Вторая
Шрифт:
Жёсткость, беспардонность, определённая доля эгоизма со временем взяли в нем верх. Но даже несмотря на всё это, до сих пор Миша является для меня опорой и крепкой стеной, которая не только защищает от всех невзгод, но и загораживает меня от окружающего мира при необходимости. Хоть и в ответ требует немалого. Верности, преданности, честности, ласки и тепла. И, конечно, вполне объяснимых дополнительных договорённостей. Я с этим смирилась уже давно. Твёрдость и несгибаемость настолько вошли в характер этого стального мужчины,
Мишу я уважаю. Несмотря на все его недостатки, которых можно насчитать немало, как и в любом человеке. В первую очередь, моё отношение подчёркнуто толстой, прямой и негнущейся линией в направлении его семьи. Он их не бросил, сразу же очертил границу. Замаскированное систематическое предательство на стороне и тепло и забота о семье – это одно. А открытое пренебрежение, постановка перед выбором и осквернение когда-то искренних клятв – совершенно другое. Я часто сравнивала Мишу и Стаса. В принципе не возникает вопросов, кого я считаю настоящим мужчиной.
Я помню, что говорил мне бывший, когда мы в последний раз обсуждали нашу «семью». Что он наигрался и в дальнейшем хочет свободы. Ни ответственности, ни совести, ни заботы, ни желания сохранить моё душевное равновесие в особый период, учитывая моё тогдашнее положение… ничего этого не было и в помине, хотя у Стаса тоже была любовница. И да. Я видела отношения с разных сторон. Я была в браке. И знаю, каково это, когда тебе изменяют, пренебрегают и нещадно врут. Я была той, с кем изменяют. И сделала вывод, что вторая сторона мне ближе.
Я больше не намерена подпускать к себе мужчину слишком близко. В конце концов, позволять Мише безотказно касаться моего тела, когда нам двоим этого хочется – это одна грань. А вот открыть сердце, позволить до него дотронуться и проникнуть в свой внутренний мир, стать слабой и зависимой от другого человека… нет уж, спасибо. Пробовали. Знаем. Больше нет желания.
А теперь четко и ясно пришло осознание, что в моей жизни все выстроено не правильно. И очень многого не хватает. А Миша никогда мне этого дать не сможет.
В свои размышления я, должно быть, погрузилась слишком глубоко, потому что не смогла вовремя среагировать на раздавшиеся совсем рядом громкие крики и какую-то возню. От неожиданного столкновения с чем-то твёрдым я оступилась, ногу резко пронзила слепящая вспышка боли, а меня снесло куда-то в сторону. Как так, здесь ведь не ездят машины?!
Пакеты выпали из моих ослабевших пальцев, я неуклюже упала на землю. В глазах замелькали звёздочки, как это ни смешно. Господи, как больно, да что же это!
Глава 8
– Ради Бога, простите! – раздается рядом бархатистый взволнованный голос.
Я уже тянусь рукой к ноющей ноге и концентрирую взгляд на присевшем возле меня парнишке. Рядом с нами лежит огромный черный спортивный велосипед
Как же здорово! Замечательно!
– Вы что, не видели, куда ехали? – не удается сдержаться. – Я шла рядом с велосипедной дорожкой и никак не могла вам помешать!
Снова морщусь от боли в ноге. Надеюсь, ничего серьёзного. Как же не вовремя. Мне скоро в командировку отправляться!
Мужские руки нежными аккуратными движениями плавно прощупывают мою лодыжку.
– Я знаю, вы не виноваты. Но я не сумел вовремя сориентироваться. Дети вырвались от родителей, бросились мне наперерез, прямо под колеса. Мне ничего не оставалось, кроме как запрыгнуть на бордюр и уйти в сторону, потому что затормозить я бы не успел.
Он говорит, а я зачарованно смотрю, как сильные пальцы деликатно невесомо исследуют мою ногу.
– И из двух вариантов, что могли выбрать, вы решили наехать на меня.
– Я виноват, признаю. С ногой вроде всё в норме. Но лучше съездить на рентген.
Тут молодой человек поднимает голову и заглядывает в мои глаза.
А я… я застываю на несколько секунд, заворожённо купаясь в непривычной мягкости и нежности ласкающего взгляда. Он так смотрит… пронзительно. Это меня настолько ошарашило, что я не смогла заставить себя отвернуться. С подобными эмоциями я не сталкивалась, пожалуй, никогда. Восхищение? Непременно. Ревность? Обязательно. Желание? Да сколько угодно! А вот мягкость… нереальная обволакивающая мужская нежность… Я не знала, что такое бывает.
Наверное, глупо мы смотримся со стороны. Два незнакомца, которые по каким-то необъяснимым причинам не могут найти в себе силы разорвать зрительный контакт.
– Пожалуйста, простите, – первым очухался парень. – У меня не было другого выхода. Для ребёнка подобное столкновение могло закончиться чрезвычайно плохо.
Нуда, это логично! А я-то что? Меня можно давить на этом огромном чёрном скакуне. И вообще! Куда только родители смотрят! Моему негодованию нет предела. Почему-то в эту самую минуту чувствую себя невероятно слабой и беспомощной.
Так и сидим. Вернее, я полулежу с ноющей болью в ноге. А мужчина сидит на коленях возле меня, чуть поглаживая мою лодыжку, и, не отрываясь, смотрит мне в глаза. И ничего не остаётся, как молчаливо отвечать тем же.
Первое, что я для себя отметила – это особая искристость его взгляда. Второе – вина, сожаление, раскаяние. Это всё понятно. Но есть в глубине этих янтарных глаз что-то ещё. Непонятное. Неуловимое. Что-то очень доброе и человечное.
До глубины души потрясла мужская прическа. Непривычно отросшие волосы аккуратно собраны в пучок на голове. Даже интересно стало, насколько они длинные. И как мужчина выглядит, когда их распускает. Странно. Я думала, сейчас это совершенно не модно и так давно уже никто не носит. Но нет. Я, видимо, ошибалась.