Второгодник
Шрифт:
Она, похоже, говорила сама с собой. Даниил Павлович с интересом за ней наблюдал и чуть-чуть улыбался. Ему было приятно смотреть на эту молодую женщину, которая говорила и делала все как-то очень от души.
— А что такое битва? — спросил Даниил Павлович.
— Это Витек, наш историк, придумал. Однажды он пришел ко мне и говорит: вместо того, чтобы зазубривать учебник, давайте споры по каждой теме устраивать. Что это? Допустим, я формулирую пять главных вопросов по теме, ответы на которые раскрывают всю тему. Мы разбиваем весь класс по этим темам. 30 человек в классе, пять вопросов. Значит, по шесть человек на вопрос.
Нонна Николаевна чуток притормозила и спросила:
— Я понятно объясняю?
— Да, вроде бы, да! — ответил Даниил Павлович. Он уже не мог сдерживать улыбку.
— Сначала посмотрите, что поймете — то поймете. Вам это знать совсем и ни к чему, — слегка обиделась Нонна Николаевна. Ей трудно было смириться с тем, что кому-то может быть неинтересно то, чем она занимается.
В классе, в который они зашли, столы были расставлены буквой "П", "ножками" параллельно классной доске. За "ножками" стояли по двое учеников, за "перекладиной" тоже сидели два ученика, причем один из них с киянкой.
"Эти, наверное, судьи", — подумал Даниил Павлович. Ему было интересно.
Напротив судей, вдоль стены, сидели остальные ученики класса. Среди них он увидел своих внуков, которые с видимым интересом следили за тем, что творилось в центре класса.
Один из судей встал и сказал:
— Победила команда слева. Они более убедительно доказывали, что большевики победили в Гражданской войне случайно. К тому же они очень умело увели спор в сторону от темы поддержки большевиков со стороны большей части населения страны. В этих условиях у команды справа не осталось шансов победить в споре, потому что профессионализм, в том числе и военный, был на стороне белого движения. К тому же, Чесноков устроил балаган с соплями и криками. Мы ходатайствуем, чтобы ему не ставили зачет по теме. У нас все. Следующие.
После этих слов все ушли к стенке, а на их место вышли следующие ученики. Новый судья огласил вопрос: могла ли партия большевиков, находясь у власти год, избежать Гражданской войны. Позиции: слева — да, могла. Гражданская война — во многом следствие ошибок со стороны большевиков, справа — нет, не могла. Гражданская война была предопределена объективными условиями, в которых находилась страна. Слово — команде слева. 3 минуты. Пожалуйста, начинайте.
Парнишка взял в руки листочки и, поглядывая в них, начал говорить:
— Трудно сказать, что сделали большевики, чтобы предотвратить Гражданскую войну. Во-первых, они такой цели перед собой и не ставили. Подтверждением тому служит ленинский лозунг о неизбежности перерастании империалистической войны в гражданскую. Это было ожидаемо, как неизбежность.
Во-вторых, основную массу так называемых "ошибок" сделало Временное правительство, но большевики, придя к власти, не спешили их исправлять. Здесь и разагитирование армии, и братание с немцами, и ликвидация всех силовых ведомств: полиции, армии, судов — послужило социальной основой для белого движения — большинство офицеров осталось
В-третьих, отсутствие опыта управления государством приводило к незавершенности действий. Например, декрет о Земле ввели, а продразверстку не отменили, как результат — хлеб крестьяне продолжили прятать. Во многих городах начался голод, чем пользовались беляки.
"Складно говорит, — подумал Даниил Павлович, — хотя и голимая антисоветчина. Если бы я сказал что-то подобное на политзанятиях, то меня уволили бы без выходного пособия". Он хмыкнул, посмотрел на внуков и не смог больше отвести от них взгляд, выпадая из того, что происходило в классе. Его внуки, которым, как он считал, ничего не было интересно, кроме своей компании, живо следили за тем, что говорят ребята, и на их лицах были видны закипающие эмоции, даже у Вовика. Они входили в азарт.
Но ему не дали досмотреть. Нонна Николаевна потихоньку потянула его за руку, показывая головой на дверь. "У нас мало времени", — шепнула она.
— А вы не боитесь, что ваши дети станут антисоветчиками? — спросил генерал КГБ, когда они вышли на улицу.
— Нет, не боюсь. Единообразие в мышлении — это гораздо большая антисоветчина. К тому же влияние идеологии на поведение людей, по-моему, сильно завышено. У каждого события есть, как минимум, три причины, и если вы их не видите, то вы глупец.
— Вас пора сажать, — хмыкнул Даниил Павлович. — Такие слова я не каждому разрешаю говорить!
— Сажайте, — рассмеялась Нонна Николаевна. — К тому же, эти слова не мои. Их сказал Лао Дзы больше тысячи лет назад. Умный был товарищ, кстати. Советую почитать. Меня Игорь силком заставил это сделать, о чем я теперь не жалею.
Даниил Павлович замолчал, не зная, что говорить. Он очень редко попадал в такие ситуации, потому что ему мало кто так свободно высказывал свои мысли. Совсем не хотелось доказывать правоту партийной линии, да и, вообще, говорить о политике.
— А куда мы сейчас идем?
— Вон в то четырехэтажное здание. Это общежитие. Там будут жить ваши ребята, если вы решите их нам доверить.
— А зачем школе надо иметь общежитие?
— Две причины. Во-первых, Вы не единственный, у кого проблемы с детьми. У нас таких сейчас около пятидесяти человек. Во-вторых, наша школа каждый год удваивается в количестве, поэтому мы не всегда успеваем решить вопросы их размещения. Надо еще учитывать, что поселок растет еще быстрее. Переселенцам мы не всегда можем сразу предоставить дом, а жить где-то надо всем, — пожав плечами, сказала Нонна Николаевна.
Они замолчали. Генерал заметил, что директриса совершенно не пытается сделать себе и своей школе рекламу. Она ни о чем не рассказывает, а только отвечает на вопросы, да и то довольно скупо.
— Вы не хотите, чтобы я оставил своих внуков?
— Почему? Как раз наоборот, я очень хочу, чтобы они остались. К тому же меня Игорь попросил, чтобы я сделала все, что в моих силах, чтобы помочь вам.
— Странно, а у меня складывается впечатление, что вы как-то неохотно рассказываете о своей школе.