Чтение онлайн

Любопытство страшная вещь, и повинуясь зову вбиваю новое для себя слово в поисковик. И первая же статья выдает: "Постирония (пост-ирония, от лат. post - после и ирония[1]) - термин, используемый для обозначения такого состояния, когда искренность становится трудно отличить от иронии.".

Какая гадость эта ваша заливная рыба! Это как это, когда искренность не отличить от иронии? Что еще за дурацкие новомодные словечки? Да какая же это постирония? Для подобных гнусностей есть одно слово, и называется оно л-и-ц-е-м-е-р-и-е.

От чего-то возмущенно

читаю дальше, и получаю град стрел из непонятных терминов. Постмодерн, антиэссенциализм тьфу! Я бегло просмотрела пару статей, после которых так и не поняла, что это за постмодернизм такой, которому характерна эта самая гадкая постирония.

Один автор пишет о том, что постмодернизм — это наше время, когда все уже сказано, сыграно, написано и прочувствовано, ничего нового нет и быть не может, все не всерьез, конец времен так сказать. Другой вообще только и отправлял изучать всяких философов, чтобы понять это загадчное слово. А мне показалось, что все это болталогия. Всю жизнь я считала, что в любое время самое главное оставаться человеком, а не обсуждать и мусолить характерные черты этого времени…

Вечером того же дня, когда мы ужинали с Виктором и Людмилой, Арина собиралась покинуть особняк. Я вылетела ей на встречу с распросами. Всеже она подросток, которому лучше не гулять одной в незнакомом городе. Арина в своейственной ей манере осадила все попытки узнать что-либо, но при этом сделала шаг на встречу, сообщив что вернется к десяти вечера.

Тем временем к десяти вернулся только Валентин. Он явно был не в духе, пронесся мимо, не глядя бросил небрежное приветствие. Что-то случилось, и не мое дело что.

Уже в половину одиннадцатого я напряглась, потому как Арины все еще не было. Да я знаю, она мне не дочь, может задержаться, да и вообще подросткам не свойственно держать слово, но мне от чего-то стало за нее обидно. Мажористый брат даже не замечает отсутствия пускай и сводной, но сестры. Она одна в большом городе совсем без защиты. Точно такой же была я, когда жила у Оли.

Часы показывают одиннадцать, и молчание которое царит во дворе звучит для меня зловеще. Где она сейчас? Уже темно, холодно. Вероятно у нее здесь друзья, но не просто так же она сказала, что будет в десять….

Нет больше не могу молчать, пускай хотя бы Валентин ей позвонит. После некоторых раздумий стучусь в дверь, из-за которой слышится отстраненное "Заходи".

— Валентин Владимирович, — начинаю я.

— Оставь уже этот фарс. Можно на ты, — резко говорит он.

Валя раздражен, мыслями он где угодно только не здесь. Мне тяжело вот так сразу перейти на ты, и уж тем более назвать его Валей вслух. Я мнусь, и теперь стараюсь избегать каких-либо обращений.

— Дело в том, что Арины дома нет. Она обещала вернуться к десяти, а уже одиннадцать. Есть возможность позвонить ей и узнать, где она?

Лицо Валентина выразило удивление, которое быстро перешло в пренебрежение. Он схватил смартфон сделал набор. Никто не ответил. После нескольких попыток результат остался тем же. Арина

не брала трубку.

— Ну и хрен с ней. Наверняка шляется с друзьями.

— Но мы не можем этого знать. Вдруг что-то случилось?

— Зина у меня был сложный день, я не собираюсь гоняться за безмозглой малолеткой. Вернется, никуда не денется.

Кажется в этот момент мое лицо поплыло вниз от досады. Да, пускай она глупая, пускай заноза, но ведь он несет за нее ответственность! Неужели он и правда так жесток…

Вероятно Валентин заметил мое настроение.

— Я просил ее сидеть дома. Она не послушала — это ее выбор, и вообще зачем я тебе что-то объясняю…

— Если с ней не дай Бог что-то случится, вы… ты себе этого не простишь! Лучше перестраховаться. Мы же взрослые, не должны множить безответсвенность и равнодушие в этом мире, — не выдержала я.

Не знаю откуда взялась смелость, но это тот редкий случай когда лучше сказать и пожалеть, чем промолчать и пожалеть.

Он посмотрел на меня, задержавшись дольше обычного. Его пронзительный взгляд как будто зацепился за что-то внутри меня, не желая покидать пристанище.

— И почему я должен плясать под твою дудку?

— Может потому, что я классная и дудка у меня прикольная? — невпопад улыбнулась я.

Нет, я сама удивляюсь откуда во мне взялась эта решительность и смелость? Да, чтобы я такое о себе сказала! Ни за что бы не поверила еще пол года назад.

— Знаешь, где ее лэптоп?

— Кажется остался на кухне, она много времени за ним проводит.

— Идем, будешь дозваниваться ей, а я попробую найти что-нибудь в ее ноутбке.

Глава XIX: Нон Стоп

Арина не брала трубку.

— Там же наверное пароль, — причитала Зина, нервно теребя мой смартфон.

— Это не проблема, — ответил я.

На десятой винде сброс пароля не представлял серьезных сложностей, так что через пять минут я зашел под админской учеткой.

На рабочем столе обои, где субтильный Гнойный в адидасе и футболке "Антихайп" держится в победоносной позе с флагом СССР. Слава КПСС гласит надпись.

Зина совсем изнервничалась, мечется по комнате, продолжает, ставший бессмысленным, набор номера.

— Прекрати, она не возьмет трубку. Иди отдохни, я сам разберусь.

— Как тут отдохнуть? Я нервничаю! Где она с кем…

— Думаю скоро узнаем.

— Ты зашел? Взломал пароль?! — опешила она.

— Взломал… слово-то какое.

— Валя, — она прикрыла рот рукой и удивленно захлопала глазами, — ты настойщий гений! Господи, как же повезло, что ты во всем этом разбираешься!

Зина восхищенно вглядела на меня, а губы ее то и дело дергались, сдерживая неуместную, как ей казалось, улыбку. Узнай она, что операция простейшая, не требующая супер навыков, ничего бы не изменилось, ее восхищал сам факт, что мы можем что-то сделать, а не сидеть сложа руки. Она осторожно присела на край постели, и положила рядом со мной айфон. Трогательно. Все что она делает отдает смесью какого-то наивного восторга.