Чтение онлайн

– Есть кто-нибудь живой?

– Есть, – раздалось где-то за джипом. После минутной паузы голос за джипом снова дал о себе знать.

– Это Олег! Женя, слышишь, это Олег! Давайте разъедемся с миром. По-моему, больше в живых никого нет.

– Кто это? – растерянно спросил Роберт.

– Это Олег. Он хороший парень. Я вышла из машины и крикнула:

– Олег. Это Женя! Я вышла из машины. У меня нет оружия. Бросай пистолет и иди ко мне. Мой брат не будет в тебя стрелять.

– Чокнутая, тебе что, жить надоело? – услышала я испуганный голос брата.

– Роберт, не смей стрелять! – крикнула

я, увидев идущего ко мне Олега.

– Ну что, разбегаемся? – спросил Олег. – Мы тут не были и ничего не видели. Я не знаю вас, а вы не знаете меня.

– А как ты объяснишь своим друзьям, что тут произошло? – подозрительно спросил Роберт.

– Что-нибудь совру. Скажу, пацаны обкуренные были, что-то не поделили с кладбищенскими смотрителями, вот друг друга и перестреляли, а я мирно спал в машине, проснулся от выстрелов, а когда вышел из машины, все было кончено. Тут такое часто бывает, так что не берите в голову. Мне, самое главное, оружие бы сохранить, а то не быть мне живым. – Олег посмотрел на Роберта. – Ты поможешь погрузить все это оружие в джип, а то я один до утра тут проваландаюсь. Не в наших это интересах, побыстрее сваливать надо, пока еще кто-нибудь не пожаловал.

– А что, может еще кто-нибудь появиться? ошарашенно спросил Роберт.

– Конечно. Ночью тут самый настоящий проходной двор. Каждый решает свою проблему: единственное место, где нет ментов.

Роберт не заставил себя долго ждать и принялся вместе с Олегом грузить оставшееся оружие в джип. Мы со Светланой тупо наблюдали за их действиями. Светка посматривала на кладбищенские ворота и постоянно вздрагивала. Я была напугана не меньше и не переставала прислушиваться к различным звукам, раздававшимся на ночном кладбище. Светке что-то померещилось, и она чуть было не свалилась с капота, на котором мы обе пристроились. Я испуганно посмотрела на нее и прошептала:

– Это ветер, это всего лишь навсего ветер.

– А почему он так громко воет?

– Не знаю. Наверное, потому, что на кладбище… Наконец мужчины управились. Олег открыл ворота и весело подмигнул мне:

– Ну что, Женька, пока. Будь здорова. Старайся больше не попадать в такие переплеты.

– Ты тоже. После всего, что случилось, у тебя будут проблемы?

– Не думаю. Уеду в Хабаровск, как собирался. Кстати, тот коньяк, который ты мне купила, был очень вкусный.

– Ты же собирался выпить его в поезде.

– Не срослось. В поезд я куплю еще один.

– Ну ладно, привет родителям. Не ввязывайся больше в плохие компании и общайся со сверстниками.

– Само собой.

Джип на большой скорости покинул кладбище.

– Откуда ты его знаешь? – спросил Роберт, садясь за руль.

Я промолчала, но Роберт не выдержал и повторил свой вопрос.

– Я познакомилась с ним на железнодорожном вокзале. Он ехал в Хабаровск.

– Что-то он до него не доехал…

– Наверное, изменились планы или возникли какие-нибудь непредвиденные обстоятельства.

– Я смотрю, у тебя здесь масса разношерстных знакомых, – не унимался Роберт. – И когда ты успела ими обзавестись, если вообще не выходила из дома. Не нравится мне все это.

– Что именно?

– То, что мы отпустили свидетеля. Нужно было его грохнуть, тогда бы вообще никаких проблем не было. Ты ведь этого мальчика

сама толком не знаешь. Сейчас он приедет к своим старшим криминальным товарищам, выложит им все как на духу, и нам крышка. Нас перестреляют, как щенков. Это я виноват, поддался на твои вопли типа: “Не стреляй”. Надо было его замочить.

– У него у самого рыльце в пушку. Он уедет в Хабаровск, он же сказал.

– Ага, три Хабаровска сразу. Сколько раз я убеждался в том, что женщин слушать нельзя! Послушай женщину и поступи по-своему. Жди теперь новой беды.

– А кто докажет, что мы были на кладбище? Мы там не были, ни в какой перестрелке не участвовали!

– Этот малец и докажет. Теперь не знаешь, то ли ночью спокойно спать, то ли сидеть с пистолетом у входа.

– Спи спокойно. А еще лучше, чтобы обезопасить себя и свою будущую жену, уезжай. Езжай к себе, справляй свадьбу, живите тихо, спокойно, рожайте детей и ни за что не переживайте.

– Ты думаешь, я смогу оставить тебя одну?! Да я себе места не смогу найти!

– Роберт, я всю жизнь одна, уже привыкла.

– Теперь у тебя есть я.

– Надо же! Только что-то уж слишком поздно ты объявился, братец!

– Ты слишком много на себя берешь! Эти сомнительные знакомства, дурно влияющие связи! Как только тебя увидел, сразу понял, что с тобой творится что-то не то.

– Какие громкие слова, – истерично засмеялась я и стиснула руки так, что почувствовала боль в суставах. – А что, собственно, тебя не устраивает?! Все это благодаря твоему драгоценному папочке! Ты даже не можешь себе представить, что я почувствовала, когда увидела в отцовском кабинете труп! Замочил кого-то и спрятал в шкафу! Что я должна была, по-твоему, делать? Сидеть и любоваться трупом?! Мне пришлось найти человека, который согласился помочь. Ты попытался похоронить его на кладбище, а мы, заплатив лодочнику, пытались утопить в реке.

Светка слушала наши пререкания, тяжело дышала, глаза ее были полны ужаса. Несколько раз она пыталась принять участие в разговоре, но вскоре прекратила свои попытки.

Дома мы закрыли входную дверь на замки, проверили все окна. Роберт ушел в ванную, Светлана потянулась к бутылке виски и достала два бокала, но я сослалась на головную боль и отправилась к себе. От пережитого стучало в висках, пересохло во рту. Перед глазами возник Олег. Наша встреча была довольно странной, подозрительной, но у меня совершенно не было сил здраво размышлять, и я решила разобраться со всем этим завтра. У меня будет достаточно времени обо всем подумать. Взглянув на молчащий телефон, я грустно вздохнула, в который раз подумала о Викторе и пошла спать.

Включив в спальне ночник, я вскрикнула: на моей кровати лежал Виктор. Остолбенев, я не придумала ничего более умного, как чуть слышно спросить:

– Виктор?

– Виктор, – улыбнулся мужчина и посмотрел на ночник. – Послушай, Женька, а с каких пор ты стала включать свет? Где твой подсвечник?

– Теперь я ненавижу темноту, – растерянно сказала я.

Он лежал на кровати в ярко-голубых плавках, которые подчеркивали его мужские достоинства. Одежда была аккуратно сложена на стуле. Он немного осунулся, выглядел усталым, а его переносица распухла и залилась желто-синюшным отеком.