Влечение
Шрифт:
— Четыре часа, — сказала она, посмотрев на экран, — Мы еще успеем выспаться.
А спать совершенно не хотелось. Это неожиданное приключение вернуло Терезу в прошлое, в те времена, когда она бредила любовью, а та предательски проходила стороной. Долгое время, будучи еще девчонкой, она никак не связывала любовь со странными ощущениями, которые то и дело просыпались у нее внутри. Тело и чувства в ее представлении жили отдельно друг от друга. Она, конечно, понимала, что между мужчиной и женщиной что-то происходит, видела в кино, как они целуются, как раздеваются, как ложатся в постель… но потом свет гас, картинка чернела и загадка
Они с подружками тайком от всех изучали свои тела, претворяясь, что играют в больницу. Но дальше раздевания, осматривания и ощупывания дело не доходило. Иногда в их «больницу» приходил соседский мальчишка и они дружно изучали его пипиську, не понимая зачем она нужна. А потом у нее начали набухать груди, прорастать реденькие волоски внизу живота и игры в «больницу» прекратились…
Но самым страшным и унизительным воспоминанием был ее побег из класса, когда внезапно, прямо посреди урока, разболелся живот и что-то горячее потекло у нее по ногам. Тереза испугалась, подняла руку и попросилась выйти. Она бежала по проходу с окровавленными ногами, а весь класс дико ржал и улюлюкал, словно она была прокаженная. После этого случая Тереза неделю не ходила в школу. Маме ничего не сказала и целыми днями пряталась в парке, а вечером приходила домой и ревела, не понимая, что с ней происходит. И если бы не звонок классной руководительницы, то неизвестно чем бы все закончилось. Мама долго разговаривала с ней по телефону, а потом зашла в комнату Терезы.
— В этом нет ничего страшного, — сказала она, откинув в сторону одеяло, которым с головой укрылась дочь, — Просто ты становишься женщиной.
— А почему идет кровь? — всхлипывала Тереза, — Почему все смеются надо мной?
— Смеются, потому что дураки. Ты должна была мне рассказать, а не прятаться и плакать. Теперь это будет происходить с тобой каждый месяц. Я тебе все объясню. Просто ты раньше всех стала взрослой, а они еще дети. Вот и смеются.
Новые чувства с каждым днем становились все ощутимее, Терезе по ночам постоянно снились странные сны, в которых она всегда была голой, вокруг были взрослые мужчины, они трогали ее, целовали, ласкали, иногда даже были грубы с ней, заставляя делать всякие гадости с их торчащими твердыми членами. В этих снах было все, кроме самого главного, но вот именно ЭТОГО ей хотелось больше всего и со всепожирающим желанием ей с каждым годом становилось все сложней и сложней бороться.
Тереза была в состоянии постоянной влюбленности. То прыщавый одноклассник занимал все ее мысли, то учитель физкультуры, то сосед по лестничной площадке, позже институтский красавец и просто случайный попутчик в поезде, но ни разу, ни один человек не признался ей в любви и не откликнулся на ее чувства. Так она жила много лет одна, никому ненужная и никем непонятая, с потаенными страстями, бурлящими внутри. Тереза расцвела только здесь, в Будапеште, навсегда порвав с прошлым, и наконец утолив накопившуюся за много лет плотскую страсть. И вот теперь она нашла и свою любовь…
Они не торопясь брели по ночному городу. Тереза, как девчонка, сжимала ладонь Димы, довольная и счастливая.
ГЛАВА 13
— Надо бы выпивку заказать, — сказал Сергей Иванович, не отрывая взгляда от сцены, на которой извивались в эротическом танце голые парни и девушки.
Саша нажал кнопку вызова на столе и через секунду в ложу вошел
— Ну вот как этому балбесу объяснить, чтобы он принес бутылку водки и закуску.
Саша подошел к официанту и что-то сказал ему, тот кивнул головой и удалился.
— И что, ты считаешь что он тебя понял?
— А я сделал заказ на английском, — ответил Саша.
— Ты еще и английский знаешь, — ехидно промычал Иваныч и снова уставился в окно.
— А вас, что в школе не учили?
— Какая школа… Не до учебы мне было…
— А чем вы занимались? — не унимался Саша.
— Таких хлюпиков как ты мочил…
В ложу неслышно вошел официант. На его подносе стояла большая бутылка водки «Финляндия», блюдо с колбасной нарезкой и тарелка с солениями. Он поставил все это на стол и также неслышно удалился.
— Ну вот, — улыбнулся Иваныч, — Совсем другое дело. Теперь можно и расслабиться. Разливай, Санёк.
Они перетащили стол поближе к окну, чтобы было хорошо видно сцену, чокнулись, выпили, закусили и расслабленно откинулись на спинку дивана. Иваныч хрустнул соленым огурцом и повернулся к Саше:
— Вот все время хотел тебя спросить, почему ты выглядишь как баба, если бы не борода, никогда бы не сказал, что ты мужик. Волосы длинные, эти штаны в обтяжку, весь такой холеный, сладенький.
— Вы, Сергей Иванович, мыслите стереотипами. Я просто стараюсь следить за собой. А волосы и одежда — это такой стиль…
— Да знаю я что это за стиль, — перебил его Иваныч и опрокинул второй стаканчик водки, — У нас на зоне таких «петухами» называли и драли по ночам без вазелина. А тебя уже драли?
Иваныч скабрезно заржал, налил еще водки и отвернувшись, уставился осоловевшим взглядом на сцену. Саша тоже налил себе пол стаканчика, не торопясь выпил и поскрипывая кожаными штанами вышел из ложи. Он подошел вплотную к сцене, с той стороны, где из гримерки выбегали голые парни.
Да, Иваныч был прав, Саше действительно нравились мужчины и он с детства мечтал быть женщиной. Получилось так, что природа ошиблась, наделив его мужской плотью. Он окончательно убедился в этом еще в школе, когда его друзья начали поголовно влюбляться в девчонок, а ему жуть как нравился Олег, хулиган и двоечник из седьмого «Б». Он жил в соседнем доме и Саша как-то напросился к нему в гости. Они долго играли в карты, потом рассматривали жуткого качества порнографические фотки, которые Олег достал из тайника, а когда стемнело, новый друг предложил раздеться и поваляться в кровати, как взрослые.
Олег был уже похож на настоящего мужчину, хорошо сложенный, с волосатым лобком и большим членом, который стал еще больше, как только Саша снял с себя одежду и улегся рядом. Он же был полненький, с округлым животиком, мягкими ягодицами и почти девчачьими сиськами. За что постоянно получал насмешки от одноклассников, когда переодевался на физкультуру. Олег заложил его малюсенький писюнчик между ног, так чтобы его не было видно и долго любовался тем, что получилось — на кровати лежала симпатичная толстенькая девчонка. Саша не сопротивлялся, ему нравилась эта игра, он сам частенько делал так дома и подолгу рассматривал свое отражение в зеркале. Но в тот вечер Олег не ограничился только рассматриванием и тисканьем, он уговорил Сашку доиграть до конца… С того вечера он перестал быть тем, кем его сделала природа, он стал тем, кем хотел быть…