Чтение онлайн

– Какого хера вы орете? – взрываюсь я.

– Эй бро, здорово! – Я даже не знаю, кто эти люди. Меня шатает от усталости и слабости. Опираюсь об косяк.

– И вам того же. – Скриплю зубами. – Вы не могли бы убраться отсюда к чертовой матери. Где-нибудь в другом месте стучите палочками, орите, да хоть бошки себе сверните, мне плевать. Просто съ*битесь куда-нибудь.

Парни останавливаются на пол пути и оборачиваются, чтобы посмотреть на ошарашенных Уэсли и Эштон.

– Что? – Смотрю на мою сестру. – Ты ведь ждешь ребенка!

Замечаю на столе бутылки из под пива.

– Ты совсем

больная? Кого ты родишь, дура? – Подхожу к столу и скидываю на пол все бутылки. Некоторые только начаты, пиво льется на пол. А мне насрать.

Эштон вскакивает со стула и ее глаза пылают от гнева.

– Я не пила, придурок. Совсем больной! Что ты творишь? – Уэсли обнимает ее за плечи.

– Тайлер, следи за своим языком. – Уэс делает шаг вперед. – Я не буду стоять в стороне, если ты будешь обижать Эштон.

– Ты что, бл*дь, защитник? Если я вчера ничего тебе не сказал, это не значит, что я рад тому, что ты трахаешь мою сестру. – Головная боль усиливается, и уже совсем не контролирую себя. – Ты, мудак, даже не побежал за кольцом! Я не говорю уже о нашей матери, которая наверняка будет шоке от новости, что ее дочь беременна от моего придурка-друга, который не соизволил сделать ее дочери предложение. Вы как жить собрались? А? Она будет рожать, как мать-одиночка? Или ты будешь приходящим папой? Когда тебе удобно?

– Тайлер, закрой свою пасть. Я тебе последний раз говорю, – рычит Уэсли.

– И что ты мне сделаешь? – Иду к нему и отталкиваю от Эштон. Если я ему сейчас вмажу, она обязательно попадет под кулак. – Ты, козлина, обязан нести ответственность за ребенка! Если ты знал, что она в положении, тогда какого хрена ты сидишь и пьешь пиво! А ты… – Я поворачиваюсь к Эштон. – Гондоны лежат в большой упаковке слева от тебя в тумбочке! Надо было просто протянуть руку! Как ты закончишь учебу?! Как ты маме в глаза будешь смотреть, когда этот дебил тебя кинет? Маме отдашь ребенка?

Уэсли толкает меня, и я падаю задницей прямо в кресло. Подскакивает ко мне и хватает за воротник футболки.

– Еще слово, придурок, и я тебя убью. Скажи спасибо Кейт за то, что тебе сделают операцию, ясно?! И скажи спасибо, что я тебе не вмазал прямо сейчас, потому что ты сдохнешь, и твоя сестра мне никогда это не простит.

– Какого хера ты сейчас сказал? Мне все оплачивают. – Чувствую слабость, у меня просто нет сил оттолкнуть его.

– То, что именно она рыдала на груди у Стена. Она просила его потом вычесть все с нас. Умоляла, – шипит он.

Медленно до меня доходит весь смысл ситуации. Я гребанное ничтожество опять прячусь за ее юбкой. Я долбанная тряпка и слабак. Она не верит в меня.

– Забирай Эш и долбанную Кейт, и валите из этого дома! – рычу я. Отмахиваюсь от его руки и встаю на моментально слабеющие ноги. – Я сказал, собирайте шмотки и валите на х*й отсюда. Все! – Хватаю ножку от стола и опрокидываю его. – Пошли все! Пошли все!

– Тайлер, – едва слышно произносит Кейт, – эй, успокойся.

Краем глаза вижу, как Уэсли уходит, видимо за Эштон, зло смотрит на меня и показывает фак.

– Я сейчас все приберу. Ты должен лечь и полежать. – Она обходит меня, гордо выпрямившись.

– Я сказал, иди на хер отсюда вместе с этими идиотами.

Она не обращает внимание

на мои слова и спокойно собирает бутылки, уходит в сторону кухни.

– Ты меня слышишь?! – ору я. – Собирай шмотки и вали отсюда!

Она возвращается, и не единый мускул на ее лице не двигается. Она становится на колени и осторожно собирает осколки бутылок в ведро.

Хватаюсь за голову и издаю рык злобного животного.

– Ты меня бесишь! Я не хочу больше тебя! Твои услуги никчемной любовницы. Ты не нужна мне, ты понимаешь? Меня тошнит от того, что ты постоянно рядом. Что ты ноешь надо мной! Ты бесишь меня этим детским выражением лица, – ору на нее.

Ноль реакции, она уносит все в кухню и возвращается назад с тряпкой в руках.

Мимо меня проходят Эштон и Уэсли с сумкой в руках.

– Наслаждайся, мудак, мы уходим. – Скалится Эштон.

– Иди, иди. Только не забудь маме сообщить, что она скоро станет бабушкой. И отец ребенка не дает тебе никаких гарантий, – ору ей вслед.

– Урод, – говорит Уэсли и захлопывает за собою дверь.

– А ты долго еще будешь тут стоять на коленях? Я тебя не собираюсь трахать! – Хотя я не прочь, чтобы ты мне помогла. – Расстегиваю ширинку, как бы намекая, что она может для меня сделать.

Глаза давит от адской боли. Мне кажется, вот-вот они вылезут из орбит. Пытаюсь встать и падаю назад в кресло.

– Бл*дь, как я все это ненавижу, – выдыхаю я.

Вновь пытаюсь встать и падаю с кресла на колени.

– Кейт, я прошу тебя, уйди отсюда. Уходи. Оставь меня в покое. – Меня рвет на пол. И я чувствую ее заботливые руки на своих плечах. Она гладит меня между лопаток и подставляет что-то, пока я блюю. Из меня выходит вся желчь. От боли зажмуриваю глаза и стону. Мне невыносимо, что она видит меня в таком состоянии. Я знаю, что сорвался на всех них, но не могу сдерживать это гребанное гадство.

– Я прошу тебя, уйди, пожалуйста. Прошу, – тихо говорю Кейт.

Сажусь на пол и обхватываю голову руками.

– Успокойся. Давай я помогу тебе подняться и отведу тебя в постель. Где твои таблетки? – Она гладит мою шею.

– На верхней полочке в кухне. Посмотри за бокалами.

Она встает и уходит, я слышу, как звенят стаканы. Уверен, она очень нервничает.

Пытаюсь сам встать и опять неуклюже падаю.

– Черт, – стону я. – Я долбаный урод. Ненавижу себя. – Обхватываю голову руками и сдавливаю так сильно, что мне кажется, что от этого мой череп лопнет, просто расколется на все части.

– Вот, выпей. – Она закидывает три таблетки мне в рот и подставляет стакан с водой.

Отходит в сторону, и я слышу, что она трет тряпкой мою блевотину. Не могу раскрыть глаза. Устраиваю удобней голову и жду, когда боль отступит. Мне просто это необходимо. Я слышу ее тихие шаги, как она вытирает все, и передвигается по гостиной.

Не знаю, как я буду смотреть ей в глаза после того, что я наговорил ей только что. Как вообще мне вести себя со всеми ними. Я повел себя как мудак.

Чувствую, как мою ширинку тихонько закрывают, и холодные маленькие ручки берут мою ладонь. Боль медленно отступает, и я нежно сжимаю ее ладони в ответ. Моя голова от боли переходит в тихий гул, и я немного меняю положение, чтобы обнять мою девочку.