Вторжение
Шрифт:
– Почти два года, ваше величество! Почти два года, но Единый Дух, это стоило того, даю вам руку на отсе…
– Давайте лучше взглянем сами, – оборвал его король.
– Да… да, конечно! Все приготовления завершены, ваше величество, можем приступать…
– Ну так приступайте. Граф, командуйте.
– Запускай бомболеты! – рявкнул комендант Рокат-Каста.
Адъютант остервенело замахал флажками, передавая приказ на баллистные площадки. Индрак первым дернул свой рычаг, за ним прочие.
Небо
Бомболеты профессора Сумана больше всего похожи на те же орнитоптеры, но без винтов и с узкими треугольными крыльями. Никаких седоков и никакого движителя, кроме первоначального импульса, приданного баллистами.
– Полагаю, они улетят не слишком далеко? – приложил к глазу подзорную трубу король.
– Только до горизонта долетят, ваше величество, – охотно подтвердил Суман. – Но нам дальше и не требуется – расчет точен… ага, глядите!
Бомболеты, стремительно пронесшиеся меж Рокат-Каста и лагерем серых, начали замедлять ход. С каждой летательной машины взметнулось облачко белого дыма, а по бокам раскрылись широкие треугольные крылья-паруса.
– Тормоза сработали! – повизгивая, объявил Суман. – Хронометраж безупречен! Сейчас… сейчас… есть!
В лагере серых раздались крики. Одновременно с раскрытием тормозящих парусов распахнулись и коробки, притороченные в нижней части каждого бомболета. И оттуда посыпались… бомбы, разумеется!
Гроздья сплюснутых ядер, окрашенных в красно-синий цвет, понеслись вниз – прямо к бесчисленным бивакам и бросившимся врассыпную солдатам. Над лагерем вздулись переливающиеся «зонтики» – защитные поля, выставленные колдунами. Но мало, слишком мало! Симфония взрывов и дымные столбы, потянувшиеся к небу, отчетливо показывают, насколько серьезен урон, понесенный серыми.
– Расчет точен! – затрясся от счастья Суман. – Смотрите, смотрите, как они забегали! Какой великолепный эксперимент!
– Поспешите, граф, запускайте вторую партию! – резко повернул голову Обелезнэ Первый.
– Уже, ваш-личество! – отрапортовал комендант, вскидывая руку.
В воздухе уже несутся новые бомболеты. Но… но навстречу им ударил ливень белого огня! Колдуны серых во главе с Ригеллионом Одноглазым быстро сориентировались – вторая партия бомболетов превратилась в дымные клубы еще на полпути к цели…
– Плачевно… – с сожалением поджал губы король. – Похоже, применить дважды один и тот же трюк нам не позволят…
– Ваше величество, с башен спрашивают – пускать третью партию? – перевел флажковые сигналы комендант.
– Оставьте, граф. Эффект неожиданности утрачен – не стоит расходовать взрывчатку понапрасну. Ночью попробуем еще раз.
– Но что же насчет меня, ваше величество? – беспокойно заглянул королю
– Вполне. Хотя могло бы быть и лучше.
– Конечно, могло бы, если бы вы дали разрешение на предварительные испытания с участием…
– Что вы имеете в виду, профессор? – перебил его король.
– Мой запрос за номером шесть о возможном…
Адъютант склонился к королевскому уху и шепнул несколько слов. Твердокаменное лицо Обелезнэ Первого исказилось в недоброй гримасе.
– Профессор, вы имеете в виду вашу просьбу разрешить взорвать несколько этих новых бомболетов над населенным городом или армейским лагерем?
– Да, конечно, это позволило бы уменьшить риск неточного расчета, наглядно измерить охватываемый очаг поражения и количество нанесенных повреждений…
– Секундочку, профессор, – поднял узкую ладонь король. – Должен признаться, когда я прочел то ваше ходатайство, то счел его не очень удачной шуткой. А вы, получается, были совершенно серьезны?
– Конечно, серьезен, ваше величество! Наука требует жертв!
– Но это же люди. Причем не серые, не враг, а наши с вами соотечественники. Вас это не волнует?
– Ваше величество… – снисходительно улыбнулся Суман. – Люди – это всего лишь животные, наделенные даром речи. Наука в моем лице…
– Профессор, ваше изобретение очень ценно для всех нас, – перебил его король. – Но ваше мировоззрение отвратительно.
– Но я же… я…
– Вы свободны, профессор, – отвернулся Обелезнэ Первый. – Не волнуйтесь, свои гранты вы получите.
Суман растерянно помялся, явно не понимая, чем заслужил такую немилость, сумбурно поклонился королевской спине и торопливо вышел.
– В наградной лист его заносить? – спросил Джориан. – Или перебьется?
– Заносите, барон. Я не перестану кормить хорошего скакуна из-за того, что он иногда портит воздух. Чтобы учить человека человечности, есть священники, а ученые… у них другая задача, – философски пожал плечами король. – Зеньор Логмир, вы что-то хотите?
– Ага, – прохрустел чипсами подошедший Логмир. – Хой, султан… то есть, король! Оговорился! У меня тут план созрел! Отличный план!
– В самом деле? – приподнял бровь монарх. – Что ж, любопытно будет послушать.
– Спустите меня вниз! В поле! А я их всех порубаю к таким-то хабам!
– Всех? А справитесь один?
– Всех, всех, всех! Рарог и Флейм хотят крови!
– Вы уверены, что это хороший план?
– Порубаю, порубаю, порубаю! – аж затрясся от нетерпения Логмир.
– Хорошо, если наше положение ухудшится, мы воспользуемся вашим планом, – чуть улыбнулся Обелезнэ Первый.
– По-моему, этого ждать уже недолго… – пробормотала Ванесса, глядя в бинокль. – Они вроде как штурмовать собираются…