Встретимся на Альгамбре
Шрифт:
— Все на совещании. Будет необходимость, вам сообщат, — ответил секретарь, не поднимая глаз. Чувствовалось, что фраза эта стала для него привычной и произносилась на автомате. Малютин пожал плечами и направился к выходу.
— И не забудь! — по-приятельски крикнул Даниле вслед адмирал Кукушкин. — Полковника дам сразу! Хорошо подумай.
— Собираешься принять предложение? А что? Звучит заманчиво! — спросил Валентин Сергеевич, когда «Зорька», наконец, покинула опостылевшую Лесту. — Хотя, конечно, жаль будет расставаться.
— Ерунда это
— Жениться тебе надо, — вздохнул начальник, чуть ли не в первый раз за эту суматошную неделю подумав о своих. Перегруженный работой, Орлов так и не собрался позвонить жене. За время его отсутствия, наверное, извелась от беспокойства. — Семью пора завести. Детишек.
— С этими детишками хлопот не оберешься, — лицо майора поскучнело. Он сразу подумал о Кате Громовой. Глупая девчонка ухитрилась вляпаться в очень-очень грязную историю. И, упорствуя в ошибках, совершенно забыла, что находится под наблюдением не только ашшурской службы безопасности.
В Катин прибор телепатической связи были вмонтированы самые совершенные средства наблюдения. Малютин проследил все происшествия с экспедицией Алексея Одинцова и в ближайшее время должен был идти на доклад к непосредственному начальнику, генералу Уварову. Данила хорошо знал сурового старика и ничуть не сомневался в жестоком наказании, ожидавшем шпионку.
Данила вспомнил светловолосую красивую девчонку, похожую на весеннюю березку. Когда-то давно он, молодой двадцатичетырехлетний офицер, делавший блестящую карьеру, мечтал встретить такую девушку, жениться и завести стайку белобрысых малышей. Потом, после альтаирского провала, жизнь надолго отбила у него желание строить планы и верить в мечты. Семью и любовь заменили столовские красотки и такие же, как Громова, «наблюдательницы», отправлявшиеся на опасные задания и с удовольствием коротавшие часы недолгого досуга с неразговорчивым, но внимательным куратором.
При первой встрече с Катей Данила почувствовал, что девчонка охотно пополнила бы им коллекцию своих «сексуальных жертв». Но что-то в нем воспротивилось, не приняло простого решения, показалось осквернением давнишней мечты, и майор повел себя непозволительно грубо.
Может быть, он напрасно оттолкнул девушку, настроил против себя? А в результате — она оказалась предательницей, регуллианской шпионкой. Доверилась врагу. И кому? Пирату и убийце Лагутину. Ну а если бы это была его, Малютина, собственная дочь?
— «Чему, в конце концов, их учат в школе!» — с возмущением подумал майор, найдя, наконец, козла отпущения, на которого обычно сваливаются собственные ошибки и издержки воспитания. Но его по-прежнему не отпускало чувство вины. Что-то он сделал не так.
Больше всего сочувствия Малютин испытывал к капитану Громову. Стаса ожидало не слишком приятное возвращение.
Орлова, собиравшегося
— Вы уже на Земле? — спросил уставший и почему-то испуганный голос Лаврентьева. — И Малютин с вами? Приезжайте скорее. И майора с собой прихватите.
— Опять Лаврентьев? — удивился Малютин. — Что у них случилось? Что он вообще делает в перевозках? Игнат же у тебя на свободной торговле сидел?
— Зам не справился. К ним каких-то зверушек привезли. С планеты Джунглей, — объяснил Орлов. — Третий день избавиться не могут.
— С планеты Джунглей? — выразительно переспросил Малютин. — Зверей? Животных?
— Действительно, — они обменялись растерянными взглядами. Так же как и майор, начальник управления космических перевозок прекрасно знал, что никаких животных на планете Джунглей никогда не водилось.
В приемной Орлова дожидалось странное, покрытое рыже-бурой шерстью существо, неустойчиво державшееся на двух задних лапах и с грехом пополам объяснявшееся на космолингве.
— Это? — Орлов вопросительно посмотрел на второго зама.
— Это не они. Это наш заказчик, — торопливо представил незнакомца Лаврентьев. — Я побегу, Валентин Сергеевич, у меня свои дела без присмотра остались.
И заместитель, в прошлом известный отчаянной храбростью звездный торговец, скрылся с такой скоростью, как будто его преследовала стая разъяренных тигров.
— Пройдемте в кабинет, — вежливо пригласил чужака начальник управления. — И объясните мне толком, в чем состоит ваша проблема.
Орлов, наконец, понял, в чем странность необычного посетителя. Покрытых шерстью, перьями, чешуей пришельцев за долгие годы космической службы он навидался немало, но чтобы облик разумного существа вот так ежеминутно, ежесекундно менялся — в цвете, в форме, в размерах, — такое Валентин Сергеевич наблюдал впервые. Чужак становился то выше и стройнее, то, наоборот, ниже и шире, шкура его желтела и рыжела, темнела и светлела, он постоянно встряхивался и судорожно дрожал, как будто ему трудно было сохранять постоянный вид.
— Чем я могу вам помочь? — как можно любезнее спросил Орлов, косясь краем глаза на Малютина, который устроился в кресле за спиной странного клиента, и, похоже, уже связался с охраной и получил от нее не слишком утешительные сведения. Лицо майора помрачнело.
— Привез животных с планеты Джунглей, — довольно внятно произнес заказчик, становясь выше и светлее. — Для Алексея Одинцова. Доставить срочно. Три дня не могу искать.
— Понятно, — протянул начальник управления. — Найти, значит, не можете. Но дело в том, что на планете… — Орлов хотел сказать, что на планете Джунглей нет животных, но какое-то неясное предчувствие заставило сделать запинку, и он закончил фразу совсем не так, как собирался. — Я хочу сказать, что Алексея Одинцова нет сейчас на планете Земля. Он на Альтаире.