Чтение онлайн

Но и этот мир не был гостеприимным для людей. Здесь так же царила страшная жара, а пленка защитного пузыря, не пропуская макротела и воздух, почти свободно пропускала излучения, в том числе и тепловое.

– Ну ты и здоров, док!
– раздался сзади голос Кемпера - Умудряешься все время подняться раньше меня. Черт! До чего же душно! И уши болят... Где мы?

Алиссон, дыша, как рыба на суше, только повел плечом. Летчик подошел к нему, оглядел плывущий мимо ландшафт, хмыкнул и полез за флягой. Но та была пуста: виски кончилось еще на бесконечной равнине "конюшни".

Небо над головой было цвета меди и такое же твердое, как и все вокруг, но если задержать на нем взгляд, начинало казаться, что оно покрыто тонкой

серебристой паутинкой трещин и вот-вот осыпляется, как слой пепла, стоит стукнуть по нему палкой.

Тихоня повернул и полез напрямик через лес, сворачивая деревья, которые спустя минуту после прохождения суперзавра полностью восстанавливали свою форму и продолжали "течь стоя", как ни в чем не бывало. Еще через несколько минут этой плавной рыси ("Километров семьдесят в час" - прикинул Кемпер) они выдрались на край ровного, будто проделанного ножом, обрыва. Лес под обрывом высотой в полкилометра не заканчивался, но этот лес был уже почти пламенем, золотистым, жидким расплывом, более текучим, чем вверху на равнине, и все же не терявшим форму. И температура в этом лесу держалась никак не меньше двух-трех тысяч градусов! А между исполинскими деревьями самых немыслимых очертаний, высота которых достигала трех-четырех сотен метров, бродили суперзавры, молодые и старые, то сходясь в группы, то расходясь в немыслимом танце. Тихоня, как завороженный, уставился на эту картину, а люди вынуждены были отступить ближе к хвосту дракона, прячась за крутой стенкой "седла" от излучения.

– Если он туда прыгнет - мрачно заметил Кемпер, обливаясь потом - мы сваримся в собственном соку. Это его родина, и думать не надо, однако нам тут делать нечего. Ну и влипли мы с тобой!

– Он нас не слышит..
– прохрипел палеонтолог.

– Кто? Господь, что ли?

– Тихоня. Я пытаюсь мысленно заговорить с ним, но, наверное, надо подойти ближе к антенне-воротнику.

– Не сходи с ума! Изжаришься!

– Так или иначе надо что-то делать, долго в этом пекле мы не продержимся Алиссон отвел руку летчика и решительно двинулся к шее суперзавра, пока не уперся в податливо-упругую пленку защитного колпака. Тогда он раскинул руки, кожей всего тела чувствуя пульсацию огня, закрыл глаза и сосредоточился на одном видении: он стоит на берегу земного моря по колено в воде, смотрит в голубое небо с облаками и ощущает ласковый прохладный ветерок на лице...

Сомлел он незаметно, и Кемпер тут же оттащил его в "тень" седла, где было w так жарко. Летчик спрыснул его лицо водой из второй фляги НЗ и вдруг завопил, что было силы:

– Вези нас домой, слышишь, урод? А то морду набью!

Если бы Алиссон услышал своего друга, он бы рассмеялся. Но в сознание он пришел уже на Земле...

Киллер только что выпроводил делегацию ученых во главе с Хойлом и был мрачен и зол. Ученые объявили ультиматум: или они наравне с армейскими специалистами участвуют в исследовательских работах и контакте с биурсом, или о том, что творится на полигоне узнают журналисты и эксперты ООН. Имей он козыри на руках, адмирал только посмеялся бы в ответ на подобные угрозы, однако ситуация с биурсом зашла в тупик: разрешить проблему не смогли ни армейские чины, ни политики, ни военспецы.

Биурс не понимал, что от него хотят, а может быть, не хотел понимать, ибо разговаривали с ним на уровне требований, с позиций силы, ультимативно, подкрепляя свои намерения оглушающими ударами нервно-паралитического газа, как только двутелый пленник начинал вести себя "не так".

У гражданских специалистов даже была разработана версия по этому поводу, сводившаяся к тому, что сознание биурса плывет от непрерывных газовых инъекций, именно поэтому он никак не может сообразить - где находится и чего от него хотят. Киллер сначала презрительно обозвал гипотезу "поисками дураков среди руководства", но потом призадумался: идея могла оказаться близкой к истине. Но он помнил

и другое: очнувшийся после транспортировки биурс полез на стену, перегородившую ущелье, а когда испугавшийся командир ракетной установки, охранявшей стену со стороны западной части плато, выпустил в него четыре НУ PC, ответил жутким ударом неведомой энергии, превратившей часть стены, скалы на краю и каменистую осыпь, в пузырчатый прозрачно-стеклистый монолит, напоминавший гигантский кочан капусты с дырой в центре, на месте кочерыжки. К счастью, разряд миновал ракетную установку с операторами, хотя стоявший рядом тягач превратился в одну из чешуй-листьев "кочана". Наверное, биурс все еще не восстановил зрение после того, как в глаза его попали осколки ракет второго залпа, и видел плохо. После этого инцидента ракетную технику подальше и спрятали за скалами, надеясь, что инопланетная тварь не сможет самостоятельно вылезти из западни.

– Тупик - вздохнул Киллер, не заметив, что заговорил вслух.

– Вряд ли вы их удержите, адмирал - отозвался Мэтью Сьюард, имея в виду ученых - Следует, наверное, признать их требования справедливыми.

– Черта с два!
– Киллер хотел добавить еще что-то резкое, но внезапно сник - Я зря понадеялся на этих олухов из лабораторий и В-центров. Они могут только испытывать свои арсеналы и разрабатывать средства уничтожения себе подобных. На контакт с инопланетянами у них мозгов не хватает.

– Именно поэтому и привлеките кое-кого из лагеря исследователей, того же Хойла, Тиммери, Барбера, Романецкого. У них наверняка найдутся нетривиальные идеи. Если вы этого не сделаете...

Киллер внимательно посмотрел на помощника президента.

– То это сделаете вы, не так ли? Недаром о вас ходит слава, что вы всегда вовремя... умываете руки. Впрочем, в моих устах это похвала, мистер Сьюард. Я подумаю.

– Сэр!
– крикнул вдруг оператор с наушниками из-за прозрачной перегородки - Наблюдатели сообщают, что в двадцати милях отсюда появился еще один суперзавр. С двумя людьми в "седле". Похоже, это Равана...

Алиссона и Кемпера уложили в стерильном боксе передвижного армейского госпиталя.

Им повезло, что "скакуном" их был Тихоня-Равана со смирным и терпеливым характером, а не вспыльчивый Индра-Стрелок. Защитный пузырь над "седлом" исчез сразу же после "посадки" дракона на Земле, но люди были не в состоянии самостоятельно слезть с панспермита - они лежали в беспамятстве. Снять Алиссона и Кемпера удалось через час, со второй попытки: дракон словно понимал, что нужло винтокрылым машинам с красным крестом на фюзеляже, и остановился, внимательно наблюдая за действиями вертолетчиков.

Первый вертолет, зависший было над "седлом", шарахнулся в сторону от движения дракона, повернувшего к нему голову, зацепил винтом ажурный воротник на его шее и едва не разбился, с трудом дотянув до базы. Второму удалось забрать лежащих без движения путешественников и благополучно сесть возле госпиталя.

Палеонтолога и летчика раздели, обтерли влажными тампонами, привели в чувство и вкололи кучу укрепляющих и тонизирующих препаратов. После этого путешественники поели, выпили по литру специального коктейля и уснули, измученные и счастливые, послав к черту сгорающих от любопытства представителей командования. Разговаривать они были не в силах.

Проснулись через двенадцать часов, снова поели, отметив "воскрешение" звоном стаканов с коктейлем; оба с внутренней дрожью вспомнили пекло на родине суперзавров. После этого настал черед переговоров. Когда они закончились, обе стороны - Киллер и его компания и Алиссон с Кемпером - были одинаково потрясены новостями. Однако, в отличие от Киллера, бывшие "кавалеристы" испытали и отрицательные эмоции, узнав о судьбе биурса-ксенурса. Поразмыслив, Алиссон справедливо отметил, что название биурс подходит двутелому чудищу больше, нежели ксенурс, и решил впредь называть его, как все в лагере.