Враг
Шрифт:
Это был день гибели королевы Мерси и Ноданна Стратега.
К вечеру король добрался до своего замка. Слуги доставили трофеи.
Рыцари и вассалы короля встретили его радостными криками. Они требовали назначения триумфального шествия, однако, к всеобщему удивлению, король был мрачен и молчалив. Когда он бросил на брусчатку широкой крепостной площади серебряную механическую руку, принадлежавшую Ноданну, на площади наступила тишина. Что-то случилось с королем во время этой битвы — необычно пуст был его взор, бессловесны мысли. Все решили, что победа далась дорогой ценой. Не пострадало ли его сознание?
Стоявшие возле короля герои Блейн и Альборан попытались привести его
— Господин, позвольте предложить вам мои покои, — произнес Блейн. — Там моя супруга, Сладкоголосая Тирон, поможет вам залечить раны.
Король, ни слова не говоря, покорно направился в сторону личных апартаментов Блейна. Так же тих и задумчив он был, когда верные вассалы сняли с него заговоренные стеклянные доспехи и уложили на узкую кровать в скудно обставленной комнатушке. Открытых ран на теле властелина не было видно, однако его дух, несомненно, был поколеблен. Не спас и ментальный щит. Сознание короля оказалось на грани срыва. Он погружался в сумерки безумия.
— Что случилось? — робко спросила напуганная Тирон. Ей никто не ответил. Тогда женщина обратилась к королю: — Ваше величество, я могу оказать вам помощь только в том случае, если вы поделитесь со мной хотя бы частью того, что вам пришлось испытать. Вам надо поведать, когда и как охватило вас это обессиливающее оцепенение.
В ответ король лишь отрицательно покачал головой.
Тирон бессильно развела руками, потом еще раз обратились к королю:
— Может, вас оставить одного? Если мы не в состоянии облегчить ваши страдания.
— Мне ничего не надо, — наконец нарушил свое молчание король, — лучше позаботьтесь о наших людях. Проследите, чтобы местность была полностью очищена от трупов и раненых. Всем оказать помощь. Я пока отдохну здесь. Когда истечет двадцать одна сотня часов, займусь пленными. Лично. Передайте нашим союзникам, чтобы они были готовы.
— Ну, это может подождать, — возразил Альборан.
— Ни в коем случае, — решительно заявил король.
Все трое склонили головы.
— Я буду у дверей, — вступила в разговор Тирон. — Если вам что-нибудь понадобится…
Король улыбнулся ей.
— Это было бы замечательно, но, к сожалению, двое из них не позволят мне… воспользоваться вашими услугами.
Никто ничего не понял, однако это были слова их короля, он одержал победу, и они обязаны с должным уважением относиться к каждому его слову. Затем все вышли.
Эйкен Драм остался один.
Длинный караван, отправленный из Сейзораска в помощь гарнизону небольшой крепости Барделаск, не спеша полз по Большой Южной дороге — двадцать груженных боевой техникой повозок, контрабандой переправленных в эпоху плиоцена из далекого будущего. Охраняли его двести рыцарей тану, столько же людей, принадлежащих к личной гвардии короля, — все они были в золотых торквесах, — сопровождали колонну. Прибавьте к ним полтысячи тяжеловооруженных пехотинцев в серых торквесах, возниц, лакеев, обслуживающий персонал. Вереницей растянулись они на многие мили. К сожалению, чувствовалось отсутствие опытных ясновидцев (даже многие обладатели золотых торквесов были лишены этого дара, в большинстве своем они получили свои знаки отличия не за телепатические способности, а за верность королю). Те же, кто владел даром ясновидения, мог использовать его только на расстоянии не более двух метров. Этого было совершенно недостаточно ни для того, чтобы
Кстати, о животных — после Сейзораска медведесобаки вели себя очень беспокойно, пускали слюну, вращали огромными, золотистого цвета зрачками, не слушались мысленных приказов проводников, никак не могли найти свои места в строю.
— Что-то мне не по себе, — признался Йошимитсу Ватанабе, охранявший одну из повозок в середине каравана, — в воздухе словно грозой попахивает. Еще этот чертов туман! От него просто какое-то излучение исходит. Тревожно на душе… В Колорадо у меня был пес Акита — сорок пять килограммов! Замечательный пес. Я обучил его носить груз на спине — мы забирались с ним в скалы. Так вот, он себя так же вел, когда погода начинала портиться. Помню, я внимательно слушал старого Ину, когда тот объяснял мне, как выбраться из поднебесной страны.
— Эгей, — присвистнул рыжий, весь в конопушках возница Джим Куигли, — ты что, намекаешь, что скоро грянет буря?
Повозка у Джима была замечательная — прочная, с огромными колесами, мощной подвеской, оснащенная инфракрасными приборами ночного видения. Парень он был неплохой, вот только нос крючком — люди с такими носами всегда немного подозрительны, считал Йош, — однако голос у Джима, усиленный серым торквесом, звучал на удивление ясно и весело. Так говорить мог только хороший человек — вот и разберись, вздохнул самурай.
— Буря, говоришь. — Йош пожал плечами. — Тебе виднее. Я не так давно в плиоцене, а ты местный.
— По сравнению с этими болотами парижские топи сущие пустяки, — убежденно заявил Джим. — Правда, есть еще страшные места — пустынные холмы, например, те, что над Роной. Или джунгли. Вот уж где сущий ад, особенно если внезапно ударят морозы. А насчет предчувствий — кто его знает. Я этим штучкам… — Он примолк, по-видимому, не желая развивать дальше тему, потом сказал: — Да, туман плотный, и не ко времени. Может, в этом году сезон дождей раньше начался?
— Как раз в дождях-то мы меньше всего нуждаемся, — проворчал другой сопровождающий, литовец Вилкас. Он скакал на высоком выносливом халике. — Это что, игрушки — волочить все это чертово снаряжение из Гории, да еще по разбитой дороге. К тому времени, как мы доберемся до Барделаска, всяческая жуть, что появляется здесь в сезон дождей, так расплодится, что спасу от них не будет. Как тараканы в куче мусора! Мне уже приходилось встречаться с подобными тварями. За каждым кустом тогда будет фирвулаг торчать. План у них куда как прост — сначала разделаться с маленькими городками. Потому они и напали на Бураск и наградили испепеляющим огнем предателей-ревунов. Когда маленькие городки падут, они поднимутся в поход против сильных крепостей, таких, как Рония. А его высочайшее сиятельство будут все это время сражаться со своими.
— Да ну тебя, Вилкас! — Джим вскинул брови. — Кто нас послал в поход? Король. Разве не так? Доставим мы инфракрасный прибор дальновидения в Барделаск, разгоним духов — им тогда уж не удастся незаметно подкрасться под защитой экранов-иллюзий. А что в других повозках? Такое оружие, что любо-дорого! Оно предназначено для людей леди Армиды. Так что король — он обо всей стране думает. Запомни мои слова: когда мы установим все наши орудия, свора Фаморела не посмеет сунуть нос за пределы Альп. Разве я не прав, шеф?