Чтение онлайн

— А что с той девушкой, Илоной кажется? — спросил я.

— Она тоже тут. У неё лёгкое сотрясение мозга — спокойно ответила Иришка.

Да уж. Не аккуратненько получилось. Хотя когда там было церемониться. Не прыгни я, пристрелил бы девчонку, и если бы, не убил, то сделал калекой на всю жизнь. Так что можно считать, девчонка отделалась ещё легко. Я погрузился в полу дрёму. Голос Иришки звучал приятным фоном. Странно, но он не раздражал, а даже немного успокаивал. Глаза закрылись сами собой, и я погрузился в полу сон, полу бодрствование. Это такое странное состояние, когда ты всё слышишь, даже всё чувствуешь, но в тоже время не можешь различить, где кончается реальность и начинается сон. Какие-то моменты сна трансформируются в реальные ощущения, а реальные ощущения, продолжаются, сном.

Моих губ коснулись губы и тихий голос прошептал:

— Спи любимый.

Я вернулся в прошлое. Рядом со мной, была моя любимая, и моё сердце радостно заколотилось. На границе сознания, меня тревожило назойливое воспоминание, но, как, ни силился, я не мог вспомнить, нечто важное. Оно как тень ускользало от меня. Я отбросил эти бесплодные попытки, и погрузился в приятное чувство.

Насколько я тогда перепугалась, я поняла лишь потом. Отходняк начался в больнице, когда мы сидели и ждали, как пройдёт операция. Умом я понимала, что рана не смертельная, но сердце не слушало голос разума. Я поймала сестричку, и попросила успокоительного… на всех. Дашку тоже била крупная дрожь. Даже завуч не отказалась, ей тоже было не по себе.

Но, операция прошла успешно, его отвезли в палату, а мы пристроились рядом с его кроватью. Большего счастья я никогда в жизни ещё не испытывала. Мне хотелось свернуться клубочком в его ногах, как котёнку, и так уснуть. Но, примчались наши родители, взволнованные произошедшем и забрали нас, с Дашкой, домой.

На следующий день, мы с Дашкой сговорились, и смухлевали перед всем классом. Сказали, что учитель сам назначил нас с ней, помочь ему в период болезни. Мы как лучшие ученицы, сможем наверстать пропущенный материал, и готовы пожертвовать своим личным временим, для помощи ему. Наше заявление, встретило лишь лёгкое сопротивление среди его поклонниц. Но, стоило им кинуть мысль, что в больнице придётся проводить большую часть дня, как сопротивление завяло на корню. К тому же авторитетное заявление, что это не наша инициатива, а его решение, поставило точку в обсуждении вопроса. Возможно, потом нам влетит по первое число, но это будет потом, а сейчас, нам было важно быть рядом с ним. Да и никто кроме нас, не смог бы о нём позаботится как мы, с Дашкой. А между собой, дежурства, мы поделили очень просто. День, я с ним, а Дашка учится, а потом меняемся. Дома было чуть сложнее, пришлось соврать, что нас выбрал класс. Опять же, как лучших учениц, горестно вздохнуть, и с видом, что долг есть долг. Голос класса, закон, а учитель, так как других близких у него нет, нуждается в нашей помощи. Родители согласились, что помочь надо, порадовались, что их дочери такие ответственные и отзывчивые. Мы пообещали в учёбе не отставать, и на том и порешили.

Первый день дежурства достался мне. Митя ещё не просыпался после операции, несмотря на мой поздний приезд. А я ведь успела побывать в школе, провести внеочередное собрание, переговорить с родителями, и даже заскочить к Мите домой. Ключи от его квартиры, я достала ещё накануне, забрав их у врачей. Быстро разыскав всё для него необходимое, я собрала вещи, а моя мама, на машине, подвезла меня к самой больнице. По совету мамы я прихватила с собой книжку. Когда он проснулся, я сидела и читала, хотя я больше была погружена в свои мысли, а книга была лишь предметом в моих руках. Спроси меня, о чём книжка, я даже затруднюсь ответить. И когда он заговорил, это было как продолжение моих мыслей. Даже его вопрос не был для меня неожиданным. И хотя задан он был очень строгим голосом, я была так рада услышать от него хоть слово, что меня это не задело.

Я не болтушка, но всё произошедшее за последнее время искало во мне выход, и я рассказывала, что было, что происходило, пока он был без сознания. И так этим увлеклась, что не заметила, когда он уснул. Я замолчала и минут пять просто смотрела на него. Любовалась. А затем, не выдержав терзавшего меня искушения, наклонилась и поцеловала его, прямо в губы.

— Спи любимый — тихо прошептала я.

Меня тоже уложили в больницу. А на следующий день пришли

из полиции и стали расспрашивать, о произошедшем. Правда, я мало что могла рассказать, только то, что видела, и что было до. Но, мне удалось расспросить об учителе, и я узнала, где он лежит. Как только мне позволят вставать, обязательно его навещу. Теперь у меня есть повод, и даже подходящая ситуация. Ведь он спас мне жизнь, и ничто так не сближает людей, как пережитые вместе события. И даже больничная обстановка, играет свою роль. Какими бы люди небыли, здесь они раскрываются, и барьеры падают. Тот человек, с которым бы ты, в другом месте, даже не решился заговорить, здесь, общается с тобой, совершенно свободно. Общая беда сближает людей. Нельзя сказать, что я радовалась, что его ранили, но это был мой шанс, и я не собиралась его упускать.

К своему дежурству я подготовилась основательно. Узнав у врачей, что требуется больному для быстрого восстановления сил, я взялась за готовку. Мурлыкая себе под нос весёлый мотивчик, я уже предвкушала, как буду кормить его,… может быть даже с ложечки. Эта мысль мне показалась немного забавной, но приятной. Я даже рассмеялась. Мама понаблюдала за мной, но ничего не сказав, ушла.

Я тяжело вздохнула, когда увидела, что наготовила Дашка. Она просто превзошла саму себя. Мне стало немного обидно, у меня, так не получится, даже если я из кожи вон вылезу, моя стряпня, в лучшем случае, потянет на оценку: сойдёт, что бы, не умереть с голоду. Ну, ничего, я сегодня доберусь до его квартиры. Нельзя было сказать, что там бардак, скорее порядок в мужском понимании этого слова. Я не буду приводить примеры, но поверьте, есть вещи, которые мужчины делают по-своему, а женщин это может немного шокировать.

Девчата взялись за меня серьёзно. И я решил, что они стараются отработать свой долг передо мной, за ту помощь, что я им оказал. Я не считал, что они многим мне обязаны, но если для их душевного спокойствия, им нужно было сровнять наши счёты, то зачем было отказываться, тем более что их помощь, мне не помешала. Начнёшь отказываться, будет только хуже. А Даша меня ещё и успокоила, сказав, что когда меня выпишут, они и дома за мной присмотрят. Я хотел было возразить, но Даша вскользь обронила фразу, что ключи от класса у них забрали, и я подумал, что теперь у них ещё не скоро появится уютный уголок для встреч. Ну что ж, их забота обо мне, в обмен на покровительство и место для встреч. Вполне взаимовыгодный обмен.

Полиция добралась до меня ещё вчера, и я рассказал, всё как было. Иришку попросили уйти, но я настоял, что бы она осталась. Это избавило меня от повтора своего рассказа. Всё равно её любопытство не даст мне покоя. Тем более, ничего тайного в этом деле не было. Илона отделалась лёгким сотрясением, а парень сидел в изоляторе предварительного содержания. Было заведено уголовное дело, и парню грозили большие неприятности. Адвокаты пытались свести всё к утверждению, что парень хотел только попугать, но показания Илоны и мои, ставили на этом жирный крест. Парень выстрелил до того, как я до него добрался. И судя по всему, он бы таки убил девчонку, не сбей я её с ног. И кто знает, что было бы дальше, если бы я его не вырубил. В довершение ко всему, проведённая экспертиза показала в его крови наличие небольшой дозы наркотических веществ.

А сегодня, ко мне пожаловал отец парня и попросил изменить мои показания. Я отказался. У меня не было на парня ни зла, ни обиды. Ничего личного. Но, как говорил Жеглов:

— Вор должен сидеть.

Тот, кто может так запросто выстрелить в спину девушке, не должен находиться в обществе нормальных людей. А позволь ему уйти от наказания, он будет думать, что всегда сможет его избежать. Есть законы социума, нарушать которые не позволено никому. Один из них, не убий. Разговор оставил неприятный осадок в моей душе. А никакие его угрозы, на меня не подействовали. Трудно напугать человека, пережившего потерю самых близких ему людей. С тем мы и расстались.