Воевода
Шрифт:
– Какой ещё разряд?
– Очень тупой и древний.
– Измываешься щенок, но за мальца спасибо. Если бы не ты, он бы умер.
– Не обижайся, я потом, как – нибудь попытаюсь тебе всё объяснить.
– Да не обижаюсь я. На обиженных воду возят. Что будем дальше делать?
– Терпеть и ждать. Нам больше ничего не остаётся. Пусть думают, что мы погибли и отвяжутся. Пацанёнок, я рассчитываю, нас не сдаст, хотя эти шакалы могут и камень, заставить говорить.
– Не бойся, студент он твоё добро будет всю жизнь помнить и под
– Мне бы твою уверенность. Ты не представляешь, как эти звери умеют развязывать язык. У них, даже мёртвый заговорит.
– Ну, ты загнул.
– Просто, я много о них читал и смотрел по телеку.
– Чего?
– Потом объясню. Всё потом.
– Какие ещё чудеса может творить твой браслет?
– Это многофункциональный аппарат и на многое способен. Зарядки бы ему побольше.
– Что за птицы грозные и железные щас летали и греческий огонь изрыгали?
– Что, даже тебя закалённого в боях вояку, они испугали?
– Не..е, ежли тилько самую малость. Як коршуны за добычей вниз летели.
– Самолётами они называются и пускали не греческий огонь, а бомбы. Грозное, как ты подметил и мощное оружие двадцатого века, если его использовать в войне. А ведь в мирной гражданской жизни самолёты очень нужная и полезная техника и изобрели их для удобства людей.
– Нам бы в битве с монгольскими нехристями, такую технику. Батый только бы её увидел и в штаны бы нагадил. Эти междоусобицы между князьями обескровили и ослабили Русь – матушку, а степняки добили. Обезлюдела наша земля. Скажи, только честно, что стало с княжеством потом, после падения Киева?
Ничего хорошего. Остатки Руси уцелели, но впали в вассальную зависимость от Золотой Орды. Монголо – татарское иго длилось почти три столетия. Киев начали восстанавливать после разрушения через двести пятьдесят лет. Он утратил своё былое величие и столица переместилась сначала во Владимир, а со временем в Москву. Князья платили дань и целовали сапоги очередному хану за ярлык. Люди стали, ещё более бесправными и угонялись, как скот, тысячами в рабство.
– Не верю! Ты брешишь! Не могла Русь так низко пасть и ещё на 250 лет. Я никогда не был рабом и не буду. Уж лучше смерть, чем такой позор и унижения.
Дмитро схватил Алексея за грудки, но сразу бросил и сжав, кулаки зарычал, словно раненный зверь.
– Успокойся. Всё равно уже ничего нельзя изменить. Это уже история.
– Выходит и я, тоже история.
– Как ни горько мне тебе это говорить – да.
– Но ведь с помощью твоей техники можно её изменить.
– Чудак человек, нельзя менять прошлое. Если его изменить, то в будущем тоже всё изменится. Я тогда вообще могу не родиться и неизвестно, к каким последствиям это приведёт. Возможно, даже гибель всего живого и планеты. Смирись воевода. Главное, что ты жив.
– На кой ляд, мне такая собачья жизнь. Без родины, близких и друзей. Не хочу я здесь, как тать от кого – то прятаться.
– Стой, погибать тоже надо уметь с умом. Обещаю, что когда прибор зарядиться, то ненадолго мы вернёмся в моё время, возьмём второй браслет и после, я верну тебя в твоё. Но не в последний день гибели Киева, а за месяц до прихода Батыя, чтобы ты успел увезти семью в безопасное место. Например, в Новгородское княжество. Оно не пострадало от нашествия монголов и процветало в дальнейшем.
– Знаю я почему, оно не пострадало и поэтому, не хочу служить Иудам. Если, богом дано мне, там в церкви со своим народом погибнуть, токмо тому и быть. Вернёшь, меня туда, откуда забрал. От судьбы не спрячешься и нельзя её менять. Сам же говорил. Она везде нас найдёт. То, что я сейчас здесь, тоже ей было, видимо предопределено. Ты и я пешки в её руках.
– Ты не правильно меня понял. Это прошлую историю менять нельзя, а будущее не предопределено. Мы сами, люди его творцы.
Глава 5
Они прождали, ещё час, выплыли сами и вытащили на берег перевёрнутую лодку, которую спрятали в камышах. От долгого нахождения в воде стучали зубы. Друзья по несчастью, сняли с себя мокрую одежду и разложили на траве сушиться. Алексей, пригревшись на солнышке уснул. От толчка в бок, он резко подпрыгнул и сон, как рукой сняло. Что интересно, вокруг никого не было, лишь в двадцати метрах от него тлел костёр и вкусно, пахло жареной рыбой. У парня от голода засосало под ложечкой. Солнце уже скрылось за горизонт и стемнело, вдруг рядом, под ухом раздался голос Дмитро.
– Негоже мужику спать с пустым желудком. Еда придаёт силы и даёт ясность ума. Ты запечённого судака будешь? Я тут, пока ты спал, малость его наловил и пожарил на костре.
– Спасибо не откажусь, – сказал парень, натягивая на себя высохшую одежду и потирая руки.
Судак оказался вкусным и хорошо прожаренным, только не солёным. Алексей с аппетитом быстро с ним расправился и Дмитро протянул ему вторую рыбину.
– А ты как же?
– Ешь, я уже насытился.
– Как ты огонь разжёг?
– У нас этому с детства каждый обучен.
– А рыба откуда?
– Наловил в реке.
– Каким образом?
– Использовал пиджак вместо кубаря. Природа Алёшка даёт всё человеку, только нужно, жить по её законам и беречь. Она матушка нас родила, кормит и поит. Что мы будем делать пока твой этот прибор зарядиться? Ведь надо где – то жить, а здесь долго находиться, как я понимаю нельзя.
– Мы с тобой в данный момент оказались между двух огней. С одной стороны сталинские соколы и коммунистические фанатики, а с другой на подступах, по моим прикидкам к городу фашисты немецкие. Из огня да в полымя попасть не хочется. И те плохие парни и другие. Из двух зол, лучших выбирать трудно. Придётся прятаться от всех, ожидая восстановления зарядки аппарата.