Высшая сила
Шрифт:
Когда они вошли в зал, судья, облаченный в черную мантию, разговаривал с мальчиками.
Красивый седовласый господин улыбнулся и посмотрел на нее поверх старомодных очков. По его веселому взгляду Келли поняла, что она не первая невеста, у которой душа ушла в пятки.
— Все в порядке?
Келли кивнула:
— Извините, что задержала. — Она с глубоким вздохом подняла голову и посмотрела прямо в глаза судье Смиту. — Я согласна.
— Объявляю вас мужем и женой. — Судья обратился к Нику. — Поздравляю тебя, мой мальчик. Думаю, теперь ты уж не выпустишь из рук
— Спасибо, Генри. — На скулах Ника заиграли желваки.
— Может быть, поцелуешь свою избранницу? — Светло-голубые глаза судьи весело блеснули.
Ник посмотрел на Келли сверху вниз:
— Ну что, отдадим дань традиции?
Она сосредоточенно смотрела куда-то поверх плеча Ника, будто там в любую минуту могло произойти событие чрезвычайной важности.
Ник приподнял пальцем ее подбородок, а она не сводила взгляда с белоснежного жесткого воротничка его рубашки. Однако его нежное, но властное движение заставило Келли повернуть голову и встретиться с ним взглядом. Он едва заметно улыбнулся и наклонил голову. Его губы слегка притронулись к ее губам — мимолетное, нежное касание.
Этот поцелуй — столь краткий, что она не смогла бы сказать, был ли он вообще, — заставил биться ее сердце так, будто ей пришлось бежать стометровку.
Она обернулась через плечо на двух мальчуганов, неловко переминающихся с ноги на ногу в своих выходных костюмах. Брэд, младший, застенчиво помахал им рукой и улыбнулся. Ну а четырнадцатилетний Скотт, красивый, как отец, сжал по-матерински упрямые губы — это уже совсем другая история. К добру или нет, но она только что согласилась разделить ответственность за них.
Скотт родился семь месяцев спустя после свадьбы сестры. Келли вспомнила, как впервые взяла его на руки. Мери-Элизабет тогда приехала погостить в Калифорнию, а Ник остался в Коннектикуте. Он только-только начал осваиваться в адвокатской конторе и не мог взять отпуск. С того самого момента, когда Келли увидела конверт с младенцем на руках у сестры, она как-то по-особенному полюбила этого малыша.
И сейчас Келли вглядывалась в лицо Скотта — в твердую линию рта, в глаза, которые так ни разу не встретились с ее взглядом. Где теперь тот милый, открытый ребенок, который звонил ей издалека, чтобы излить свою детскую обиду, когда отец наказывал его?
И Брэдли. Заикание, появившееся у мальчика, когда мать начала болеть, усугубилось после ее смерти. Сможет ли она, Келли, помочь ему примириться с утратой, если сама пока не в силах это сделать?
— Скотт, Брэд, подойдите и поздравьте свою новую... — Ник замолчал и тревожно взглянул на Келли.
«Новую — кого? Только не скажи "маму"», — молилась она про себя. Она никогда не сможет заменить им мать, да и пытаться не хочет.
Ник прочистил горло и продолжил:
— ...нового члена нашей семьи.
Келли возвела глаза к небу и облегченно вздохнула. Так отныне и будет. Брэдли бросился вперед и остановился, замер перед ними.
— Как м-мне тебя теперь н-называть, тетя Келли?
— Что скажешь насчет «тетя Келли»? — с улыбкой предложила она.
— Это м-можно, — улыбнулся малыш.
Она терпеливо
К ним нерешительно приблизился ее старший племянник. Никогда прежде у них не возникало трений, но теперь Келли не знала, как с ним держаться. Она хотела обнять его так же, как и Брэдли, однако интуитивно почувствовала, что, навязывая объятия, только оттолкнет его от себя. В конце концов, она просто протянула Скотту руку, и тот, чуть замешкавшись, пожал ее. Была ли это только игра ее воображения или действительно в его взгляде промелькнуло облегчение?
— Слабенькое рукопожатие. — Келли сердечно улыбнулась, и непроизвольно ее рука взметнулась вверх, взъерошив темно-каштановый чуб.
Легкая улыбка чуть смягчила черты мальчика, прежде чем он отпрянул. Потом на его лицо опять вернулось угрюмое выражение.
— Да?
Он направился к отцу, а Келли тяжело вздохнула, изо всех сил стараясь не показать, как ее уязвила неприязнь Скотта.
Ник положил руку на плечо сына.
— Ну ладно, парни, пора домой.
Домой? У нее свело желудок от этого слова, от которого должно было бы веять спокойствием. Брэд схватил ее за руку, а его отец положил руку на талию Келли, ведя ее к выходу. Скотт неохотно плелся сзади. Сдержать слово оказалось делом нехитрым. Совсем иное дело — постоянно жить с тремя Де Корс под одной крышей.
Ник вел «вольво» по зеленым улицам города. Келли сжалась в комочек на переднем сиденье. Домой. Она не заходила в этот дом со времени похорон Мери-Элизабет. У Ника было время привыкнуть, пережить утрату жены, но для Келли память о сестре слишком свежа.
Внезапно в салоне раздался детский визг, и она, взглянув в зеркало заднего вида, увидела, что мальчики борются.
— Прекратите, ребята.
Всю свою жизнь она провела в окружении женщин — сестры, школьных подруг. Келли приезжала к сестре в гости, но чтобы жить с этими двумя сорванцами постоянно и не сердиться, нужно быть святой.
Сегодня она сказала, будто верит, что замужество — это навсегда, думал Ник. Ее признание слишком обрадовало его. Ник Де Корс знал, что существует множество способов прервать отношения. Развод иногда оказывается наименее болезненным из них.
Он поймал взгляд Келли и залюбовался тем, как ее рыжие волосы отражают солнечный свет весеннего вечера. Они были зачесаны назад и скреплены на затылке широкой черной бархатной лентой. Несколько выбившихся прядей мягко завивались возле виска.
— Ты уладила все дела в Калифорнии?
— Там особо и нечего было улаживать. Правда, расстаться с поприщем сестры милосердия оказалось труднее, чем я думала. Эти детишки в педиатрическом отделении... Ну в общем, я довольно сильно к ним привязалась.
Возле Мэринер-серкл Ник свернул на длинную подъездную дорожку и остановил машину.
Келли глубоко вздохнула, окинув взглядом покрытую зеленой травой лужайку, простиравшуюся от большого белого двухэтажного дома до самой улицы. Она смотрела так, будто видела все это впервые.