Чтение онлайн

– Что?! Ерофеева?! Способная студентка?? Да… неужели? Вы в своем уме?

Нестер, казалось, был искренне поражен до глубины души, он испепеляющим взором посмотрел куда-то мне над головой и обратился ко мне надменно:

– Вы?! Нет, я отказываюсь. Кроме прехорошенькой внешности тут нет способностей!

Я даже приоткрыла рот от такого предвзятого отношения ко мне, я была просто ошеломлена… я что, прехорошенькая дурочка выходит? Ну, уж нет!

Пока я глотала воздух, ты положила свою руку на мою, чтобы успокоить меня и сказала:

– Позвольте!

Вы, конечно, преподаватель, но это не дает вам права разговаривать с нами в таком тоне!

Это замечание слегка поубавило пыл Тимура Алексеевича. Он лишь яростно стиснул челюсти, чтобы справиться с порывом высказать свои претензии и недовольства по поводу такой подставы со стороны коллеги. Тут в ситуацию вновь вмешался дипломатичный Даниил Андреевич.

– Ну, в самом деле, Тимур Алексеевич, вы плохо знаете человека и так отзываетесь о нём. Если вы с первого раза не поладили, то это не значит, что надо ставить крест на человеке. Уверен, вы еще поменяете своё мнение. И потом, вы лучший в своей области, разве вы не справитесь с этой задачей?

Тимур Алексеевич сдержанно выслушал коллегу, нахмурившись и, наконец, спустя некоторое время, с ноткой иронии в голосе спросил:

– Ерофеева, вы уверенны, что стратегическое управление финансами фирмы это то, что вам надо? Подумайте, пожалуйста, очень хорошо.

– Я, эээ, мне, ммм, – из моего рта посыпались несвязные слоги.

Кажется, рядом с ним я тупела. И довольно стремительно. Только в душе вопил голос: «Нет, это мне не надо! И вы мне, со своими финансами и со своей долбаной кафедрой в жизни не сдались!»

– Вы ведь совершенно не разбираетесь в этой области! Может вам ближе все-таки рукоделие и домоводство? – снова принялся паясничать Нестер.

Я не сразу поняла сарказм, и, конечно, хоть вязать я люблю, и готовить тоже, но переход на личности стал слишком откровенным.

Ты залилась румянцем, вдруг подскочила и заступилась за меня:

– Знаете что, Тимур Алексеевич, при всем моем уважении к вам, может вы и один из лучших преподавателей на кафедре или где-то там еще, но человек вы так себе. Спасибо, но, по-видимому, помощь нам ваша больше не нужна. Во всяком случае, Даниил Андреевич, спасибо за попытку. А унижать я здесь никого не позволю. До свидания!

Никогда я еще не чувствовала себя такой беззащитной и униженной. Так разговаривать со мной он себе ещё не позволял. Конечно, за весь этот учебный год он выполоскал мне все мозги, но это всегда происходило в более мягкой форме. Нет, я, конечно, могла бы постоять за себя, но с ним… Он меня подавлял. Я растерянно подскочила вслед за тобой, не встречаясь взглядом с преподавателями, и мечтала, чтобы мы поскорее покинули этот кабинет.

– Постойте! – вдруг остановил нас Нестер.

Мы обернулись. Он гордо стоял перед нами в своем величии, сжигая нас взглядом, и словно с вызовом добавил:

– Хорошо, так и быть. Я ведь пообещал. Но я в последний раз спрашиваю. Ведь я вас не выбирал, и вы, полагаю, меня не выбирали себе в кураторы. Поэтому вы можете отказаться, и мы разойдемся.

Я готова

была закивать, лишь бы больше никогда с ним не видеться. Но это было невозможно, у меня было слишком много долгов по его предмету. Встречаться неизбежно бы пришлось. Но ты считала, что так будет лучше и я сразу убью двух зайцев… а может и трех – закрою долги, напишу отличную дипломную и налажу отношения. Я же считала, что я убью кого-то из нас двоих…

Нестер посмотрел с поддельной вежливостью в мои глаза в ожидании ответа. Я готова была согласиться, чтобы отвязаться от него.

– Мы можем попрощаться… – едва прошептала я.

Ты тут же ощутимо пихнула меня в бок, приведя в чувство.

– Простите, что вы промя… сказали? – переспросил Нестер.

– Мы можем попытаться, – повторила я.

– Хорошо, тогда завтра будьте добры закрыть свои долги, – обречённо сказал Тимур Алексеевич.

– Но как… все что ли? – робко возмутилась я.

– Вы ведь хотите успеть написать дипломную? Так что не теряйте времени, понапрасну стоя тут. Приходите завтра, желательно со знаниями в голове.

– Да, до свидания, – распрощалась я и стремглав вышла из кабинета, не чувствуя под собой ног.

– Анастасия Николаевна, задержитесь на минуту, я с вами не договорил, – спохватился Курдеко.

– У меня дела, до встречи, – сказал Нестер коллеге и оставил тебя с ним вдвоем.

Даниил Андреевич сдержанно и загадочно улыбался, словно у него было для тебя весьма интересное предложение личного характера, но ты понимала, что он опять за своё, от него не дождешься.

Ему было около 30 лет, стройный высокий брюнет, оживленный, в меру болтливый, но не занудный, его приятно было слушать. Воодушевленный идеями и интеллигентный по своей природе, готовый всю жизнь отдать любимому делу, он пропадал всё время на кафедре или в научно-учебной лаборатории со студентами. Он был довольно красив, с выразительными глубоко посаженными глазами слегка вытянутой формы и густыми бровями, с практически идеальным прямым носом и мужественным овалом лица. Нет, мужчинам нельзя быть такими красивыми, но он, похоже, не знал об этом и не пользовался своим внешним превосходством. Ну, скажите, зачем научному сотруднику, помешанному на работе, внешность мачо? Это явно какое-то издевательство над поклонницами.

Ты вздохнула, приготовившись к тому, что он сейчас начнет что-то декламировать из какой-нибудь научной статьи, но оставалась вежливой и терпеливой. В этом вы были похожи.

– Присядьте, Анастасия Николаевна, – Курдеко галантно предложил тебе устроиться на диване и сам тоже сел на него.

Ты послушно, но напряженно уселась рядом с ним и спросила:

– О чем вы хотели поговорить?

– Видите ли, у нас скоро состоится в академии областная конференция по математическим методам в экономике, съедется много важных людей. Я предлагаю вам выступить с темой. Надо поднять один из наболевших вопросов, раскрыть его как можно презентабельно и развернуто. Здесь большая перспектива. Есть шанс, что вас заметит крупный работодатель.