Воплощенные
Шрифт:
– А с тобой и не пойми что. То робок, как дитя малое, то страшен, как высший князь проклятых, то хитер, будто и не огненный, то задирист, как юнец.
Я брови грозно свел, но в сердце тепло от его слов стало. Видно, не столь важно, как долго ты жил, нужно, чтобы не закоснел, остался способен быть разным.
Но Хартишу ничего не сказал. Тот и сам все понять должен был. Лишь попросил:
– Ты Аранара в кабинет проведи, скажи, сейчас буду.
– А депеши на столе? – остро прищурился слуга.
Он был прав. Обычно я свое
– В кабинет веди, – повторил я уже тверже. – Вряд ли там есть то, что ему еще неизвестно.
Когда я, переодевшись в чистое (была мысль надеть залитый кровью смотрящего килор, но Хартиш, словно предугадав мои намерения, унес его), вошел в комнату, Аранар стоял на пороге балкона, выходящего на террасу.
К бумагам, как я и предполагал, он не прикоснулся. Ни малейшего отблеска стихии.
Радоваться этому или нет, решить я не успел, он заговорил первым:
– Я был несдержан.
Голос ровный, спокойный, но с хрипотцой. Рана еще беспокоит.
– Мне известно о дочери нимеры. – Я кивнул на стол.
– Об этом тебе было известно еще вчера, – холодно произнес он, оборачиваясь. – Будь иначе, я бы услышал сейчас слова сожаления.
Что-то я упустил! Настолько важное, что дал ему не повод для сомнений – основания утверждать!
Что?! Что я мог упустить?!
Лихорадочные размышления не мешали оставаться равнодушно-отстраненным. И дело даже не в привычности этого образа. Я знал достаточно много, чтобы догадаться. К тому же он дал довольно ясную подсказку. Это имело отношение к нему.
К нему…
Я усмехнулся, но он этого не мог заметить. Последний вестник Ромио сообщил лишь о том, что он начал действовать. Он был подготовлен заранее, чтобы не рисковать излишне. А вот предыдущий…
– Твой сын готовится стать палачом. К чему высказывать сожаления, если его присутствие рядом с будущей нимерой должно успокаивать.
– Умеешь ты выворачиваться, – без всяких эмоций заметил он и, пройдя мимо меня, опустился в кресло. Тяжелее, чем обычно. – Но я пришел не за тем, чтобы тебя уличать.
– Не думаю, что ты пришел за помощью, – предположил я. – Если только просить не вмешиваться. Так я и не собираюсь. Там и без меня хватает желающих поохотиться.
– Если бы я только был уверен, что это не очередной твой план! – неожиданно эмоционально воскликнул он. Ничуть меня в этом не убедив. – Уж больно изящен, как ты и любишь.
Я только развел руками. Мол, как хочешь, так и думай.
– Как бы ты ни считал, я буду держать воинов в крепости. Если вы не начнете войну первыми…
Он вскинул на меня тяжелый взгляд…
Я своего не отвел. Да, внук, я был готов и к этому.
Глава 3
Талина
Он пришел уже далеко за полночь. Килор расстегнут, убранные в хвост волосы растрепались, на белой
Увидев меня в гостиной, тут же начал поправлять одежду, но был вынужден остановиться, когда я кинулась к нему, не дойдя одного шага:
– Что случилось?
Растерявшись в первый момент, он довольно быстро взял себя в руки.
– Моя лери, – его взгляд не обещал мне ничего хорошего, – новых известий о Дарии пока нет.
Отойдя от мужа, я подошла к ближайшему креслу, тяжело опустилась в него. Я пыталась не верить своему предчувствию, но оно меня не обмануло.
– Ты сказал, что нет известий о Дарии.
Приготовленный для него ужин стоял на столе. Кимела постаралась. Она была со мной все время, лишь ненадолго покинув, когда ее вызвал Локар. А потом осталась с Сашкой, чтобы присмотреть. Тот сдерживал себя, но я видела, насколько ему тяжело. Сестру он не просто любил – боготворил, считая себя ее защитником.
– Дозоры нашли тела проклятых в лесу. Воины Виджара. Бились двумя мечами, один наш, с крепости. Удары разные, но следопыты твердо уверены, что это Ромио и Лимео.
Я чуть расслабилась, похоже, ансаир не предал. Не знаю почему, но этого я боялась больше всего. Наверное, понимала, что тогда у дочери будет мало шансов выжить.
Похоже, Эриар догадался, о чем я подумала.
– Моя лери, не торопитесь делать выводы.
– Ты еще что-то узнал? – заледенела я, вспомнив, что он упоминал про пыточную. Мне было известно, что такая в крепости есть, но на моей памяти ею ни разу не пользовались. Или… я была слишком мала, чтобы знать об этом.
– К сожалению, нет.
Его взгляд на стол я не пропустила. Меня-то Кимела заставила проглотить кусок мяса, Эриар же так и оставался голодным. Моя вина. Он как мог заботился обо мне, мне не стоило забывать о нем.
– Сначала перекуси, потом расскажешь, – подскочила я к столу, сбрасывая тонкую ткань, которой были прикрыты блюда. Удрученно качнула головой: – Уже остыло. Я прикажу разогреть.
Эриар перехватил мою руку, заставив замереть:
– Моя лери!
Серые, словно припорошенные пеплом глаза. Шрам на щеке. Сколько он должен был приложить усилий, чтобы след от того удара остался на его лице?! Неужели для него это что-то значило?!
– Моя лери… – повторил он. Голос был низким, гортанным. – Вам лучше отойти.
Я не поняла, что он сказал, смотрела на его губы.
Что я делаю?! О чем думаю?! Почему сейчас, когда все мои мысли должны быть о дочери? Почему тело тянется к его рукам, стремясь ощутить их силу, почему я хочу почувствовать себя слабой?
– На мне чужая кровь…
Сердце обмерло, когда я осознала, что едва не сделала то, о чем бы очень скоро пожалела. Рано или поздно, я изменила бы наши отношения, заставила его принять тот факт, что он мой муж не только по клятве. Я еще не знала как, но была уверена – мне удастся завоевать этого мужчину.