Вторжение
Шрифт:
Признаться честно, в Нумирадисе великому герою уже успело прискучить. Все лица кругом белые или серые – ни одного нормального краснокожего. Никто даже не слыхал, чем он, Логмир, славен. К тому же каждый считает себя вправе им командовать.
На родине, в султанатах Закатона, Логмир Двурукий был вольным ветром. Бродил себе от города к городу, играл на чираде, махал катанами, гулял в корчмах и веселых домах. В карманах всегда водились честно заработанные монеты – караванщики почитали за честь нанять в сопровождение великого Логмира, султаны и их визири частенько
Жизнь была веселая и интересная.
Конечно, она и сейчас такая, не подкопаешься. Но что неприятно – здесь он, Логмир, сам себе уже не начальник. Хочешь не хочешь – изволь выполнять то, что говорит командир. И как долго это еще будет продолжаться – неизвестно.
Правда, кроме всякой дряни здесь есть и та султанская дочка с волосами цвета спелой пшеницы… Логмир не желал себе признаваться, но принцесса Гвениола крепко запала ему в голову. Возможно, именно потому, что отвергла его – величайшего героя на свете, мечту всех красавиц Закатона. Султаны удваивали охрану гаремов при одном лишь известии, что где-то поблизости бродит Логмир. А эта, видишь ли, побрезговала, нос отворотила!
Да кем она себя считает, фря бледнокожая?!
– Ладно, пора уже… – неохотно отложил чираду закатонец. – Интересно, а в какой стороне восток? А зачем мне восток? Мне же на запад. Или на восток?
Логмир напрягся, сердито сжимая губы. Подобные жизненные дилеммы всегда выводили его из себя.
– Так все-таки, на запад или на восток?! – раздраженно выкрикнул он. – А это что такое?..
Рука нащупала в кармане бумажку. Наморщив лоб, Логмир прочел:
«Тебе на юго-запад, придурок! Не перепутай! В Кентавриду, к королю Кей-Коону! Никуда не сворачивай и нигде не задерживайся!»
– Спасибо, подруга, – довольно ухмыльнулся Логмир, выбрасывая бумажку. – С меня причитается.
Обсосав последнюю косточку, он с хрустом потянулся, развязал штаны и от души помочился на костер. Завершив процесс – пристегнул к поясу чираду и напялил перевязь с наспинными ножнами. Повертел головой, определяя по солнцу направление.
– Пока, птичка! – свистнул Логмир, мгновенно разгоняясь до звуковой скорости.
Здоровенный гриф-стервятник, только что плюхнувшийся на ветку, кисло посмотрел ему вслед и буркнул:
– Пока, пока…
Птичьи крылья удлинились, становясь руками, тело раздалось в длину, лысая клювастая башка на длинной шее сменилась человеческой головой. Колдун в красном плаще легко спрыгнул на землю и потыкал носком сапога непотушенный костер.
– Так и до лесного пожара недалеко… – проворчал Скайлер Тысяча Лиц, затаптывая тлеющие угли. – Дикарь безалаберный…
Спасши рощу от огненной угрозы, колдун мрачно уставился на цепочку следов, уходящих на северо-запад. Трава все еще тлеет.
При Ноянде Скайлер снова вышел сухим из воды. Остался в живых и сумел избежать позорного плена. Но с возвращением в Ларию пока спешить не стоит – не очень хочется появляться в Совете побитым неудачником. Будет
Полезную информацию или ценного пленника.
Логмира Двурукого Скайлер выбрал, как наиболее доступную мишень. Похищать кого-нибудь из крупных армейских чинов рискованно – он все-таки биометаморф, а не теневик. В незаметных проникновениях не слишком силен. Нападать на летающий диск с домом тоже неохота – там целых два колдуна, и оба явно заслуживают серых плащей.
Зато легконогий закатонец такого трепета не вызывает. И направляется туда же, куда и он – в Ларию. Если не брать его сразу, а последить какое-то время, можно получить и какую-нибудь информацию…
Только вот… Скайлер снова уставился на следы, ведущие на северо-запад. Все сильнее складывается впечатление, что этот недоумок просто бесцельно носится по округе.
Взгляд зацепился за смятую бумажку. Колдун поднял ее и озадаченно вытаращился на причудливую вязь. Неизвестный язык. Скорее всего, какой-то из закатонских. А откуда ему, серому, знать эти дикарские наречия? В Закатоне он никогда не бывал, а живого закатонца видел одного-единственного – вот этого самого, который только что удрал.
Ладно, хватит уже этого баловства. Пора заканчивать. Поймать дикаря, отволочь его в Промонцери Альбра, швырнуть к ногам владыки Бестельглосуда. Пусть сам с ним разбирается.
Но для начала этого проклятого бегуна еще нужно догнать.
Скайлер угрюмо засопел. Легко сказать – догнать. Краснокожий мчится так, словно привязал к ногам пару молний. Ни один человек не способен двигаться так быстро без колдовства.
С такой скоростью может перемещаться Урриш Проводник – с помощью телепортации. Мог и покойный Тигран Клинки – с помощью темпофлекции. А он, Скайлер Тысяча Лиц… он тоже может.
Может. Но не любит.
Скайлер получил свое прозвище совершенно заслуженно. В его личной «копилке» действительно почти тысяча телесных форм – на любой случай жизни. Тонкие превращения даются ему плохо – он не может просто взять и изменить цвет глаз или чуточку удлинить нос, как Моав Ехидна. Зато великолепно даются превращения тяжелые, коренным образом изменяющие организм.
Любой зверь, птица, рыба и, конечно, всевозможные чудовища. Многие довольно крупные – уменьшает массу тела Скайлер трудно, через силу, зато увеличивает с легкостью. Это ведь так просто – всего лишь обратить ману в квазиматерию, выстроив из нее дополнительные клетки и органы. А станешь снова человеком – просто развей излишек.
При уменьшении используется другой метод. Временно ненужная материя сбрасывается в карманное подпространство, хранясь там в свернутом состоянии, пока колдун не пожелает вернуться в нормальное состояние. Скайлер владеет и этим способом, но уже не так хорошо, как предыдущим.
С помощью своих бесчисленных обличий Скайлер может летать по воздуху, копать туннели, нырнуть на дно океана, даже опуститься в жерло действующего вулкана. Биометаморф отлично чувствует себя во всех стихиях – жизнь способна приспособиться к любой ситуации.