разрешили привести своих друзей-ровесников. Большинство из них были незнакомы Кирстен, но ее это не беспокоило. Раз здесь будет Сэм, ей больше никто не нужен.
Время в клинике в воскресенье тянулось для Сэма еще медленнее, чем обычно, и к тому моменту, как он принял последнего пациента, перекусил сэндвичем и кофе в кафе Кэтти на Мэйн-стрит и добрался до дома, было уже два часа. Слишком поздно, чтобы отказываться от приглашения Джима!