Чтение онлайн

— Так они что, эти мужчинка и девчушка, нагородив штабель трупов, так и катаются туристами? А служба «безпеки», «дефензива», или как она там у вас?

Особисты?

— Особисты, как и везде, пишут бумажки, шлют донесения, выискивают происки, а их генералитет занят предстоящими выборами местного Большого Папы.

Все бросить и выполнять работу милиции до поры до времени никто не поспешит.

Пока команды не будет.

— Дурдом «Ромашка»?

— Нет, там есть спецотдел, который курирует оргпреступность,

но их, полагаю, больше волнуют будущие расклады в криминальном сообществе побережья, чем сиюминутная пальба. Да и, возможно, еще отреагировать не успели. После расстрела этим виртуозом людей Черепа прошло чуть больше часа.

— Может, нам оно и на руку?..

— …Глостер?

— Да.

— Что-то со связью?

— Нет. Просто я обдумываю ситуацию. Ричард, вы помните, что такое бинарные жидкости?

— Уже смутно.

— Каждая из них в отдельности безвредна, как кисель и молоко. Но стоит им соединиться — происходит взрыв. Адский взрыв… Так о чем я? Ну да: если эти двое — действительно Маэстро и Кукла, то… И каждого из них в отдельности безвинным ягненком для церемониала никак не назовешь, а вместе… Об этом лучше не думать.

— Вам известно, Ричард, что эта девчонка мастер спорта по стрельбе из пистолета?

— Нет.

— Что до Маэстро, то… Он даже не киллер, назвать убийство его профессией язык не поворачивается, это все равно что скульптора назвать каменотесом, для него ликвидации — , род искусства, театр марионеток, игра воображения… Но мы завалим этого фигляра, Ричард, вы поняли? У Маэстро есть одна слабость, но существенная: он так увлечен процессом, что заигрывается до самозабвения.

— Извините, Глостер, я не вполне…

— Ничего. Будем считать, что каждый из нас говорил сам с собой. Хотя…

Очень многим людям для того, чтобы понять собственную мысль, необходимо высказать ее вслух. Хорошему собеседнику. А хороший собеседник только тот, кто умеет слушать. Куда более редкое качество, чем уметь говорить.

На этот раз пауза длилась больше минуты.

— Сколько у вас людей, Ричард? — спросил, наконец, Глостер.

— Полторы дюжины.

— Не много, но и не мало. Необходимо перекрыть все возможные направления движения Маэстро и девчонки. Если это, конечно, они.

— Мне уже поступили дополнительные донесения. Показания продавщиц, Черепа, других свидетелей с уже имеющимися описаниями Маэстро совпадают.

— Вот как? Ну что ж, никаких неясностей. Тем лучше, а, Ричард? Вопрос: возможно ли перекрыть скрытым активным наблюдением все возможные маршруты движения?

— Да. В нашей склочной коммуналке…

— О чем вы, Ричард?

— Прибрежная полоса — это скорее Тринидат и Тобаго, а не дебри Калимантана.

— Ваша тяга к псевдологии и словесным эквилибрам уже утомляет.

— Виноват. Перекроем. Как только джип объявится.

— Ричард,

вы заставляете меня нервничать! Во-первых, они могут сменить машину, во-вторых, выбрать пеший способ передвижения, а также — автобусом, поездом, ишаком, бронетранспортером, чертом лысым — вы поняли меня?! — Впервые с момента разговора в голосе Глостера зазвучали истерично-высокие ноты. — Не слышу!

— Я понял, Глостер!

— Поэтому повторяю вопрос: вы сможете перекрыть достаточно плотно все возможные маршруты движения?

— Перекрыть — нет, а вот расставить своих людей. К тому же если ваш Маэстро обладает хорошей диверсионной подготовкой…

— Ричард, наш Маэстро, вы поняли? Наш.

— Виноват.

— А уровень его диверсионной и любой другой подготовки таков, что… Если одним словом: таких сейчас не производят.

— Я понял, Глостер.

— И постарайтесь это понимание довести до каждого из ваших людей. До каждого. Если не хотите поутру собирать трупы, как опята в сентябре: пачками.

— Есть.

Глостер перевел дух. Что-то постоянно фонило в этом сегодняшнем разговоре, что-то было нарочито искусственным, неестественным, грубым… И то, что Ричард, умница и стратег, держался сейчас, как «два шага от сосны, три прыжка от пашни»… Может быть, Ричард обижен? Не его, а Глостера назначили… Или это снова игры Лира? Старая сволочь, лис поганый, он не может в последние три года ни одной операций провести запросто, ему подавай интригу, и не одну, и не две…

Потому старикашка и живет насыщенной эмоциональной жизнью, любуясь на то, как подчиненные ему людишки над подвластных территориях грызутся насмерть!

Когда не хватает своей крови, жизнь продлевают проливая чужую.

Глостер тряхнул головой: к дьяволу эти мысли, сейчас им совсем не время. И не место. А Лир… Придет и его черед. Только… Глостер почувствовал, как холодная испарина мгновенно, помимо не только воли, но даже не успевшего еще зародиться страха обильно оросила лоб… Главное — не высказывать ничего вслух.

Никому и ни при каких обстоятельствах. Если ему, Глостеру, и предстоит забрать шаткий трон Лира, то сделать это нужно самому. Только самому. И не нужно торопиться. Несмотря на кажущееся, мнимое безумие Лира… Или — безумие как раз настоящее? Дик… Дику сильно не повезло. Очень сильно. Лир беспощаден.

Глостер содрогнулся, вспомнив изуродованный труп товарища… Мысли бежали стремительно и бессвязно; он даже не отдавал себе отчета в том, что это именно он, Глостер, убил — да что убил! — замучил Дика! Растерянность, страх, ужас в единый миг овладели всем его существом, он до боли в пальцах сжал трубку, уже не понимая, кто он, где находится и что с ним происходит…

— Глостер? — услышал он в трубке далекий, словно разделенный даже не пространством, а бесконечной необратимостью времени, голос. — Глостер, прием…