Вся правда
Шрифт:
– Великолепно! Все идет просто прекрасно! – все поголовно сообщали ему каждую минуту, но ему все равно было мало. Его жена носилась помелом, решая текущие проблемы и сложности. Почему у нас ни один спектакль не обходился без текущих сложностей, я не понимала. Всегда или костюм главного героя порвут, или фильтры света потеряют. Вот и сейчас все скопом искали исчезнувшие бесследно бамбуковые дудки. А ведь они были немаленькими. Скрученные между собой бамбуковые палки разного диаметра, то высокие, то коротенькие. Сооружение в полметра шириной и в метр длинной.
– Ну что, нашла? – чуть не со слезами бросалась ко мне жена Самого.
– Нет.
– До антракта осталось пятнадцать минут. Что же делать! – дело в том, что второй акт должны были открывать этими дудками. Такая экспрессия, накал таинственности и силы. Дудка, колокола и привидения в большом количестве пляшут на сцене и между рядов дикий запредельный танец. Слет ведьм и вурдалаков. И как, интересно, мы это замутим без дудок?
– Посмотри под лестницей?
– А что, там не смотрели? – удивилась я и понеслась. Мимо буфета, в боковую дверь под вопли ребеночка:
– Мама, это кто? Я боюсь!
– Это, деточка, артисты. – Интересно, почему это артисты. Нас, что, много? По-моему, я бегу одна. Так, поворот, лестница к сцене. Вот он, кофр с реквизитами.
– Тебе чего тут надо, Алис?
– Не видели дудки?
– Бамбук?
– Ага.
– Не-а. А что, так и не нашли? – тупо поинтересовался Костик.
– Щепка, ты совсем идиот. Ты считаешь, я так просто тут голышом ношусь?
– А… – протянул он.
– Что акаешь? Ты во всех кофрах смотрел?
– Зачем во всех? В нашем, к Замку.
– Ну тупизм. – Я принялась отковыривать задвижки к кофрам с реквизитом к Шекспиру и к Кафке. Из четвертого кофра мы наконец выудили потерянные свистульки.
– Как они туда попали? – чесал за ухом Костик.
– Через жопу! – выступила я. От возмущения меня перекосило.
– Чего делать-то?
– Как чего? Тащи быстрее к духам.
– Так антракт-то уже закончился. Там народ сидит. Меня Сам убьет. – Рыдал Костик. Мы с нм безнадежно опоздали.
– Так он не знает, что дудки потеряли? – ситуация становилась критической. Из-за сцены глухо раздавались звуки колокола. Дудкам необратимо пора было уже издавать свои запредельные звуки. Я знала, что вот прямо сейчас на наш Замок светят теми самыми синими фильтрами, от которых появляется ощущение многовековой пыли. Сцену «Таинственный и ужасный дом» надо было спасать. Я перекрестилась, в охапку собрала эти палки и, молясь, чтобы получилось что-то подходящее, понеслась на сцену. Народ расступался, так и не понимая, что это я вытворяю. Я вспомнила, как мы шалили и дудели, когда эти штуки к нам только привезли. Примерно надо дуть так же, как в пивную бутылку.
– Да уж, гармонии не обещаю, но нечто потустороннее попытаюсь изобразить, – пробормотала
– Спасибо, – прошипел мне кто-то из них на ухо. Я передала им дудки, они принялись в них дуть. Тут подключили фонограмму и под уже настоящее безумие звуков я докружилась через весь зал до своего законного привиденческого места. Режиссер меня убьет, не сомневалась я. Однако, по необъяснимым причинам зал вдруг разразился аплодисментами. Потом, после спектакля, как раз в то время, когда я пряталась по темным углам, надеясь не встретиться ни с режиссером, ни с его женой, журналисты наперебой кричали, что находка с пляшущей ведьмой во втором акте была просто гениальна. Просто таки непередаваемый колорит, дрожь пробирала, когда они смотрели в мои мертвые глаза.
– Феерично!
– Только ВЫ с вашим глубоким видением могли найти такое решение этой сцены.
– Образ мечущегося духа в синем свете луны – гениально! – короче, сказано было многое. И все по адресу режиссуры. То есть я своей выходкой не затмила его. Наверное, из-за этого было решено не жрать меня поедом, а даже наоборот, похвалить. Похвалить и позволить и в следующих спектаклях выскакивать в начале второго акта. И даже в паре мест первого. Короче, мне дали эпизодическую роль, совершив таким образом, качественный скачек из массовки в труппу. Прав был Парфенин. Не важно, с чего ты начинаешь, важно только то, что потом.
– Ты молодец. Смотрелась интересно! – подошел ко мне Артем. Артем! Он нечасто баловал меня своим вниманием. Не так часто, как я рассчитывала, когда он в темноте шептал мне на ухо всякие глупости типа:
– Ты прекрасна, таких больше нет. – Может, больше и нет, но с той ночи он в нашей лавочке появляться перестал. Декорации были закончены, дел у него больше не было. Я тосковала, но делала это молча, как будто боясь даже самой себе признаться в том, что тоскую.
– Он взрослый занятой человек, у него мало времени! – утешала я себя.
– Он не звонит. Мог бы уж номер набрать! – парировала моя истеричная часть.
– Тебя никогда нет дома. Куда ему звонить?
– А в театр? Я же все время тут, и он это отлично знает.
– Ага, чтобы все и вся узнали о том, что между вами происходит.
– Да в том то все и дело, что между нами ничего не происходит! – плакала я дома тихонько. Подушка, моя преданная подруга, обнимала и утешала меня. Я закрывала глаза и представляла себе, что она – это он. Вот он лежит рядом и обнимает меня. Под эти сказки я засыпала, чтобы утром снова смотреть в сторону телефона. Но до самой премьеры он позвонил всего пару раз. Мы поболтали ни о чем, он спросил:
Избрание сочинения в трех томах. Том второй
Проза:
советская классическая проза
рейтинг книги
Законы Рода. Том 5
5. Граф Берестьев
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
рейтинг книги
Замуж второй раз, или Ещё посмотрим, кто из нас попал!
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
рейтинг книги
Стеклянный Дворец
Приключения:
исторические приключения
рейтинг книги
Практическая английская грамматика начальный уровень
Научно-образовательная:
учебная и научная литература
рейтинг книги
Воронцов. Перезагрузка. Книга 2
2. Воронцов. Перезагрузка
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
фэнтези
рейтинг книги
Ворон
Фантастика:
попаданцы
фэнтези
гаремник
рейтинг книги
История государства и права зарубежных стран. Шпаргалки
1. Зачет
Научно-образовательная:
история
юриспруденция
рейтинг книги
Последний Паладин. Том 3
3. Путь Паладина
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
рейтинг книги
Салтыков-Щедрин
694. Жизнь замечательных людей
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги