Влечение
Шрифт:
ГЛАВА 28
Всю сознательную жизнь Сильвия считала себя воинствующей лесбиянкой, презиравшей все мужское. Она не хотела верить в то, что это обычный комплекс дурнушки, у которой не было ничего, что могло бы не только возбудить, но даже элементарно привлечь какого-нибудь парня. С годами девичьи прыщи, которые она пыталась выводить всеми известными способами, победили, превратив ее лицо в истерзанное пятнистое месиво. Это была ее главная беда, которая затмевала другие недостатки — нескладную фигуру, короткие ноги, практически полностью отсутствовавшую грудь. Вычеркнув из своей жизни мужчин, Сильвия решила направить всю свою
Все изменилось, когда Сильвия попала на кастинг, который проводила студия Монти, подыскивающая неординарных персонажей для нового фильма, где в массовой оргии должны били принимать участие такие, как она, одним словом — уродины. Сцена свального греха очень понравилась режиссеру и из всех «актрис» он выделил именно Сильвию, так она впечатлила его своей активностью и ненасытностью. Сразу после окончания съемок он дал указание администраторам разыскать ее, и когда побеседовал с ней наедине, то решил, что она легко сможет справиться с обязанностями секретаря-распорядителя, и навести порядок среди толп претенденток, бесконечно штурмующих студию, с целью получить хоть какую-нибудь роль в его фильме.
И если с появлением этой работы жизнь изменилась, появились деньги и новые возможности, то в остальном все осталось, как прежде: одиночество, ненужность, бессмысленность и ненависть ко всем окружающим. Но три дня назад, когда Сильвия впервые увидела Сашу, вошедшего в офис, она окончательно потеряла рассудок, не понимая, что с ней произошло и почему она не может оторвать взгляд от этого женоподобного существа в мужской оболочке. И только этой ночью, выпив несколько коктейлей и накурившись какой-то дряни, она подошла к сидящему неподалеку от сцены Саше, и уселась рядом.
— Kisasszony? — спросила она по-венгерски, что означало «скучаешь?», поскольку никакого другого языка она не знала.
— Нет, я не танцую, — ответил Саша.
– 'En, mint te, — глядя прямо ему в глаза произнесла Сильвия, и эту фразу можно было бы перевести как «ты мне нравишься».
— Мне тоже кажется, что музыка очень громкая, — невпопад и очень громко ответил Саша.
— Akarod, hogy neked egy blowjob?
Саша, естественно ничего не понял, но его откровенно смутило знакомое слово «blowjob». Оно знакомо каждому, кто хоть раз смотрел порно.
— Причем тут минет? — с нескрываемым удивлением спросил он.
— Igen, igen. Blowjob, — закивала головой Сильвия и прикоснулась к его ширинке…
Саша пришел в себя, только когда увидел, как его новая подружка, вытирает свой рот салфеткой.
– "On 'elvezte? — «тебе было приятно», поинтересовалась она. Той же салфеткой промокнула головку его члена и стряхнула капельки с кожаных штанов.
— С ума можно сойти, — произнес Саша, торопливо застегивая ширинку. — Стыдоба какая… У всех на виду…
— Ne menj. Mell'e "ulni. Nem irigylem, — затораторила Сильвия, пытаясь уговорить его не уходить, остаться с ней, чтобы все вокруг завидовали ей.
— Чего ты еще хочешь? Выпить? Я сейчас принесу, — Саша попытался встать, но она крепко вцепилась в его руку и потянула назад.
— K'erlek, ne menj, — взмолилась Сильвия, не опуская его.
— Не понимаю я тебя, — отмахнулся от нее Саша. —
«Чуть позже» не заставило себя долго ждать. Уже через час, выпив еще несколько коктейлей, Сильвия бесстыдно задрала юбку, и расставив ноги, уселась Саше на колени… Ему тут же вспомнился старый анекдот о том, что когда тебя насилуют, лучше расслабиться и получить удовольствие. И он расслабился… И это было восхитительно. Сашу уже не смущали ни прыщи на лице Сильвии, ни ее коротенькие ножки, ему было абсолютно все равно, какого размера у нее грудь, есть ли у нее талия и как густо растут волосы на ее руках…
Потом они снова что-то пили, выкурили парочку косяков, после чего вышли на улицу, подышать свежим воздухом… Там и уснули…
ГЛАВА 29
Атилла уже несколько минут не выходил из машины, прокручивая в голове легенду, которую они придумали с Юдит, пока ехали домой. Вроде бы все складывалось, и самое главное — их видели, когда они вместе приехали в клуб и видели, как они под утро уезжали из клуба, тоже вместе. Вывод один — все это время Юдит была с Атиллой в клубе. Если Монти спросит, то любой из группы подтвердит это, даже под присягой. А кого волнует, что было в промежутке. Наконец он решительно открыл дверь и вышел из машины, направившись уверенным шагом ко входу в офис.
Он постучал в дверь кабинета шефа, и не дожидаясь ответа, вошел. Монти еще валялся на диване. Вставать ему совершенно не хотелось.
— Чего ты приперся сюда, — раздраженно спросил он.
— Ну, а куда мне идти, рабочий же день уже начался, — ответил Атилла.
— У тебя «рабочий день» был ночью. Иди спать. В три часа встреча с русскими, и тебе лучше присутствовать. Мало ли чего. А они мне еще денег должны за съемку.
— Понял. Буду к трем, — покорно сказал Атилла и направился к двери.
— Надеюсь, все, что ты мне рассказал по телефону — правда? — словно выстрел в спину прозвучали слова Монти.
— А разве я вас когда-нибудь обманывал, — уже из коридора донесся голос Атиллы.
Монти расслабленно опустил голову на подушку и уставился в потолок, по которому неторопливо расхаживала муха. Он уже жалел, что ввязался в эту историю, нарушившею его привычный ритм жизни. Но самым противным было понимание того, что между ним и Юдит уже никогда не будет тех теплых отношений, которые он так бережно хранил с момента их первой встречи и которые так бездарно вчера уничтожил. Его маленькая девочка больше ему не принадлежала. И в этом Монти был абсолютно уверен. Какие теперь ему искать слова, что такого нужно совершить, чтобы Юдит простила и все забыла. Простить то она может быть и простит, а вот забыть, вряд ли сможет, уж слишком показательным и болезненным было то унижение. Но как бы там ни было, Монти решил, что первый шаг к примирению все равно должна сделать она, поскольку именно она спровоцировала приступ его ревности. С этой мыслю он и заснул.
Атилла не поехал домой. Во-первых спать совершенно не хотелось, а во-вторых он очень переживал за Юдит, ведь от Монти можно было чего угодно ожидать. Он бросил машину в квартале от ее дома и дальше пошел быстрым шагом, периодически оглядываясь. Юдит открыла почти сразу и не удивилась, увидев его на пороге.
— Ты даже не спрашиваешь, кто пришел? — возмутился Атилла.
— А я была уверена, что ты вернешься, — улыбнулась в ответ Юдити. — Заходи.
— Тут нет ничего такого, — начал оправдываться Атилла, — мне кажется, Монти не сильно поверил в нашу историю. Я лучше побуду у тебя…